25.04.2016 21:00
    Рубрика:

    Тридцать лет назад произошла авария на Чернобыльской АЭС

    На самую крупную катастрофу в СССР сегодня в Киеве, Минске и Москве смотрят по-разному
    Тридцать лет назад на границе Украины, Белоруссии и России случилось непредвиденное: сошел с рельсов экспресс под названием "атомная энергетика", отправленный со станции Обнинск в Калужской области в 1954 году.

    До трагической ночи с 25 на 26 апреля 1986 года, когда был разрушен взрывом один из четырех энергоблоков Чернобыльской АЭС и всего, что за этим последовало, мы даже представить не могли, сколь велика может быть расплата за чью-то самонадеянность и беспечность. При тушении возникшего на четвертом энергоблоке пожара и в первые, самые острые дни ликвидации последствий аварии получили смертельные дозы облучения и скончались в течение трех месяцев 31 человек. Последствия большого облучения стали причиной гибели от 60 до 80 человек в последующие пятнадцать лет. Еще 134 человека перенесли лучевую болезнь той или иной степени тяжести.

    Помимо выведенной из строя мощной атомной станции (четыре энергоблока по 1000 мегаватт), погибших при этом операторов, пожарных и ликвидаторов, три соседние республики, ставшие теперь независимыми государствами, потеряли в результате радиационного загрязнения большие, давно обжитые людьми территории. Только из 30-километровой зоны отселения, захватившей приграничные районы Украины, Белоруссии и России, было эвакуированы более 115 тысяч человек.

    А всего, по уточненным данным, картина загрязнения радиоактивным цезием-137 из разрушенного энергоблока выглядит так. Украина, с территории которой происходили выбросы, - 41 900 (6,9% от общей площади). Пострадали 12 областей.

    Россия - 59 900 (0,34% территории, от европейской части - 1,46%). Пострадали 14 регионов с населением около 3 миллионов человек. Белоруссия - 46 450 квадратных километров (23,3% всей территории). Наиболее пострадали Гомельская и Могилевская области.

    9,2 миллиарда рублей направлено из бюджета РФ в период 1992-2015 годов на реализацию шести федеральных целевых программ по преодолению последствий чернобыльской катастрофы.

    Для сравнения: Австрия - 8600 (10,3%), Болгария - 4800 (4,35%), Финляндия - 11500 (3,4%), Швеция - 12 000 (2,7%), Швейцария - 1300 (3,15%).

    Доктор медицинских наук, профессор Игорь Семененя из МЧС Беларуси на недавней встрече с российскими и украинскими коллегами привел такие подробности. На территориях радиоактивного загрязнения только в его республике оказалось 3678 населенных пунктов, в которых проживало 2,2 миллиона человек. До аварии на этих территориях действовало 340 промышленных предприятий. В результате аварии 479 населенных пунктов Белоруссии исчезло - их в буквальном смысле сравняли с землей. В последующие 30 лет количество населенных пунктов в пострадавших районах сократилось до 2193.

    По расчетам экономистов, Белоруссии нанесен экономический ущерб в размере 235 миллиардов долларов США, что эквивалентно 32 бюджетам республики в объеме 1985 года. Больше всего от чернобыльской аварии пострадало сельское хозяйство: 1,8 миллиона гектаров сельскохозяйственных земель Беларуси подверглись загрязнению цезием-137. Из них 265 тысяч га (около 15%) выведены из хозяйственного оборота. Но даже в этой ситуации люди рук не опустили. С 1993 года такие земли стали с осторожностью возвращать для специального использования. В настоящее время сельскохозяйственное производство ведется на 936 тысячах га земель, загрязненных цезием-137 и частично стронцием-90.

    Как заявил первый заместитель председателя президиума НАН Белоруссии академик Сергей Чижик, преодоление последствий чернобыльской катастрофы стало для Белоруссии одним из наиболее затратных дел во всей ее истории. По неофициальным оценкам, на это уходит ежегодно до 10 процентов ВВП. А всего с 1990 года Республика Беларусь, по ее внутренним подсчетам, затратила на помощь пострадавшим и реабилитацию территорий 22 миллиарда долларов США - свыше двух миллионов в день.

