Новости

24.08.2016 14:20
Рубрика: В мире

В гостях у "мамзельки"

Репортер "СОЮЗа" побывала в полесской деревне, где горшки обжигают
В недалекую еще бытность глиняные миска и горшок ручной работы были обычной посудой на столе крестьянского дома. Теперь - редкость. Да и самого гончара днем с огнем не сыщешь. Некогда распространенный промысел превратился в хобби. В угоду туристам. В Брестской области осталась лишь одна деревня, которая хранит вековые традиции, - Городная в Столинском районе.
 Фото: Валентина Козлович Многие из участников нынешнего пленэра в Городной встретились в Скопине, где с 17 по 21 августа проходил VI международный  фестиваль гончаров.  Фото: Валентина Козлович
Многие из участников нынешнего пленэра в Городной встретились в Скопине, где с 17 по 21 августа проходил VI международный фестиваль гончаров. Фото: Валентина Козлович

Репортер "СОЮЗа" отправилась туда, чтобы посмотреть, как из бесформенного куска глины в руках мастера рождается сосуд, как и кто в горне обжигает горшки. С 25 июля по 2 августа в Городной проходил V Международный пленэр гончаров. В полесской деревне собрались ремесленники из Беларуси, России, Украины, Литвы, Армении и Польши. В том числе представители российского Скопина - гончарного центра Рязанщины, города-побратима Столина.

Гончарством Городная занимается с XV века. За деревней - залежи глины, что, несомненно, способствовало развитию промысла. Когда-то гончарные круги стояли здесь практически в каждом доме. Жители соседних деревень с юмором называли их обитателей горшколепами. Те не обижались на крестьян, потому что считали себя мещанами. Обоснованно. Деревня имела Магдебургское право, а на гербе ее на серебряном поле гордо располагался лось с золотыми рогами. Небедными были гончары.

Сегодня в Городной осталось несколько старых мастеров, а молодежь обучается ремеслу в Городнянском центре гончарства. Директор центра Василий Козачок приглашает меня в комнату, где собраны экспонаты для будущего музея:

- Вот это - "поляк". Горшок, в котором хранили зерно.

Из поколения в поколение он передавался шесть раз. Горшку не менее 300 лет.

Поверх ангоб, то есть рисунок. Сделан с помощью куриного пера красной глиной по белой, причем на сыром изделии перед обжигом. А самый у нас популярный горшок - "мамзелька". Миниатюрный, на литр. В таком варили кашу. "Мамзелька" также считалась мерилом стоимости при продаже горшков оптом.

В музейной комнате глаза разбегаются: "семак", "збан", "зливач", "пододинец", "одинец", "рынька", "клечик", "макотра", "банька"... У каждого свое предназначение. Для супа, крупы, воды, молока, теста.

Рядом с простыми обожженными горшками обработанные глазурью. Как здесь говорят, поливанные.

- "Полива" не только украшает посуду, но также образует защитный глянцевый слой, который продляет срок службы. Это долгий и трудоемкий процесс, - Василий Козачок показывает мне поливанный горшок и признается, что посуда без такой обработки ему нравится больше.

Парочка горшков-экспонатов выполнена в технике обвара. Это когда готовое изделие сначала при температуре 900 градусов обжигается, потом щипцами опускается в раствор с кислой средой (квас, огуречный рассол, пиво, сыворотка). Узор возникает независимо от мастера. Техника не характерна для Городной. Но старинная. Эти горшки в центре остались от прошлого пленэра.

Кстати, два года назад участники пленэра возрождали ангоб. Сейчас провели конкурс на самую совершенную форму "збана" и "баньки". Повторить изделия городнянских мастеров оказалось не так легко, как думалось.

Из музейной комнаты Василий Козачок зовет меня в подвал. Прежде чем глина попадет на гончарный круг, ее "сбивают в бабку" - огромный ком. "Бьют" глину большим деревянным молотом. А потом стругают мелкой стружкой. Потом снова "сбивают в бабку" и опять стругают. До тех пор, пока не станет она мягкой, как свежее деревенское масло. Хранят "бабку" в прохладном подвале, куда и привел меня Василий Козачок.

