05.05.2016 10:12
Поделиться

Как алтайские чекисты обеспечивали безопасность на Олимпиаде-80

6 мая в России стартует чемпионат мира по хоккею. Через два года наша страна примет чемпионат мира по футболу. В обозримом будущем молодежный чемпионат мира по хоккею может пройти в Новосибирске. На этих крупнейших спортивных форумах обеспечению безопасности будет уделяться повышенное внимание. О том, с какими непростыми ситуациями при проведении подобных турниров приходится сталкиваться спецслужбам, корреспонденту "РГ" рассказали алтайские чекисты-ветераны. Николаю Ефимову и Владимиру Поливанному довелось поработать на летней Олимпиаде 1980 года.

Стоит напомнить, что в 1972 году, во время мюнхенской Олимпиады, разыгралась трагедия. Палестинские террористы захватили в заложники в олимпийской деревне одиннадцать представителей спортивной делегации Израиля. Попытка баварской полиции освободить израильтян закончилась плачевно - заложники погибли. После этого вопросам обеспечения безопасности на Олимпийских играх стали придавать особое значение. В 1980 году ситуация усугублялась обострением "холодной войны", а годом ранее СССР ввел войска в Афганистан. Нужно было готовиться к предотвращению не только возможных терактов, но и провокаций западных спецслужб.

Собачий нюх

Армейская истина гласит: "Подальше от начальства - поближе к кухне". В этом отношении подполковнику запаса Илье Ефимову тогда повезло.

- Наша группа из девяти человек прилетела из Барнаула в Москву еще в начале мая, - вспоминает Илья Николаевич. - После празднования Дня Победы, мы встретились с заместителем председателя КГБ СССР, начальником 5-го управления Филиппом Бобковым. Во время инструктажа Филипп Денисович сказал: "В злачные места отправлять только сибиряков!". Сотрудники из Сибири считались самыми ответственными и надежными.

Ефимова откомандировали в комбинат питания в олимпийской деревне. Он включал в себя четыре ресторана - "Москва", "Украина", "Пекин" и "Будапешт". Рестораны с этими названиями продолжали работать в Москве, но теперь у них появились олимпийские "клоны". Илья Николаевич попал в столичный "Будапешт". Работал под прикрытием - его устроили заместителем директора по общим вопросам. Из какого ведомства пришел новый товарищ, в коллективе ресторана, если кто и догадывался, то благоразумно помалкивал. Ефимову поставили задачу - в течение двух месяцев отобрать в олимпийскую деревню около сотни сотрудников "Будапешта" и вдобавок проверить 180 студентов, которым предстояло работать волонтерами. Нужно было определиться и с помощниками в оперативной работе. Рабочий день растягивался с раннего утра до поздней ночи.

- Олимпийская деревня была официально открыта за несколько дней до старта Игр, - рассказывает Ефимов. - Накануне весь оперсостав бросили на тотальную проверку всех помещений на предмет закладки взрывчатых веществ и радиотехники. В помощь отрядили кинологов с собаками. В нашем подвале собака остановилась около ящика с оборудованием для моечной машины и залаяла. Завели второго пса - то же самое. Вызвали специалистов. Все просветили - вроде, ничего нет. От греха подальше увезли ящик для дополнительной проверки. Оказалось, резиновая форточка была сделана с добавлением вещества, применяемого при изготовлении взрывчатки.

Стеснительная Ульяна

Вскоре начали прибывать спортивные делегации со всего мира. Физическая и, главное, психологическая нагрузка на сотрудников "Будапешта" повысилась в разы. Со всеми проблемами и вопросами бежали к Ефимову.

- Первые три ночи я вообще глаз не смыкал. Потом руководство силком отправило отсыпаться. Питание мы организовали по принципу шведского стола. Кормили около двух тысяч гостей, работали с пяти утра до часу ночи. В зале стояла дюжина автоматов с различными напитками, в том числе экзотическими для советского человека "Фантой" и "Колой". Не забуду потрясенный взгляд чернокожего спортсмена: он себе сок наливает, а наши толпятся у этих автоматов. Как-то подбегает девчонка из нашей баскетбольной сборной: "Большая просьба, откройте служебный вход". Открываю - и упираюсь взглядом в женский пупок. Ульяна Семенова стоит, центровая сборной СССР (двукратная олимпийская чемпионка, трехкратная чемпионка мира. - Прим. ред.). Рост - два метра десять сантиметров. Основной вход в "Будапешт" был невысоким, сверху фигурные фонарики свисали, и Ульяна застеснялась сгибаться в три погибели. Так и ходила к нам через "служебку". Еще из знаменитостей запомнился кубинский боксер Теофило Стивенсон (трехкратный олимпийский чемпион в весовой категории свыше 81 кг. - Прим. ред.). Хороший мужик, деликатный. Правда, общались мы в основном языком жестов и мимики.

Кормили посетителей на убой. Каждый день в меню было от шестидесяти до восьмидесяти наименований блюд. Свежайшие ягоды и фрукты привозили самолетами. Мясо исключительно парное. Все бесплатно. Единственное, чего не было, это икры. Из-за нее на предыдущих крупных международных соревнованиях в Москве между гостями вспыхнула драка. После первых дней из жилой зоны олимпийской деревни "поступил сигнал" - у многих гостей из-за переедания случились расстройства желудочно-кишечного тракта. Зато случаев пищевых отравлений не было. Французская делегация приехала со своим поваром. Нас тогда сильно удивило, что повар ежедневно выдавал спортсменам красное вино в бутылочках по 0,35 литра. У сотрудников ресторана с французом установились приятельские отношения, и он однажды выдал им целый ящик "Каберне".

