17.11.2016 00:09
    Рубрика:

    Календарь поэзии: Поэт Борис Смоленский бредил бурями и парусами

    75 лет назад смертью храбрых погиб поэт Борис Смоленский
    Как мучительно было выбирать три-четыре стихотворения Бориса из его совсем небольшого наследия. Все стихи - как тугие паруса. И каждое важно для нас сейчас, сегодня. Как больно думать, что котомка с его военными стихами лежит где-то в земле. А при жизни он опубликовал 24 строки.

    Борис родился в 1921 году. Отец был разъездным корреспондентом и часто брал сына в командировки. В 1937 году отца арестовали. Вскоре арестовали и мать.

    Борис с сестрой остались одни. Взрослые заботы не согнули подростка, он заканчивал школу, зарабатывал на хлеб, писал стихи и влюблялся. Поглощенный событиями в Испании, учил испанский язык и переводил Гарсиа Лорку. С другом Женей Аграновичем написал песню "В тумане тают синие огни...". Агранович вспоминал: "Он бредил бурями и парусами..." Поступил в институт инженеров водного транспорта. Когда Борису исполнилось восемнадцать, он взял на воспитание маленького мальчика, у которого погибли родители.

    В армию его призвали еще до войны и он попал в Карелию, в стройбат. Вчерашние студенты корчевали пни, расчищая площадку для строительства аэродрома у села Бесовец. В письме, написанном сразу после 22 июня, Борис пишет любимой девушке: "Все в порядке. Война с Германией, я в армии. Ты ведь знаешь, у меня никогда не было желания отсиживаться за чужими спинами".

    Борис Смоленский погиб 16 ноября 1941 года в бою под Медвежьегорском. В середине декабря 2-ю легкострелковую бригаду, в которой он воевал, расформировали "вследствие безвозвратных потерь".

    Когда-нибудь поисковики найдут его стихи и дневниковые записи. Скрученные листки из блокнота Борис мог положить в гильзы или спрятать в пустой фляге. Я верю, что он успел это сделать.

    В его довоенных черновиках есть две отдельно записанных строки:

    И на Карельском перешейке

    еще находят наши дневники.

    Из стихов Бориса Смоленского

    ...Я когда-то повешен в Париже,

    Я застрелен на двух дуэлях,

    Я пробил себе сердце навылет,

    Задохнулся астмой в Москве.

    * * *

    Я оптимист, но не из тех,

    что ныне

    Кричат, что нет ни горя,

    ни беды,

    Кто враг и всех и всяческих

    уныний

    Как социально чуждой ерунды.

    Кто голосит в стихах,

    как на собранье,

    Подержанную молодость жуя,

    Что нам осталось только

    ликованье,

    А грусть оставим мелким

    буржуям.

    * * *

    Я сегодня весь вечер буду,

    Задыхаясь в табачном дыме,

    Мучиться мыслями

    о каких-то людях,

    Умерших очень молодыми,

    Которые на заре или ночью

    Неожиданно и неумело

    Умирали, не дописав неровных

    строчек,

    Не долюбив,

    Не досказав,

    Не доделав...

    * * *

    Сегодня наш последний вечер,

    Темно, и за окном январь.

    Ни слова, ни огня, ни крика.

    Пусть тишина как на пари.

    Открой рояль. Сыграй мне

    Грига

    И ничего не говори.

    Молчи. Пусть будут только

    тени

    На клавишах и на висках.

    Я спрячу голову в колени,

    Чтоб тишину не расплескать.

    * * *

    А если скажет нам война:

    "Пора",

    Отложим недописанные

    книги,

    Махнем: "Прощайте" -

    гулким

    стенам институтов

    И поспешим

    по взбудораженным дорогам,

    Сменив слегка потрепанную

    кепку

    На шлем бойца, на кожанку

    пилота

    И на бескозырку моряка.

    Поделиться: