Новости

07.09.2016 18:05
Рубрика: В мире

"Я всегда занимаю сторону дела..."

Григорий Рапота - о чувстве долга, будущем интеграции и анекдотах про Штирлица
Госсекретарь Союзного государства дал интервью Белорусскому телевидению. В беседе с журналистом Маратом Марковым на актуальные темы Григорий Рапота изложил свою позицию по важнейшим вопросам развития Союзного государства, в том числе в контексте острых мировых проблем. Рассказал о приоритетах белорусско-российского взаимодействия и масштабных совместных проектах. А также приоткрыл ранее неизвестные широкой публике страницы своей насыщенной служебной биографии. Предлагаем этот откровенный разговор вниманию наших читателей.
Григорий Рапота: Человек должен обладать  чувством юмора, самоиронии. Если он этим не обладает, то с ним очень тяжело иметь дело. Фото: Роман Щербенков Григорий Рапота: Человек должен обладать  чувством юмора, самоиронии. Если он этим не обладает, то с ним очень тяжело иметь дело. Фото: Роман Щербенков
Григорий Рапота: Человек должен обладать чувством юмора, самоиронии. Если он этим не обладает, то с ним очень тяжело иметь дело. Фото: Роман Щербенков

Григорий Алексеевич, в должности Государственного секретаря Союзного государства вы работаете уже практически пять лет. Что входит в ваши обязанности?

Григорий Рапота: У нас есть ряд органов, которые руководят деятельностью Союзного государства. Это Высший Государственный Совет, куда входят президенты и высшие должностные лица: руководители парламентов, главы правительств. Есть Совет Министров, куда входят главы правительств, и я вхожу. Есть Постоянный комитет - это исполнительный орган Союзного государства. Поэтому я осуществляю исполнительские функции. Еще мы исполняем функции экспертного сообщества: готовим экспертизу, решения высших органов. Также мы даем оценку ситуации, которая складывается в отношениях между двумя государствами в разных аспектах. То есть выходим за рамки просто исполнителя, который выполняет то, что ему сказали. Мы творческий организм.

В свое время вы окончили Московское высшее техническое училище имени Баумана. Получили образование инженера-конструктора, но по специальности не работали.

Григорий Рапота: Три месяца я успел поработать по специальности.

А где? Об этом нет информации.

Григорий Рапота: В закрытом военном институте. После этого меня забрали в органы безопасности. С тех пор я там работал.

Не жалеете, что стали сотрудником внешней разведки?

Григорий Рапота: Нет.

Дослужились до генерал-лейтенанта. Очень солидное звание.

Григорий Рапота: Работа была интересной, особенно для молодого человека. Ведь я же не всегда был генерал-лейтенантом и на рядовых должностях достаточно долго проработал.

Дипломатизм - это умение общаться с людьми, особенно с теми, которые порой не разделяют твоих взглядов. Это необходимо и в политике, и в жизни

Григорий Алексеевич, я знаю, что ваши отец и дед воевали в Великую Отечественную войну. И в то же время среди ваших наград, которые я увидел на сайте Союзного государства, первым стоит орден Красной Звезды. Обычно его считают боевым орденом, им награждают за участие в боевых действиях или за какой-то подвиг в мирное время. Если не секрет, за что получили вы этот орден?

Григорий Рапота: О подвиге говорить не будем. Но орден я получил во время службы во внешней разведке за какие-то конкретные вещи.

То есть какое-то спецзадание, о котором мы не можем говорить?

Григорий Рапота: В общем, да.

В то же время ваши коллеги и журналисты, которые с вами общались, говорят о вас как о человеке открытом, который отвечает за свои слова. Я нашел даже интересную цитату: "Рапоту отличает эрудиция, порядочность и дипломатизм".

Григорий Рапота: Приятно это слышать.

С 2001 года вы практически перешли в политику. Если говорить об этих трех качествах, какое из них наиболее приоритетно в вашей нынешней работе?