Поправился в командировке

Без нештатных ситуаций, по словам Ефимова, не обошлось.

- Мне сообщают: кубинская делегация собралась на улице, митингуют. А мы испанского языка не знаем. Бежим, вызвали по рации переводчика. Оказалось, митинг организован из-за двух кубинских тяжелоатлетов. Вместо того чтобы лететь в Москву, они сбежали в США. Выступавшие осуждали беглецов. Три часа митинговали. Еще одна история случилась в культурном центре в один из первых дней. После концертов обычно еще минут сорок играла музыка - желающие могли танцевать, общаться. И вот музыка заканчивается, гостям пора расходиться (спортивный режим надо соблюдать), а они не уходят. Им и так объясняют, и этак - бесполезно. Выключили основное освещение - молодежь села на пол: мол, требуем продолжения банкета. Что делать? Звонить руководителям делегаций, поднимать шум - западные журналисты мигом скандал раздуют. Решили схитрить. Дали волонтерам швабры и ведра с водой - пол мыть. "Забастовщики" недолго посидели на мокром полу, да и разошлись. Что касается серьезных провокаций, то у нас их не было. Как-то американский репортер начал у меня выпытывать рецепт блюд - может, на самом деле интересовался, а может, проверял, настоящий ли я работник ресторана. Пришлось поделиться рецептами, дал полный расклад. Нас ведь основательно готовили к новой работе, - улыбается Илья Николаевич.

Когда Ефимов вернулся домой, коллеги, встречавшие на железнодорожном вокзале, его не узнали. Думали, приедет худой и изнеможенный, а Илья Николаевич поправился на несколько килограммов.

- Я старался держать себя в форме, но со многими коллегами по работе приходилось из уважения присаживаться за стол: "Николаич, я что, один буду кушать? Посиди за компанию".

На футбол как на работу

Владимир Поливанный, ныне полковник запаса, во время Игр учился в Высшей школе КГБ в Минске. Один из курсов школы был направлен в Таллин (там проводилась олимпийская регата), другой остался в столице Белорусской ССР, где на стадионе "Динамо" проходили футбольные матчи команд из групп С и D, а также четвертьфинальный поединок между Югославией и Алжиром.

- В гражданской форме нам запрещали ходить даже после занятий, однако в апреле пришло распоряжение коротко не стричься, чтобы не выделяться в толпе. Вскоре курсантов стали останавливать патрули и указывать на нарушение устава. Пришлось выдавать нам "гражданку", - рассказывает Владимир Федорович.

Курсантов обеспечили билетами на все матчи. Всех в определенной последовательности распределяли по зрительским секторам. Помимо курсантов, на трибунах размещались милиционеры - кто в штатском, кто в форме. Кроме того, по два человека из оперативной группы находилось на самом верху секторов. Курсанты приезжали на стадион часа за два до начала матча, проверяли трибуны, а потом шли кинологи с собаками. После этого на еще пустых секторах оставались милиционеры в гражданском, а курсанты отправлялись к местам пропуска на стадион. В Минске стояла жара, игры начинались в 17:00, зрители одевались легко, и пронести с собой что-либо запрещенное под одеждой было сложно. Серьезных инцидентов на матчах не произошло. Иногда милиции приходилось выпроваживать с "Динамо" пьяных болельщиков, невесть как обманувших контролеров.

А вот за пределами стадиона произошла серьезная неприятность. Футболисты одной арабской сборной изнасиловали на базе в Раубичах переводчицу - студентку местного иняза. Политическая ситуация вокруг Игр была сложной (ряд стран западного мира во главе с США бойкотировали Олимпиаду), поэтому историю раздувать не стали, а двух футболистов выслали из СССР. Сразу же после последнего матча этой сборной, не снискавшей лавров в олимпийском турнире, были отправлены домой и все остальные.

- Думаю, в 2018 году на чемпионате мира по футболу у чекистов будет немало работы, - подытоживает Владимир Поливанный. - Что касается Минска и братьев-белорусов, то у меня остались самые добрые воспоминания.

Холодный душ для Магомаева

В культурный центр при "Будапеште", работавший по вечерам, заходили Александра Пахмутова и Николай Добронравов, на сцене выступали Алла Пугачева, Муслим Магомаев, Роксана Бабаян. С Магомаевым анекдотическая история приключилась. В Москве во время Олимпиады постоянно шли дожди. В день приезда певца на плоской крыше центра забилось сливное отверстие. Тонны две воды скопилось. Прислали для прочистки солдат. Те, недолго думая, стали долбить отверстие ломом. Но то ли бетон оказался непрочным, то ли солдаты переборщили - отломился большой кусок крыши, и вся вода хлынула на сцену, где репетировал одетый с иголочки Муслим Магометович. По словам Ефимова, крик стоял до потолка - концертный костюм пострадал. Однако вечером Магомаев пел в "Будапеште" как ни в чем не бывало.

Кстати

Молодежный чемпионат мира по хоккею в 2022 году пройдет в России. Об этом недавно заявил глава Международной федерации хоккея Рене Фазель: "Россия должна решить, куда мы поедем. Необходимо найти более хоккейное место, нежели Санкт-Петербург или Москва. Новосибирск мог бы стать отличным местом".