Новости

15.03.2017 13:00
Рубрика: "Родина"

Как статья в "Правде" спасла Лавру

Из истории борьбы за придание статуса музея-заповедника Троице-Сергиевой лавре
В истории охраны памятников России 1930-е гг. справедливо считаются наиболее мрачной полосой. Тогда сознательное уничтожение памятников национального наследия приобрело масштабный характер. Однако и в ту пору не все было однозначно.
В одной из крепостных башен монастыря. 1930-е гг.  Анна Александровна Караваева, член Союза советских писателей.
Анна Александровна Караваева, член Союза советских писателей.

Древний город с новым будущим

В июле 1939 г. в газете "Правда" вышла статья известной писательницы, общественного деятеля Анны Караваевой1 "Памятники истории". Направленность публикации - состояние исторического наследия - носила актуальный характер. В условиях напряженной внешнеполитической ситуации в русле формирования основ историко-патриотического воспитания приоритетной стала апелляция к национальному самосознанию. Эта задача потребовала официального пересмотра места и роли наследия в культурно-образовательной политике, в связи с чем памятники истории призваны были вновь занять важное место в системе патриотического воспитания. Обсуждение неудовлетворительного состояния и перспектив музеев, памятников архитектуры, мемориальных объектов в конце 1930х гг. стало нередким на страницах официальных печатных изданий2.

Статья Караваевой была посвящена впечатлениям от знакомства с Троице-Сергиевой лаврой3. В прошлом - прославленным монастырем, ныне - Загорским историко-краеведческим музеем4.

Приезд А. Караваевой в Загорский музей летом 1939 г. был не случаен. Писательница готовила материалы для нового выпуска журнала "СССР на стройке". Как известно, один из самых ярких печатных органов советской пропаганды своим содержанием, а главное - выразительными фотоиллюстрациями, должен был убедительно демонстрировать преимущества достижений страны Советов. Журнал выходил на многих языках и в значительной степени был ориентирован на зарубежную аудиторию.

Новый выпуск журнала посвящался жизни малых исторических городов. Примером послужили Переяславль-Залесский и Загорск. Замысел выпуска состоял в том, чтобы в повествовании органично соединить прошлое, настоящее и перспективы будущего советской провинции. Смысловой упор был сделан на бережное, но вместе с тем и преобразующее отношение строителей новой страны к лучшему, что оставила им дореволюционная Россия.

Центральное место в рассказе о жизни Загорска в журнале заняла современная (музейная) судьба бывшей Троице-Сергиевой лавры. Монастырь, стены и башни которого напоминали "одну из героических страниц" истории СССР, предстает превращенным в "прекрасное наглядное пособие по изучению нашей родины". Сам Загорск (Сергиев Посад) был представлен как древний город с новым будущим, как хранитель старинных традиций игрушечного ремесла ("мировой центр игрушки") и одновременно город современных заводов, фабрик и образовательных учреждений.

Заметка в "Правде" касалась непосредственно монастыря. В первой ее части говорилось о прошлом монастыря, о героической обороне 1608-1610 гг. Слова автора звучали как приглашение: "Спуститесь в "нижний бой" толстостенной могучей башни..., поднимитесь повыше, в "средний бой", потом взойдите на стены, станьте за высокий каменный зубец - и ваше воображение нарисует образы защитников крепости, стрелявших из-за этих зубцов по войскам изменников и польских интервентов. Вы представляете себе картину артиллерийского боя начала XVII века..." "Под стенами вам показывают места, где поляки и "воры" начали было рыть подкоп, чтобы взорвать непокорную крепость", и только подвиг крестьян-героев, пожертвовавших жизнью, смог предотвратить захват монастыря. Читателя подводили к мысли об уникальности места, заставляющего испытывать волнение через чувство сопричастности важным событиям национальной истории.