Григорий Рапота: Я бы назвал еще такое качество, как исполнительность, это у нас как бы заезженный термин. На самом деле найти хорошего исполнителя, и чтобы при этом в нем было еще и творческое начало, я считаю, непросто. Это очень ценный работник в любой работе, в любой специальности. Что касается эрудиции, то стараешься держаться в курсе по крайней мере того объема информации, который тебе нужен для работы. Эрудиция никому не мешала. В любой специальности - чем больше ты знаешь, тем лучше и легче тебе работать. Дипломатизм - это умение общаться с людьми, особенно с теми, которые порой не разделяют твоих взглядов. Очень важно в себе выработать это качество. Это необходимо для работы и вообще в жизни, а в политике тем более. Я имею дело с представителями двух государств, очень часто бывают жаркие споры и противоречивые точки зрения, и это нормально. В ЕврАзЭС было 5, а в какой-то период и 6 государств. И когда все собирались и обсуждали какие-то особенно жизненно важные темы, дискуссия была очень оживленной.

На уровне правительств приходилось ли вам, будем так говорить, выступать в качестве рефери и разнимать спорящих?

Григорий Рапота: На таком уровне, конечно, нет. Но на уровне экспертов это уж определенно. Что значит разнимать? Это не совсем правильно. Люди же не кидались в драку. Просто были жаркие споры, и твоя задача была не просто их примирить, а найти какое-то компромиссное решение, которое удовлетворяло бы всех.

О маленьком Шенгене на двоих

Давайте перейдем к вопросу, который сегодня на слуху. Насколько я знаю, в Союзном государстве давно обсуждаем тему единой въездной визы. Дмитрий Медведев назвал такую визу "маленький Шенген на двоих". Вот эта тема на какой стадии сейчас находится?

Григорий Рапота: Есть поручение о составлении такой "дорожной карты" по решению этого вопроса. И сейчас в проработке экспертов России и Беларуси, где-то на уровне министерств иностранных дел. Вы понимаете, есть примеры, которым нельзя следовать, а есть примеры, которым следовать вполне можно. Я считаю, это один из примеров, который можно взять на вооружение в применении, конечно, к нашим реалиям. Если будет введена союзная виза, она дает возможность свободы передвижения, но она не отрицает, так же как в Шенгене, наличие национальной визы.

Миграционный кризис, который случился в Европе, каким-то образом повлиял на решения в разрезе единой миграционной политики?

Григорий Рапота: Во-первых, это интересный, может быть, со знаком минус, но опыт. Потому что те проблемы, с которыми столкнулась Европа, надо внимательно изучать, делать все, чтобы учиться на чужих ошибках, а не на своих. В привязке к нашим реалиям это заставляет нас более четко договариваться о единой миграционной политике, чтобы у нас были к ней единые подходы. Я не имею в виду миграцию из Беларуси в Россию или из России в Беларусь. У нас в Союзном государстве своя ситуация, которая дает полную свободу передвижения, устройства на работу, учебу, жительство и так далее. Эти все вопросы в большей части решены и еще будут совершенствоваться. А для граждан третьих стран должны действовать несколько простых принципов. И первый из них - четкий учет въезда на территорию Союзного государства, который должен сразу распространяться на два государства.

А сейчас он есть?

Григорий Рапота: База данных сейчас уже имеется, пограничники активно взаимодействуют. Тут просто надо наводить порядок и заставлять жить по законам наших стран тех, кто к нам въезжает. Вот тогда будет порядок.

Для развития Союзного государства, безусловно, очень важны совместные научно-экономические программы. Но в то же время наиболее чувствительными являются, конечно же, социальные проекты. Вы можете четко обозначить лучшие достижения в социальной политике, которые уже сейчас работают в отношении граждан двух стран или в ближайшее время заработают?

Григорий Рапота: Сделано очень много, чтобы россияне не чувствовали себя иностранцами в Беларуси, а белорусы не чувствовали себя иностранцами в России. Это свобода передвижения, свобода выбора места жительства. Под каждой из этих позиций есть соглашение, это не просто так - раз, и решилось. Свобода выбора места работы, причем на тех же условиях, как граждане России.

То есть дипломы признаются?

Григорий Рапота: Конечно. Когда ты поступаешь на работу, то попадаешь под те же социальные гарантии, как и работники страны пребывания.

А если вдруг белорус, к примеру, сталкивается с какими-то дискриминационными посылами в отношении себя на территории России, куда ему обращаться?

