Новости

16.03.2017 21:22
Рубрика: Культура

Стул как стиль

В Шереметевском дворце Петербурга открыли "Сад наслаждений Карлы Толомео"
Назвать "мягкие скульптуры" Карлы Толомео просто мебелью - язык не повернется. Фото: Наталья Онищенко Назвать "мягкие скульптуры" Карлы Толомео просто мебелью - язык не повернется. Фото: Наталья Онищенко
Назвать "мягкие скульптуры" Карлы Толомео просто мебелью - язык не повернется. Фото: Наталья Онищенко

На открывшейся в Шереметевском дворце выставке "Сад наслаждений Карлы Толомео" представлено более 50 экспонатов, среди которых и знаменитые "мягкие скульптуры" итальянской художницы и дизайнера, и ее живопись.

Стулья, кушетки, козетки, пуфы, кресла, диваны, представленные здесь, назвать "мебелью" язык не поворачивается. Потому что об их утилитарном назначении вспоминаешь во вторую очередь. А в первую - замечаешь чудесные спинки в виде стаи летящих птиц. Или бабочек. Или гигантского скрипичного ключа, переливающегося всеми цветами радуги. А вот кушетка расцветает, как бутон гигантской розы. А на другой по черному-пречерному бархату - дюжина фосфоресцирующих полумесяцев.

Зрителя так и тянет облокотиться на этот шик, присесть, утонуть в барочной роскоши предметов. Но - нельзя. Вот и этикетки предупреждают: это - "скульптура", причем каждая из них имеет свое название. Иногда - посвященное великим художникам. Например, козетка, словно сотканная из морских звезд и красных рыбок, называется "Посвящение Хокусаю".

А сама Карла Толомео училась у известного сюрреалиста Джорджо де Кирико. Видимо, отсюда такое буйство фантазии, такое необычное преображение реальности? Впрочем, девочка из "генеральской" семьи по настоянию отца, сначала училась "на дипломата". Но интерес к живописи пересилил. Художественные успехи вполне могли обеспечить ей всеевропейскую славу (первая персональная выставка в Британии убедительно это доказала), но... Для этой карьеры надо было переехать в Лондон, что по семейным обстоятельствам Карла сделать не могла.

Она смеется, рассказывая: "Мама сказала: если не можешь преобразовать мир вокруг себя, преобразуй хотя бы вот этот стул!" Так начался ее "роман" с мебелью.

Стул, по мнению Карлы Толомео, вообще главный персонаж всех великих литературных произведений. Ведь самое интересное, объясняет она, начинается, когда герои входят в комнату (зал, сад, столовую), усаживаются и... Когда встают - сюжет заканчивается.

Литературные сравнения в ее речи неслучайны: ведь ее муж - знаменитый Джанкарло Вигорелли, писатель, журналист, арт-критик и актер, водил дружбу с самыми известными литераторами своего времени. В том числе - и российскими. Андреем Вознесенским, Евгением Евтушенко, Константином Симоновым... А Анна Ахматова впрямую обязана Вигорелли тем, что удостоилась поездки в Италию для получения премии Этна-Таормина: именно он, приехав в СССР накануне, добился встречи с поэтессой...

Великие имена - Пазолини, Висконти, Борхес - для Карлы Толомео не строчки энциклопедии, а гости дома. Точно так же, как Россия - не географическое понятие, а любимый домашний миф, наполненный стихами, воспоминаниями, семейными легендами. И оттого, признается художница, она искренне счастлива представлять свою экспоз ицию в залах Шереметевского дворца - того самого здания, из окон которого открывается вид на двор Фонтанного дома, где долгое время жила Анна Ахматова.

"Сад наслаждений Карлы Толомео" устроен так, что если уж сел на экспонат, вставать с него не захочется.

- Да, - соглашается куратор выставки Алена Щепанская. - Как любое произведение современного искусства, ее творчество провокативно. Только в отличие от большинства актуальных инсталляций и объектов оно будит совсем иные, не "жесткие" эмоции: детскую радость бытия, ощущение неги и праздника.

Добавим: и какую-то очень женственную страсть "обуютить" окружающий мир.

На встречу с публикой Карла Толомео явилась в наряде, который по яркости расцветки мало отличался от выставленных экспонатов. "Сшила из обрезков", - шутили журналисты.

Ошиблись. Оказывается, ткань для платья ей сделали в Италии на заказ по эскизам, разработанным самой Карлой Толомео специально для этой выставки.

Ольга Штраус, Санкт-Петербург