    - В результате накоплен опыт, который может быть востребован и в других странах, - отметил академик Чижик. - Уже сейчас, как нам кажется, было бы полезно объединить усилия по доработке законодательной базы по нормативам, по тому, как использовать загрязненные территории, какими методами оздоравливать население.

    В свою очередь помощник главы российского правительства Геннадий Онищенко, выступая на международной конференции в Петербурге, посвященной чернобыльской катастрофе, признал, что ее последствия испытали на себе тысячи людей. По его словам, только в России 600 тысяч ликвидаторов аварии и приравненных к ним лиц. Вместе с тем число населенных пунктов с опасным уровнем радиационного загрязнения в России снижается, и уже через 50 лет их будет всего несколько десятков, заверил Онищенко.

    А министр экологии и природных ресурсов Украины Остап Семерак, недавно побывавший на площадке ЧАЭС, заявил что "Чернобыль - это не только трагедия". Историю, по его словам, "переписать мы не можем, но точно можем изменить отношение к зоне". Украинский министр видит ее "не мемориалом, а уникальной площадкой, где можно проводить технические эксперименты и научные исследования".

    Дословно

    - От лучевой болезни в Белоруссии не умер никто. И только по раку щитовидной железы отмечается доказанное увеличение у ликвидаторов.

    Александр Рожко, директор Центра радиационной медицины и экологии человека, Республика Беларусь.

    - Общенациональной катастрофой аварию на ЧАЭС сделало правительство в 1991 году, когда приняло решение понизить пределы обнаружения отдаленных эффектов. После такого пересчета пострадавших оказалось 7 миллионов человек.

    Елена Мелихова, завлабораторией ИБРАЭ РАН, Российская Федерация.

    - В Чернобыльской зоне отчуждения доказано наличие 323 видов фауны, 66 видов занесены в "Красную книгу Украины". А 80-90 процентов радионуклидов за пределы зоны выносится речным стоком Припяти. Остальное - пожары, ветер, техногенная миграция.

    Сергей Паскевич, завсектором Института проблем безопасности АЭС Национальной академии наук, Украина.

    (Из выступлений на трехсторонней встрече "Минская инициатива", апрель 2016 года).

    Как это было

    Николай Кузнецов: "Мы знали, для чего и куда шли"

    В Чернобыле (в отличие от событий пятилетней давности на японской АЭС "Фукусима-1") буквально в первые дни начались разведывательные полеты вертолетов над разрушенным блоком. Как утверждают специалисты, без этого трудно было оценить общую ситуацию. Тогда же начались профессиональные фото- и киносъемки - с вертолета и внутри самого 4-го энергоблока.

    - Так случилось, что эти задачи были поручены Николаю Николаевичу Кузнецову, руководителю недавно созданной в Институте атомной энергии видеогруппы, - вспоминает его коллега, друг и тезка Николай Кухаркин. - Полученные кадры, подробно изученные проектантами, конструкторами и учеными, позволили не только наметить действия по стабилизации протекающих процессов, но и спланировать работу по ликвидации последствий аварии и оценить возможность сооружения над разрушенным блоком укрытия, препятствующего дальнейшему распространению активности.

    Был трагический эпизод. 3 октября 1986 года летевший над площадкой АЭС вертолет зацепил винтом за трос крана, упал и разбился... Полеты были приостановлены на несколько дней, но затем возобновились. И наши ребята, не дрогнув, продолжали честно трудиться, не проявляя испуга или замешательства. В этом тоже немалая заслуга Николая Николаевича, ведь он воспитывал свой коллектив не приказами, а прежде всего личным примером.

    Как снимали внутри разрушенного энергоблока, уже после смерти Кузнецова рассказал его напарник Константин Чечеров:

    - Скажу про машинный зал. Работали мы днем, конечно. Лето же. Практически без дождей. Облака были редкостью. Большая часть остекления машинного зала была цела. Это меня поразило. А кровля проломлена. Пробита тем, что падало сверху. Было достаточно светло, и возникало такое психологическое ощущение, что вот проведем здесь субботник, удалим ненужное, и можно снова на блоке работать. Ничего такого особенного, масштабного, что нужно убирать, мы не видели...

