Новости

20.04.2017 22:56
Рубрика: Общество

Фото на фоне Холокоста

По мнению известного немецкого историка, в разгар Второй мировой войны агентство Associated Press сотрудничало с нацистской Германией
Историк Норманн Домайер из университета в Штутгарте известен среди немецких и австрийских ученых, в том числе своими исследованиями положения западных СМИ в гитлеровской Германии. Он рассказал "РГ", что на протяжении всей Второй мировой войны американское агентство Associated Press ежедневно обменивалось материалами с бюро под руководством обер-штурмбаннфюрера СС Хельмута Лаукса - личного фотографа Йоахима фон Риббентропа.
Американские сотрудники Associated Press, среди которых европейский военный фотокорреспондент Генри Гриффин, смогли приехать в Берлин только после освобождения города.  Фото: AP Американские сотрудники Associated Press, среди которых европейский военный фотокорреспондент Генри Гриффин, смогли приехать в Берлин только после освобождения города.  Фото: AP
Американские сотрудники Associated Press, среди которых европейский военный фотокорреспондент Генри Гриффин, смогли приехать в Берлин только после освобождения города. Фото: AP

Господин Домайер, в истории Третьего рейха, о которой известно многое, до сих пор оставались белые пятна, в том числе об условиях работы иностранных корреспондентов под бдительным оком министерства пропаганды во главе с "черным пропагандистом" Йозефом Геббельсом...

Норманн Домайер: Условия работы корреспондентов зарубежных СМИ в нацистской Германии были разными. Все они находились под постоянным контролем со стороны нацистского режима, которым для них была установлена система "кнута и пряника". Тот, кто описывал ситуацию в стране в позитивном ключе, получал разного рода льготы. Это могли быть материальные поощрения, такие как билеты в театр или оперу, приглашения в интересные поездки для прессы, или привилегии: например, эксклюзивный доступ к информации, интервью с представителями режима. А ведь в условиях ежедневной информационной гонки это давало огромные преимущества перед конкурентами из других стран. Для тех, кто не хотел встраиваться в созданную режимом систему, имелась целая палитра предостережений и наказаний. Вплоть до того, что их прекращали приглашать на пресс-конференции и праздники нацистской партии, отказывали в интервью, а то и вовсе отключали их телефоны. Самым жестким наказанием было изгнание журналиста из страны. При этом до 1945 года нацистами не был убит ни один иностранный корреспондент, более того, у зарубежных СМИ было что-то наподобие квазидипломатического статуса. И после объявления войны, когда происходил обмен дипломатами, советские, а потом и американские журналисты в Берлине также были "обменены".

Министерства пропаганды и иностранных дел Третьего рейха создали свои "клубы иностранной прессы", где до начала 1945 года коньяк и шампанское текли рекой

В начале 30-х годов прошлого века иностранным корреспондентам в нацистской Германии жилось неплохо. Нацистский режим был очень заинтересован в том, чтобы зарубежные СМИ освещали его деятельность. Даже без учета непосредственно материальных привилегий, предоставлявшихся режимом, иностранцы могли жить в Берлине как короли благодаря курсу рейхсмарки. Все они снимали квартиры с 8-12 комнатами и домашним персоналом, в бюро зарубежных СМИ работали многочисленные немецкие сотрудники, в том числе секретари и мальчики для поручений. К тому же они много путешествовали по всей Европе, никто не находился в Берлине постоянно. В конце 1939 года министерство пропаганды и министерство иностранных дел создали свои "клубы иностранной прессы", где журналистам обеспечивали все то, что обычные жители Германии давно уже не могли получить даже по своим продовольственным талонам. В этих "клубах" до начала 1945 года коньяк и шампанское текли рекой. Ну, а к авторам, чьи корреспонденции не пришлись по душе нацистскому руководству, впоследствии применялись штрафные санкции вплоть до высылки. Нужно сказать, что изгнанных корреспондентов на родине не чествовали как "героев прессы" и не повышали по службе, наоборот, как правило, это означало для многих из них перерыв в карьере. Поэтому большинство собкоров зарубежных СМИ в нацистской Германии шли на компромисс с режимом. И даже критически настроенные журналисты и журналистки (в те годы появились первые штатные корреспондентки женского пола - например, Стефани Руссель из Франции и Сигрид Шульц из США) поддерживали отношения с одним или двумя высокопоставленными покровителями среди нацистов. Они не возражали и против препон, чинимых их конкурентам по иностранной прессе.