Далее акцент переносится на то, что можно увидеть в бывшей лавре. Знаменитый монастырь-крепость производил удручающее впечатление. Караваева нарисовала выразительную картину обветшания и запустения: "В здании бывшего монастыря проживает много людей, не имеющих никакого отношения к музейной работе... Главные ворота с красной башней над ними всегда открыты, стены входа грязные, облупленные. Какие-то неопрятные закоулки встречают вас, если вы входите в ворота". "Обширный двор" крепости превращен в проходную улицу, а желание обойти вокруг крепостных стен, чтобы оценить старинную архитектуру, наталкивается на преграды в виде гор мусора.

Резюме статьи звучало категорично: "Музей должен быть обращен в государственный заповедник. Комитету по делам искусств и музейному отделу Наркомпроса следует более решительно озаботиться тем, чтобы эта старинная крепость, один из дорогих нам памятников великой истории нашей родины, стал действительно государственным заповедником".


В одной из крепостных башен монастыря. 1930-е гг.

Судьба Загорского музея

Привычное сегодня словосочетание "музей-заповедник" в те годы для большинства населения было незнакомым. Но еще в 1938 г. Исполком Московского областного Совета народных депутатов и Управление по делам искусств при СНК РСФСР[5] вышли в республиканское правительство с инициативой объявить весь комплекс Загорского музея музеем-заповедником с последующим полномасштабным восстановлением ансамбля.

В течение 1939 г. вопрос рассматривался в различных ведомствах. Несмотря на заинтересованность в его продвижении Управления делами СНК, процесс затянулся. Между тем практика проводившихся с 1937 г. реставрационных работ[6] потребовала особого нормативного положения, которое бы закрепило новый статус музея и вывело на новый уровень и научно-техническое обеспечение. Правительственное постановление должно было привести и к расселению граждан, разместившихся в архитектурном ансамбле.

Статья в "Правде" появилась своевременно и сыграла конструктивную роль в судьбе Загорского музея. 1 февраля 1940 г. СНК РСФСР утвердил постановление N 42 "О мероприятиях по улучшению состояния памятников Загорского музея"[7]. В РСФСР появился музей особого статуса - музей-заповедник. Вокруг наружной линии крепости запрещалось строительство на расстоянии в 30 метров. Музей из ведения Мособлисполкома перешел в непосредственное подчинение управлению по делам искусств при СНК РСФСР. Реставрация была запланирована на 1940-1943 гг. с бюджетом в 6 млн. руб.8


Социалистическое строительство на фоне памятников истории. Новый взгляд 1930-х гг.

Взгляд из-за рубежа

Чуть ранее, в 1936-1937 гг., в Берлине и Праге были опубликованы работы П.Н. Савицкого, в которых жестко критиковалась ситуация с состоянием культурного наследия в СССР. Говорилось о разрушении памятников и распродаже музейных ценностей. Прозвучали открытые обвинения советского режима в русофобии, гонениях на "все, что есть ценного в историческом прошлом нации". Одновременно автор указывал, что разумнее было бы не избавляться, а использовать национальное достояние как "психологическую основу" обороноспособности страны и в целях практической выгоды государства, имеющего "великое туристическое будущее". Савицкий делал заключение, что строительство нового мира правильнее осуществлять "на фоне великих памятников прошлого"9.

Не будем проводить прямые взаимосвязи. Однако сама концепция выпуска журнала "СССР на стройке", художественное решение обложки под "говорящим" главным лозунгом номера "Социалистическое строительство на фоне памятников нашей многовековой истории" выглядит прямым ответом на заявления эмиграции.

Правительственное постановление об ансамбле Троице-Сергиевой лавры не могло разрешить весь комплекс накопившихся проблем. Самым сложным вопросом оказалось расселение монастыря. Тем более что использование памятников для хозяйственных нужд приводило к износу и упадку зданий. В процессе реставрации участились случаи вандализма, возможно, со стороны размещавшихся в монастыре граждан.


Загорские пионеры на экскурсии в историко-художественном музее (бывший Троице-Сергиевский монастырь). 1930е гг.

