Новости

14.04.2016 22:30
Рубрика: Общество

Слепой выбор

Всегда ли оправдано лечение за рубежом
Наши пациенты становятся умнее. Они реже просто едут лечиться за рубеж. Они сперва анализируют информацию, советуются, сравнивают не только возможности клиники, но и свои, в том числе финансовые возможности. И выбирают по максимуму пользы. Но, к сожалению. не всегда
Даже на воздушном лайнере надо лететь именно в ту клинику, где действительно смогут помочь. Фото: РИА Новости Даже на воздушном лайнере надо лететь именно в ту клинику, где действительно смогут помочь. Фото: РИА Новости
Даже на воздушном лайнере надо лететь именно в ту клинику, где действительно смогут помочь. Фото: РИА Новости

...Почти два года назад обратились ко мне отец и бабушка шестилетнего мальчика. Единственный внук обожаем всеми. И случилась с ним беда - опухоль. Сложное и долгое лечение. А результаты? Потому и обратились, что время идет, а "заметной положительной динамики, - сказала бабушка - нет. Надо везти внука в Германию. Но нужен спонсор для оплаты лечения в зарубежной клинике. Может, газета поможет его найти".

Поиском спонсоров газета не занимается. Решила узнать подробности лечения мальчика. Предложила отцу и бабушке вместе со мной посетить те лечебные учреждения, в которых он его проходил. Это ведущие клиники не только в нашей стране по лечению опухолей. Мы беседовали с руководителями, с лечащими врачами. Оказывается, опухоль у мальчика не злокачественная. Но заболевание тяжелое. Лечению поддается с трудом. Однако "положительная динамика" все-таки есть. Но требуется время и терпение. Мне казалось, что врачи убедили: никуда не надо ехать, лечение проводится грамотно. О чем я и сказала отцу и бабушке при прощании. Ответил отец: " У меня один сын, и я повезу его в Германию".

Больше я не видела ни отца, ни бабушку. Но четыре месяца назад мне позвонила бабушка и попросила, чтобы я помогла попасть в одну из тех клиник, где мы уже были. Помогла, а бабушку спросила: "Что же клиника в Германии?" Она не ответила. Потом узнала: зарубежное лечение результатов не принесло. Мальчик теперь лечится в Москве.

К чему пишу об этом? Далеко не всегда оправдано стремление лечиться именно в зарубежных клиниках. И не потому, что они хуже наших. Отнюдь! Часто заметно лучше. Но совершенно недопустимо, когда стремятся лечиться не в какой-то конкретной клинике, а в Германии, в Израиле, в США, в Южной Корее. Чаще всего "на зарубеж" возлагают надежды те, у кого обнаружена опухоль.

Рассказывает заместитель главного врача по хирургии московской онкологической больницы N 62 Павел Кононец:

- В сентябре прошлого года к нам в стационар обратился 38-летний мужчина, жалующийся на слабость и дискомфорт во время приема пищи. Обследовали. Выявили, что у него рак пищевода на начальной стадии. Предложили современное хирургическое лечение. Но... Родители этого пациента живут в Германии, и ему посоветовали лечиться только там, в одной из ведущих клиник Берлина. Друзья помогли собрать деньги. Немалые - 76 тысяч евро. Химиолучевая терапия до операции стоит 33 500 евро. Операция по удалению пищевода - 43 000 евро. К слову, у нас подобное лечение для иностранных пациентов стоит не более пяти тысяч евро. В Берлине пациент прошел курс предоперационной химиолучевой терапии. Провели операцию. А две недели назад он пришел к нам в больницу: голос осип, глотать не может ничего кроме воды. На животе, грудной стенке и шее - большие разрезы. После операции место соединения пищевода с желудком зарубцевалось, и просвет сузился до 3 мм. При проведении подобных операций один из важнейших этапов - соединение остатка пищевода с желудком, из которого сделан "новый пищевод". Проще всего сделать это с помощью сшивающего аппарата. По этому пути и пошли наши немецкие коллеги. Однако проще - далеко не всегда лучше. И вот результат: у пациента через полтора месяца развивалась практически полная непроходимость пищевода в зоне операции. Сейчас в нашей клинике пациент проходит сеансы бужирования пищевода, чтобы вернулась возможность питаться. А сам пациент, оглядываясь назад, признается: "Зачем отказался от лечения у вас?".

В каждом случае надо выбирать не страну, не просто клинику за рубежом. А только конкретную, специализированную, в которой действительно могут помочь. По нашему мнению, учитывая начальную стадию болезни, не было необходимости проводить ему большую травматичную операцию с большими разрезами грудной и брюшной полостей. Мы предлагали операцию малоинвазивную, то есть с помощью эндоскопической техники и современных инструментов. Когда же в немецкой клинике пациент поинтересовался о возможности такой операции у них, ему сказали: "Это невозможно". Между тем не только в нашей больнице, но и в некоторых крупных клиниках Москвы и Санкт-Петербурга накоплен немалый позитивный опыт малоинвазивных вмешательств, как при доброкачественных заболеваниях, так и при опухолях пищевода.

Подобные истории можно множить. И речь не о том, что категорически не нужно лечиться в зарубежных клиниках. Речь о другом. В каждом случае надо выбирать не страну, не просто клинику за рубежом. А только конкретную, специализированную, в которой действительно могут помочь. Где есть необходимое оборудование и, главное, соответствующие специалисты. К сожалению, очень часто пациенты и их родственники не владеют такой информацией. Этим и пользуются многочисленные посредники, отправляющие россиян на лечение в зарубежные клиники. По сути, не мы выбираем, а нас выбирают. К сожалению, как в России, так и на Западе, факт оплаты обследования и лечения не гарантирует его качества. Поэтому, повторим еще раз, пациентам необходимо выбирать не только подходящую клинику, но и конкретного специалиста.

И еще один случай из практики. Рассказывает заведующий отделением абдоминальной онкохирургии той же московской онкологической больницы N 62 Дмитрий Каннер:

- Пациентке 54 года. Диагноз: опухоль печеночных протоков. В одной из ведущих университетских клиник страны заведующий отделением безжалостно сказал пациентке: "Вам помочь невозможно. Нигде. Ищите клинику паллиативной медицины". То есть посоветовал найти место для достойного ухода из жизни. Но... Пациентке повезло: главный врач этой паллиативной клиники - Андрей Соколов, опытный онколог, работавший ранее в нашей больнице. Он-то и посоветовал пациентке к нам обратиться.

Ситуация и вправду непростая. Но мы смогли выполнить радикальную операцию, которая продолжалась почти 9 часов. Проводили ее не только специалисты 62-й, но и заместитель директора Научного центра хирургии имени Петровского, профессор Эдуард Ким. Кстати, такая форма сотрудничества столичных больниц с крупными федеральными центрами практикуется давно и явно на пользу и московским, и федеральным центрам. А главное - пациентам и тех и других учреждений. Ну а та сложная пациентка, которую отправили на "достойный уход из жизни в паллиативный центр", давно дома. После проведенной радикальной операции она чувствует себя хорошо. Прогноз у нее благоприятный.

Остается только добавить: мои собеседники за последние годы посетили ведущие клиники Германии, Франции, Англии, Бельгии Испании. Южной Кореи, Израиля. Прошли стажировку, обучение. А оснащение больницы, в которой они работают, позволяет применять самые продвинутые инновационные методы диагностики и лечения.

Общество Здоровье
Добавьте RG.RU 
в избранные источники