22.03.2017 19:27
    Рубрика:

    Что нужно для роста добычи уральских самоцветов

    Росту добычи уральских самоцветов мешает несовершенное законодательство
    Бренд "уральские самоцветы" все чаще дискредитируется: за местную гордость выдают камни иноземного происхождения, а то и синтетические материалы. Скажем, туристы и даже жители региона, приобретающие сувениры, чаще всего не знают, что малахитовые шкатулки или бусы родом из Африки: на Урале этого прекрасного камня давно нет. Власти региона хотели бы возродить исторический промысел, но этому мешает не отсутствие инициативы, а законодательные препоны.

    Докопаться до сути

    - Купить хороший уральский камень трудно, - говорит геммолог Ольга Серова. - У большинства благородных камней, поступающих на экспертизу, завышены характеристики по цвету и дефектности более чем на одну позицию. По сути - мошенничество, а по букве закона - нет: продавцы ссылаются на неумышленную торговую ошибку.

    На Урале есть едва ли не все драгоценные и полудрагоценные камни, созданные природой: алмазы, рубины, сапфиры, изумруды, александриты, чуть менее благородные аквамарины, топазы, аметисты, изысканные турмалины и демантоиды… Перечень можно продолжать долго, ибо "если чего нет, значит, еще не дорылись", как писал академик Ферсман.

    Богатства в недрах несметные, но это не значит, что самоцветы добываются: многие рудники давно заброшены. Так, в Пермском крае, в сотне километров от границы Свердловской области, расположено первое открытое в России месторождение алмазов. Более половины здешних камней ювелирного качества, а потому стоимость карата в несколько раз выше, чем у якутских алмазов. В крае разведанных запасов только промышленных категорий алмазов - на 1,5 миллиона карат. Но горные работы на месторождениях не ведутся: после продажи алмазодобывающего предприятия иностранному инвестору оно было обанкрочено (в 2014-м), драги распилены и сданы в металлолом. Владельцы международного холдинга предпочли сосредоточиться на добыче якутских алмазов, а на перспективу вообще пообещали: "Уйдем в Африку". Причина проста: там геологоразведка дешевле в 14 раз и себестоимость добычи намного ниже.

    - Если говорить о прикамских алмазах, то изыскания не нужны: все уже готово, известно, где и сколько драгоценных камней можно добыть, с очень высокой степенью достоверности, - рассказывает начальник Пермской партии, заслуженный геолог РФ Борис Ушков. - В 2010-м мы завершили работу по заказу администрации края: только в одном районе есть около ста россыпных месторождений алмазов. Они некрупные, но компактно расположенные. При сегодняшнем уровне техники их освоение не составит особого труда. Если объяснять совсем просто: необходимо снять 1,5-2 метра непродуктивного слоя, затем черпать экскаватором, промывать, извлекать алмазы и продавать их.

    На зеленый свет

    В промышленном масштабе на Урале добывают только великолепные изумруды. Малышевское месторождение, единственное в России, входит в тройку крупнейших в мире, по оценкам специалистов, его разведанные запасы - более 60 тысяч килограммов, срок отработки - 57-76 лет. Добыча ведется подземным способом, с закладкой выработок отходами обогатительной фабрики с арматурой и цементом. Эта система, превратившая Малышевский рудник в образцовое добывающее предприятие, применяется с 1972 года и не имеет аналогов в мире. Размер подземного железобетонного монолита - 600-900 метров в длину и 50-150 - в ширину.

    Судьба изумрудного месторождения весьма драматична. Более полувека здесь взрывным способом добывали стратегический бериллий для атомной промышленности, а уникального оттенка изумруды уходили в отвалы. Когда богатые бериллиевые руды исчерпали, предприятие с 1987-го переориентировали на добычу изумрудоносных руд. Но тут для всей экономики настали трудные времена, и над Малышевским рудником нависла реальная угроза затопления. В 1995-м добыча здесь прекратилась. Сменявшие друг друга владельцы-иностранцы родом из офшоров разработку не вели, понемногу перерабатывая отвалы, распродавая запасы ранее добытого сырья.Только в 2007-м рудник нашел хозяина - российский янтарный комбинат. В 2011-м в поселке Малышева вновь началась плановая добыча изумрудосодержащей руды, в отвалы на этот раз пошел бериллий. Объем инвестиций в проект комбинат оценил в 2,5 миллиарда рублей при сроке окупаемости четыре года. Плановой мощности, 400 тысяч тонн руды в год, планируют достичь к 2018-му. По данным предприятия, с начала работы к 2016 году добыто 184 тысячи тонн товарной руды, переработано 153,3 тысячи тонн.

    В 2014-м комбинат вошел в состав "Ростеха". Госкорпорация планировала ради комплексного освоения месторождения восстановить добычу бериллия, который сейчас импортируется (ежегодно Россия потребляет 53 тонны этого металла). По официальной информации, завершается создание технологии переработки малышевской руды для его получения.

    - Ключевые игроки на бериллиевом рынке - компании США. В американской руде содержится 2-3 процента бериллия, в малышевской - 0,5 процента. Низкая рентабельность и высокая себестоимость делают этот металл неинтересным для инвесторов, - считает аналитик Павел Емельянцев.