Ученые бьют тревогу

Трудно сказать, как быстро удалось бы изменить ситуацию, но в сентябре 1940 г. в "Правде" вновь была опубликована статья, посвященная Загорскому музею10. Это было коллективное письмо в редакцию с авторитетным составом подписантов: академики Академии архитектуры И.В. Жолтовский, И.В. Рыльский, академик АН СССР Ю.В. Готье, члены-корреспонденты С.В. Бахрушин, В.И. Пичета, профессора М.В. Нечкина, А.В. Арциховский, П.В. Щусев, В.И. Лебедев и другие.

Ученые обращали внимание на факты безответственного отношения к Загорскому музею. Напоминая о ленинском декрете 1920 г.11, авторы обращали внимание на постановление СНК от 1 февраля 1940 г. об объявлении музея заповедником. Констатировалось, что на деле этого не произошло по вине тех, кто заселял территорию музея: "Несмотря на то, что в отношении целого ряда организаций уже давно имеются судебные решения о выселении, до сих пор эти организации не выселены. Городской совет не только не оказывает в этом музею никакого содействия, но сам продолжает занимать на территории музея помещения, которые обязан был освободить по решению суда".

Говорилось и о случаях вандализма, о продолжении эксплуатации грозящих обрушением зданий, о самовольных переделках, ухудшающих их состояние, о недопустимом потоке транспорта поблизости. Указывалось, что в подобных условиях невозможна надлежащая охрана ценностей и планомерная реставрация. Статья, адресованная прежде всего местным городским властям, призывала "покончить с нерадивым, совершенно нетерпимым отношением к замечательным памятникам нашей родины".

Вероятно, эта статья, как и в предыдущем случае, имела конструктивные последствия. К концу 1940 г. была начата процедура подготовки нового постановления правительства о Загорском музее, на этот раз направленного на определение порядка его освобождения от посторонних организаций и жильцов. Несмотря на трудности, процесс постепенного расселения архитектурного ансамбля Троице-Сергиевой лавры начался. Тянулся он долго. С 1945 г. в СНК СССР возобновилась работа по подготовке нового постановления о программе освобождения территории музея-заповедника. Окончательно решить проблему удалось лишь в начале 1960-х гг.

По окончании Великой Отечественной войны в стенах Троице-Сергиевой лавры был восстановлен монастырь. Статус музея-заповедника за территорией ансамбля был сохранен, реставрационные работы в послевоенное время продолжились в большем масштабе. В 1993 г. ансамбль Троице-Сергиевой лавры вошел в список памятников ЮНЕСКО. Этому в большой степени способствовала деятельность Сергиево-Посадского музея.


Троице-Сергиева лавра.

Переоценка роли национального наследия

Чем можно объяснить столь выраженный интерес руководства страны к памятникам Троице-Сергиевой лавры, проявленный в 1930е гг. на фоне достаточно тяжелой ситуации с состоянием архитектурного наследия и музейных коллекций? Возможно, ответ нужно искать в следующем.

Поставленные во второй половине 1930-х гг. задачи исторического образования, историко-патриотического воспитания вызвали потребность располагать определенными музейными объектами, знакомство с которыми могло подкреплять знания, полученные из новых образовательных курсов гражданской истории. В первую очередь - это военные мемориалы, а также памятники, историческое прошлое которых укладывалось в контекст формирования государства и основ национальной культуры.

Ансамбль Троице-Сергиевой лавры отвечал многим требованиям. Он представлял собой широко известный за рубежом, полностью сохранившийся архитектурный комплекс, обладающий редкими историко-художественными достоинствами и выраженным национальным колоритом. Исторически сложившееся масштабное собрание произведений искусства в сочетании с ансамблем памятников зодчества военного, гражданского и культового назначения позволяли развернуть широкий показ и использование ансамбля в целях историко-патриотического, художественного образования и задач научного исследования.

В области идеологии, в исторической науке национальная художественная традиция, проблеме формирования которой стало уделяться все большее внимание, напрямую связывалась с освободительным движением в рамках объединительного процесса вокруг Московского княжества, а впоследствии - освобождения Московской Руси в эпоху Смуты. Именно к этой сфере национальной истории принадлежали наиболее яркие страницы летописи самой лавры. Богатое прошлое монастыря могло дать конкретный исторический материал для формирования патриотического самосознания.