Там застали мы мастеров из Украины. Микола Величко из Хмельницкого, Юра Данилишин из Львова. Ребята не скрывают восторга:

- Глина хорошая. Условия для работы отличные.

Микола признается, что в гончары пришел после 15 лет в журналистике:

- Пришло время что-то менять в жизни. Бабушка шутила: "Один раз в глину замажешься - не отмоешься". Как напророчила. Ремесло затягивает все больше.

Беру в руку серый комок - он пластичный, податливый. Несведущему глина покажется субстанцией, лишенной цвета и запаха, не более того. Для мастера она плоть земли...

Но меня уже зовут наверх. Гончары забирают из подвала высохшие горшки и несут в горн. Погружение хрупких изделий во чрево печи процесс не каждодневный, уникальный, и может, такого я больше никогда не увижу. Спешу не пропустить. К печи идем вместе со старейшим городнянским гончаром Георгием Ковалько. В каждой руке мастера по пять "мамзелек".

- Сможете столько взять? - прищуривает глаза старик.

На гончарстве много не заработаешь, занимаются им в свободное от работы время. Фото: Валентина Козлович

У меня больше двух в каждую руку не получается. Боюсь разбить.

- Вот еще до закладки в печь хорошее изделие раскололось, - минская керамистка Наталья Кабанова собирает посуду, аккуратненько разложенную на траве в ожидании обжига. Битая керамика тоже сгодится. Ею накроют горшки в горне.

Закладывать изделия доверяют Сергею Шелесту. Парень в Городной вырос, научился мастерству и вот уже сам участвует в пленэре. Потомственный гончар. В местный центр гончарства вместе с братом Иваном он пришел в девятилетнем возрасте.

- Городнянскую керамику узнают не только в Беларуси. Приезжаю со своими желтенькими и зелененькими горшочками, все знают - городенец. Жаль только, на гончарстве много не заработаешь, буду заниматься им в свободное от работы время, - рассуждает Сергей.

У меня в Городной было две задачи: купить горшки и посидеть за гончарным кругом. Гончары смеются, вытирая руки о фартуки:

- Слишком нарядно вы оделись.

Место мне уступает Татьяна Каленкина. Вместе с дочкой Марией они приехали из Орла. Татьяна Ивановна лепит куклу:

- С глиной работаю давно - у нас в Орле была фабрика керамических изделий. Там всю жизнь. За гончарный круг села перед выходом на пенсию. Дочь Мария - дизайнер, потом в магистратуре занималась историей орловской керамики. В результате мы собрали изделия "с миру по сосенке" и создали в Орле музей.

- Сила нужна за гончарным кругом? - осторожно дотрагиваюсь до куклы и понимаю, насколько она сейчас уязвима.

- Нет, не сила. Скорее ловкость и желание. Но в Городной глина плотная, женщинам тяжеловато.

В Городную Каленкины приехали, увидев презентацию гончарной столицы Беларуси в Скопине Рязанской области:

- Мы впечатлились тогда, сейчас довольны, что у вас побывали. Это и обмен опытом, и новые знакомства.

Из Скопина в Городную приехали Юрий Гефенедер - мастер глазурованных фигурных сосудов, а также потомственный гончар Валентина Пономарева, которой особенно удаются подсвечники. Валентина в Городной в первый раз и, кажется, нашла здесь свою судьбу. С гончаром из Пружан Виталием Романовским они стали друзьями.

Досье "СОЮЗа"

В 2010 году традиционному гончарному промыслу деревни Городная присвоен статус нематериальной историко-культурной ценности Беларуси, а местный центр гончарства внесен в официальный перечень объектов нематериального культурного наследия Брестской области.

В мире экс-СССР Беларусь
Добавьте RG.RU 
в избранные источники