    Добыча ведется, но она нелегальна - работают "черные копатели". Нужно, чтобы они вышли из тени и цивилизованно платили налоги

    Что касается малышевских изумрудов, то месяц назад комбинат пытался их продать на электронных торгах (аукцион по продаже драгоценных камней проводился впервые за последние сто лет). На продажу выставили 2,26 килограмма изумрудов весом от 14 до 1672 грамма каждый. Аукцион не состоялся: по предположениям экспертов, стартовая цена лота - 3,259 миллиона рублей - показалась покупателям завышенной.

    - Изумруды, к сожалению, пока не окупают затраты на добычу. Но, думаю, будет точка выхода на самоокупаемость, а затем прибыль, - говорит директор Уральского геологического музея Дмитрий Клейменов. - Помимо финансовых моментов стоит учитывать, что речь идет и о престиже государства, ведь разрабатывается единственное в стране подобное месторождение.

    На себестоимости сказывается недешевый подземный способ добычи. К тому же трудно добиться высокой рентабельности, продавая сырье. А вот огранка поднимает стоимость драгоценных камней в несколько раз, поэтому планы госкорпорации касаются не только реанимации добычи бериллия, но и создания в поселке нового гранильного производства.

    Остались только в сказах

    Полудрагоценных камней только в недрах Свердловской области академик Ферсман насчитал полсотни: Урал - поистине уникальная кладовая самоцветов. Здесь, например, встречается редкой красоты зеленый гранат - демантоид, который, как писал Куприн в "Гранатовом браслете", "отгоняет от женщин тяжелые мысли, мужчин же охраняет от насильственной смерти". Эти же камни сыпались из-под серебряного копытца козлика в одноименном сказе Бажова.

    - Такого красивого, как у нас, больше нет нигде, - уверен геолог Илья Панюшев. - Вот только, по моим представлениям, говорить о его добыче как бизнесе не совсем корректно. По месторождениям рыщет "хита" - самодеятельные старатели, там же крутятся перекупщики. Но это беда всех аллювиальных месторождений. Их не под силу контролировать никому - ни государству, ни бизнесу, ни даже мафиозным структурам.

    Лицензию на доразведку и поиск демантоидов в 90-х годах прошлого века приобрела крупнейшая свердловская строительная корпорация.

    - Последние три года добываем демантоиды - полудрагоценные камни, которые по цвету как изумруд, а по игре света, как бриллиант, - недавно заявил в интервью вице-президент корпорации Станислав Блохин. Однако детальной информацией об успехах в освоении месторождения компания не считает нужным поделиться.

    Остальным прекрасным камням повезло еще меньше: месторождения или истощены, или их разработка экономически нецелесообразна. Поэтому в окрестностях Нижнего Тагила, в Ватихе, затоплена шахта по добыче лучших в мире аметистов, заброшены карьеры месторождений Мокруша и Тысячница, где добывали голубые топазы. Под отвалами никелевого карьера в Липовке под Режом похоронены турмалиновые копи.

    - Угробили месторождение, - сетует сотрудник Уральского геологического музея Валерий Кайнов. - Никелевую руду добывали экскаваторами, а чудесные кристаллы равняли с пустой породой, скидывали в отвалы. Я еще помню, как экскаваторы - хрум-хрум! - эти турмалины давили гусеницами.

    Если очень постараться

    Ковыряться в отвалах Липовки или в Ватихе может быть интересно только старателям-частникам. Сам по себе индивидуальный промысел не запрещен, однако присвоение находок пока остается уголовным преступлением. По букве закона получается так: нашел камень - брось, иначе беды не оберешься. Решение по закону о "вольном приносе", или старательскому, так и не принято.

    - Тема очень непростая, затрагивает многие сферы. Этот рынок сложно оценивать, но мы примерно подсчитали, что старательством на регулярной основе у нас занимаются более 200 человек. И все их находки идут, как говорится, "мимо кассы", - отмечает губернатор Свердловской области Евгений Куйвашев. - Был такой случай: егерь в нашем регионе нашел небольшое месторождение полудрагоценных камней, потратил на разработку время, силы… Но что дальше? Сегодня физлицам некуда пойти с добытыми камнями. Они бы и рады жить по правилам, по закону, сдать в приемные пункты или продать банку, но сегодня такой возможности нет. Чтобы они могли зарабатывать деньги официально, платя налоги, нанимая работников, нужны соответствующие законы.

    Минприроды РФ пытается "протолкнуть" разрешение свободной разработки недр частниками с 90-х годов прошлого века. Время от времени региональные власти выступают с аналогичными инициативами. Два года назад проект поправок в федеральное законодательство подготовили на Среднем Урале. В конце прошлого года с призывом возродить старательство в правительство РФ обратились ученые из Красноярска, Общественная палата Забайкальского края, власти Магаданского района и Республики Саха.

    Нас заботит собираемость налогов в Свердловской области, - объясняет министр природных ресурсов и экологии региона Алексей Кузнецов. - Мы понимаем, что добыча ведется, но она нелегальна - работают так называемые "черные копатели". Мы хотим, чтобы они вышли из тени и цивилизованно платили налоги.

    По мнению разработчиков поправок, возрождение старательского промысла может приносить экономике региона не менее двух миллиардов рублей в год. Еще один весомый аргумент -  создание рабочих мест без дополнительных инвестиций и привлечение в регион квалифицированных кадров.

    Кстати

    В поселке Малышева собираются наладить туристический бизнес - проводить на режимном предприятии двухчасовые экскурсии. Как рассказала начальник отдела Раиса Черпакова, туристы познакомятся с историей рудника и смогут ощутить себя старателями: им предложат перемыть рудную массу и найти в ней изумруды.