    Радиационный фон? На входе где-то 200-250 рентген в час, ну а дальше уже непонятно сколько - приборы зашкаливали. Пока я измеряю фон, Николай Николаевич проводит съемку. Как будто и нет этих обжигающих сознание цифр на дозиметре. Приходит и спокойно, методично все вокруг снимает, чтобы можно было потом скрупулезно все разглядеть - в том месте, где этого фона нет и где комиссия заседает. Он понимал важность этого зафиксированного наблюдения и не спешил реагировать на мои предостережения. Я ему: "Н. Н.! 250-300 в час". "Знаю", - отвечает...

    Видеокадры, снятые Николаем Кузнецовым и его группой, легли в основу первого фильма, который был показан в июне 86-го членам Политбюро ЦК КПСС. Он же готовил видеоматериалы к докладу советской делегации в МАГАТЭ осенью того же года.

    Прямая речь

    Не меняйте память на гривны и рубли

    Борис Олейник, председатель президиума Украинского фонда культуры, Киев:

    - Сегодня мы переживаем момент, когда чернобыльская авария переходит из сферы коммуникативной памяти (она охватывает массив воспоминаний и впечатлений, доступный двум поколениям - детям и их отцам) в сферу культурной памяти нации (той, что формируется и существует как общее для всех поколений достояние нации в процессе ее исторического развития).

    Какими окажутся память о трагедии, ее восприятие в сознании украинцев, русских, белорусов, других наций и народностей в XXI веке, в значительной степени зависит от того, что вспомним, скажем, расскажем о ней мы с вами...

    На что в этой связи хотелось бы обратить внимание?

    Во-первых, на то, что в Украине в интерпретации, предлагаемой на государственном уровне, хотя и "негласно", без сопровождения, чернобыльская трагедия превратилась преимущественно в техногенную катастрофу. Ее восприятие в современных условиях, если позволено будет так выразиться, "техногенизировалось". Такой поворот темы, очевидно, обусловлен логикой самой жизни, он в каком-то смысле естественен и, безусловно, очень важен. Важен, но, уверен, недостаточен. Обратной стороной техногенизации оказалась дегуманизация. Внимание в основном сосредоточено на объекте "Укрытие". Где взять денег на него? Как идет сооружение? И т.д., и т.п. Человеческое и, если хотите, национальное измерение аварии если не забыто полностью и окончательно, то, во всяком случае, отодвинуто в сторону, причем достаточно далеко. Этого допустить нельзя, ни в коем случае нельзя. Чернобыль - явление гуманитарное в ничуть не меньшей степени, чем технологическое.

    Во-вторых, требует особого внимания формирование общего подхода к аварии и ко всему, что с ней так или иначе связано, украинцев, белорусов, россиян. Тридцать лет назад мы жили в едином государстве, теперь живем в разных. Представляется важным, чтобы украинский взгляд на аварию на ЧАЭС по основным его параметрам был соотносим со взглядами российским и белорусским, а может быть, и совпадал с ними. Нельзя ни в коем случае допустить, чтоб национальные взгляды и подходы противоречили друг другу, провоцируя взаимную ненависть, конфронтацию, отчуждение.

    В-третьих, стоило бы всерьез задуматься о таком аспекте проблемы, как международный, мировой, глобальный контексты аварии на ЧАЭС. Иначе говоря, включить это трагическое происшествие в общую цепь событий в масштабах гораздо более широкого пространства, чем пространство Украины, России, Беларуси и даже всего бывшего СССР. Стоило бы принять в качестве одного из фундаментальных ориентиров для приложения наших совместных усилий написание истории Чернобыля не как техногенной катастрофы, но прежде всего как феномена общественного бытия, личной жизни, как совокупности явлений и процессов, связанных с эмансипацией национального сознания, поисков обновленной идентичности. В каком-то смысле в духе вольтеровской традиции восприятия истории Нового времени как "истории человеческого духа".