Григорий Рапота: К нам, в Постоянный комитет.

Тема, может быть, болезненная, но, пользуясь случаем, хотелось бы у вас спросить об этом. Я о скандалах, связанных с поставкой белорусской продукции в Россию. Какова роль Союзного государства, ваша роль непосредственно и ваших подчиненных в разрешении этих конфликтов?

Григорий Рапота: Мы несколько раз проводили совещания с участием Россельхознадзора и всех, кто вовлечен в эту ситуацию с белорусской и российской сторон. Там есть две вещи. Первое - это существо проблемы: то ли она есть, то ли нет. В этом всегда надо разбираться, а не искать какие-то политические мотивы. И второе, мы всегда всех призываем - и российскую сторону, и белорусскую: пока не разобрались все вместе, не надо выходить в информационное поле, которое преподносит все с таким спекулятивным оттенком, а это подхватывается, раскручивается. И дело превращается в скандал. Хотя спор хозяйствующих субъектов был, есть и будет. Наша обязанность свести это к минимуму.

О выборах и доверии

Немного затронем тему международных отношений. Президентские выборы в Америке. Фактически на сегодняшний день есть два основных кандидата, шансы которых примерно равны, результат, развязка достаточно близки. Но что интересно, действующий президент Обама начинает открыто становиться на позицию одного из кандидатов и заявляет буквально: "Я обожаю Хиллари, и никто не может быть лучшим президентом США, чем Хиллари Клинтон". У нас это назвали бы административным ресурсом, там это называется демократией. Ваше мнение, результат предопределен?

Григорий Рапота: Нет, конечно. Во-первых, то, что делает Обама, полностью вписывается в ту систему ценностей, которые существуют в Соединенных Штатах с конца XVIII века с принятием Конституции, там ничего нового нет. Обама является представителем демократической партии.

Как и Клинтон?

Григорий Рапота: Совершенно верно. И поэтому его поддержка вполне естественна. Это всегда было, есть и будет. Если бы он при этом прислал "маски-шоу" на съезд Республиканской партии и закрыл ее, вот тогда мы бы с вами говорили, что там что-то не так.

А так это нормально?

Григорий Рапота: Это норма, абсолютно.

Я почему еще задал этот вопрос. Хиллари Клинтон в свою бытность госсекретарем крайне резко, я бы сказал, высказывалась о сообществах, которые образуются на территориях бывшего Советского Союза. Процитирую: "Есть четкое движение к советизации региона. Процесс носит название Таможенный союз, или Евразийский союз. Мы знаем, какова цель этого процесса, и пытаемся найти эффективный способ, как замедлить его или вообще остановить".

Григорий Рапота: Достаточно понятная позиция.

Вы готовы к тому, что через полгода придется, мягко говоря, столкнуться с более жестким противодействием интеграционному процессу?

Григорий Рапота: А ничего нового не происходит. Противодействие было с самого начала. Я начинал заниматься Евразийским союзом в 2001 году, все было так же. Может быть, просто деклараций таких не было. Мы безуспешно пытались установить нормальный диалог с Европейским союзом, причем не являясь политической организацией, а сугубо социально-экономической. Не хотят нас видеть, не хотят, чтобы мы здесь как-то взаимодействовали. Уверяю вас, если будет Трамп, ничего нового в этой части не произойдет.

То есть смена слонов или ослов не влияет на внешнюю политику?

Григорий Рапота: Нет. Понимаете, вообще внешняя политика никогда не была в Соединенных Штатах основным предметом предвыборной борьбы. Люди голосуют за свою жизнь, за то, как они живут, за то, как растут цены или не растут, социальное, медицинское обеспечение. Внешняя политика для них на периферии сознания. Мы, естественно, обращаем на это внимание, потому что нас это касается. А рядовой американец и на географической карте не укажет, где находится Россия, Беларусь или Украина.

Григорий Алексеевич, любая предвыборная кампания - это, как говорят политологи, один из способов всколыхнуть общество. Сейчас предстоят выборы в Парламент Беларуси и Госдуму. Я уверен, что в Беларуси они пройдут совершенно спокойно. А в России?