Определяющее значение имела как географическая, так и прямая историческая близость Троице-Сергиевой лавры к Москве. Трактовка истории лавры в русле московской политики не требовала дополнительных обоснований. Этот фактор получил особое значение в преддверии 800летнего юбилея Москвы (1947 г.).

Наконец, сохранение такого известного памятника, как Троице-Сергиева лавра, было весомым аргументом в пользу благоприятного и представительного имиджа страны за рубежом.

Переоценка роли национального наследия базировалась на строгом отборе и выдержанной трактовке "идеологически верных" объектов и сюжетов истории, с опорой на которые закладывались основы "советского патриотизма". Выдвинем предположение, что к таким объектам на рубеже 1930-40х гг. была отнесена и Троице-Сергиева лавра, с чем связано создание на ее основе музея-заповедника.


1. А.А. Караваева (1893-1979) - русская советская писательница, в 1931-1938 гг. - ответственный редактор журнала "Молодая гвардия", с 1938 г. - член президиума Союза советских писателей, в 1934-1950 гг. депутат Моссовета. В 1935 г. в составе советской делегации участвовала в первом Конгрессе защиты культуры в Париже. В 1942 г. вышла книга А. Караваевой "На горе Маковце", в которой получили литературное воплощение события осады Троицкого монастыря 1608-1610 гг.
2. Одной из поднимаемых в те годы тем была судьба памятников Бородинского поля. Д.С. Лихачевым описана ситуация с Бородинским мемориалом. В 1932 г. был взорван памятник на могиле генерала П.И. Багратиона, а стену монастыря, построенного на месте гибели генерала А.А. Тучкова его вдовой, отметили надписью "Довольно хранить остатки рабского прошлого!". Потребовалось вмешательство газеты "Правда" в 1938 г., чтобы надпись убрали. См.: Лихачев Д.С. Русская культура. СПб., 2007. С. 171.
3. Караваева А. Памятники истории // Правда. 1939. 16 июля.
4. Музей, организованный в 1920 г. на основе архитектурного ансамбля и историко-художественных коллекций Троице-Сергиевой лавры, именовался по названию города: в 1920е гг. - Сергиевский историко-художественный и бытовой музей, с 1930 по 1991 г. - Загорский музей (с 1940 г. - музей-заповедник). С 1991 г. по настоящее время - Сергиево-Посадский государственный историко-художественный музей-заповедник.
5. Управление по делам искусств при СНК РСФСР - структурное подразделение республиканского уровня Комитета по делам искусств при СНК СССР. Союзный комитет по делам искусств был создан в 1936 г. Под его руководство перешли крупнейшие художественные музеи страны. Одним из первых в 1936 г. в систему комитета был переведен Загорский музей (до этого состоявший в ведомстве Наркомата просвещения), который обладал особо ценными историко-художественными коллекциями.
6. Реставрационно-восстановительные работы были начаты в 1937 г. под руководством П.Д. Барановского, в 1938-1940х гг. продолжены архитектором И.В. Трофимовым.
7. Постановление (в сокращенном варианте) опубликовано в][: Хронологическое собрание законов, указов Президиума Верховного Совета и постановлений Правительства РСФСР. М., 1958. Т. 3. 1940-1947 гг. С. 9. См. также: Культура в нормативных актах Советской власти. 1938-1960. М., 2011. Т. 5. С. 26.
8. Полный текст документа размещен на официальном сайте Сергиево-Посадского музея-заповедника: http://museum-sp.ru/about/history/documents/ (дата обращения: 24.12.2016).
9. Савицкий П.Н. Разрушающие свою родину (снос памятников искусства и распродажа музеев СССР). Берлин, 1936.
10. Нерадивое отношение к ценным памятникам старины // Правда. 1940. 13 сентября.
11. Декрет "Об обращении в музей историко-художественных ценностей Троице-Сергиевой лавры", подписанный председателем СНК В.И. Лениным, был утвержден 20 апреля 1920 г.