Григорий Рапота: Все будет хорошо, я в этом абсолютно уверен.

Миссия СНГ предлагает нашим коллегам из БДИПЧ ОБСЕ выработать единые стандарты оценки выборов. На ваш взгляд, есть вероятность того, что в ближайшее время какой-то "золотой стандарт" в рамках ОБСЕ по оценке выборов не только в странах бывшего Советского Союза, но и в европейских будет выработан совместно?

Григорий Рапота: Все будет зависеть от того, как мы вообще будем выстраивать отношения с Европой, будет ли между нами доверие.

То есть это, скорее, следствие?

Григорий Рапота: Именно так. Если будет доверие, значит, мы будем как-то более терпимо и более внимательно относиться к практике Европы, а европейцы к нашей практике. Понимаете, нельзя нас всех загонять под одну гребенку, потому что у нас разный исторический опыт развития, в том числе политического сознания населения, в том числе какой-то практики, каких-то демократических институтов. Я даже не исключаю, что и они у нас кое-чему поучатся. Вот последние события заставили их задуматься о таких вопросах, как отношение к мигрантам, и так далее. Для этого нужен диалог, и тогда будет все нормально. Для этого не нужны санкции, потом контрсанкции как следствие этого. Это непродуктивная вещь, она не способствует диалогу.

Мы заточены на дело

Григорий Алексеевич, террор в Европе - это, на ваш взгляд, кризис мультикультурализма или расплата за "цветные революции"?

Григорий Рапота: Я думаю, наверное, первое. То, что приходят в дом - это нормально. То, что людей принимают, особенно из стран, где им грозит опасность, - это нормально. Но люди должны жить по тем законам, которые приняты в этой стране. Если этого не происходит, то происходит то, что сейчас.

Вы сам россиянин и возглавляете интеграционную структуру, в которую входят два государства. При возникновении споров чью сторону вы занимаете?

Григорий Рапота: Сторону дела. Понимаете, мы же решаем вопросы. И если для решения какого-то вопроса нужно поправить российскую сторону, я это делаю, если белорусскую, я тоже это делаю. И самое главное, что у нас этот подход создал такую атмосферу в Постоянном комитете, что, кто у нас россияне, а кто белорусы, мы вообще уже и не помним. Потому что мы заточены на дело, а это самое важное.

Вы скорее консерватор или новатор?

Григорий Рапота: Наверное, все-таки я тяготею к новаторству больше, но не за счет слома всего, что наработали. Нельзя делать по принципу "до основания, а затем", вот это не по мне.

Доброжелатели поговаривают, что вы своей карьерой обязаны не только личным качествам, но и Евгению Примакову. Насколько серьезную роль он сыграл в вашей судьбе?

Григорий Рапота: Когда Евгений Максимович пришел, я работал на генеральской должности, поэтому к тому времени уже прошел большой путь, был руководителем подразделения. Я даже не за то ему благодарен, что он сделал меня из руководителя подразделения одним из своих заместителей, а за то, что я у него многому научился: как он вел совещания, как он выслушивал наши мнения, как он принимал решения - вот это бесценно.

Я приведу слова шведского журналиста Пэра Йонсона, которые опубликованы в одной из крупнейших шведских газет: "Если в разведке работают такие люди, как Рапота, значит, это хорошая разведка".

Григорий Рапота: Был такой журналист, есть.

А проколы случались в вашей работе?

Григорий Рапота: Было и такое.

Говорят, что в службе внешней разведки весьма популярны слова Станислава Ежи Леца, который считал, что "несгибаемая позиция - это часто результат паралича". Вы согласны с такой трактовкой?

Григорий Рапота: Абсолютно.

Ваш предшественник на посту Госсекретаря Союзного государства очень любил рассказывать анекдоты. У вас есть такая склонность?

Григорий Рапота: Такой склонности у меня нет, но, в принципе, если анекдот интересный, то могу и рассказать.

А генерал КГБ над шутками про Штирлица смеется?

Григорий Рапота: Конечно. Мы над собой смеемся. Вообще человек должен обладать чувством юмора, самоиронии. Если он этим не обладает, то с ним очень тяжело иметь дело.

В мире экс-СССР Беларусь