Но могли ли они свободно высказывать свою точку зрения? Известно, что в 1933 году был принят "Закон о редакторах", который положил конец независимости местных СМИ. . Неужели Геббельс не пытался оказывать влияние на зарубежную прессу?

Норманн Домайер: Да, немецким журналистам, в строгом соответствии с "Законом о редакторах", приходилось подчиняться целям национал-социализма и указаниям нацистских властей, прежде всего ежедневным заданиям министерства пропаганды. Но представители иностранных СМИ, в отличие от своих немецких коллег, не стали "редакторами", а оставались журналистами, и к тому же очень важными политическими игроками. Конечно, Геббельс, считавший себя артистом и гением в этой области, пытался рулить иностранной прессой. Нельзя забывать, что любой иностранный журналист, даже если по отношению к нацистам он был настроен очень критически, был вынужден постоянно сотрудничать с режимом, иначе он не смог бы на протяжении длительного времени передавать репортажи из Берлина. Еще одним очень важным фактором были сами зарубежные редакции. Они не были заинтересованы в том, чтобы постоянно менять корреспондентов в Германии, ведь это было сопряжено с большими финансовыми расходами. И некоторые критические репортажи смягчались редакциями, что приводило к частым конфликтам журналистов и их редакционного начальства. Самым известным примером является лондонская газета The Times, берлинский корреспондент которой Норман Эббат все время писал антигитлеровские тексты. Редакция The Times вслед за своим издателем Джеффри Доусоном придерживалась в то время курса правительства Невилла Чемберлена, известного как "политика умиротворения агрессора". Издание стремилось к хорошим отношениям с фашистской Германией, в чем собственный корреспондент приносил больше вреда, чем пользы. Когда в 1937 году нацисты выдворили Нормана Эббата, в Лондоне царила такая же радость, как в Берлине.

На чем могли играть иностранные корреспонденты, так это на так называемой поликратии нацистского режима. Известно, что у Йозефа Геббельса были плохие отношения с Германом Герингом и министром иностранных дел Йоахимом фон Риббентропом. Так вот: зарубежные журналисты старались извлекать выгоду из этих конфликтов в высших эшелонах власти. Благодаря внутриполитической борьбе они могли, при желании, писать весьма критические репортажи. Самым важным конфликтом, тлевшим на протяжении всего времени существования Третьего рейха - с 1933 по 1945 год, - было противостояние министерства пропаганды Геббельса и внешнеполитического ведомства Риббентропа. Даже в ходе Второй мировой войны эти важные ведомства действовали не столько вместе, сколько друг против друга. По этой причине негативные новости зачастую "продвигались" одним ведомством, чтобы навредить другому.

Каким был образ гитлеровской Германии в зарубежных СМИ до и во время Второй мировой войны и как он менялся на протяжении этого времени?

Норманн Домайер: Образ фашистской Германии менялся от года к году, от страны к стране, в тесной взаимосвязи с текущими событиями и тенденциями. В 1933-1934 гг. многие западные, в том числе американские и британские СМИ, чуть ли не приветствовали кончину Веймарской республики и установление фашистской диктатуры. В своей собственной стране они этого не хотели, зато в Германии они предпочитали вместо хаоса и массовой безработицы наблюдать диктатуру, которая наведет порядок внутри страны, а снаружи сделает ее оплотом против Советского Союза, предполагаемой экспансии которого боялись капиталистические страны. Неожиданно негативным был в первые годы существования нацистского режима его образ в прессе Италии. Фашистские итальянские корреспонденты в Берлине освещали события гораздо негативнее, чем все остальные, по-видимому, по желанию Муссолини, который уже позже воевал вместе с Гитлером. Но до этого момента из Германии выдворили множество итальянских фашистских корреспондентов.

Сегодня многие забыли, что США вступили в войну только в декабре 1941 года. До этого времени американские корреспонденты были "встроены" в вермахт и присутствовали при всех "блицкригах". Это, конечно, отражалось на их сообщениях. Критика режима отходила на задний план, вместо нее описывались так называемые "неполитические" военные успехи немцев. Очевидно, именно по этой причине многие американцы были против вступления США в войну, пока нападение на Перл Харбор не поменяло всю ситуацию кардинально. После того как четвертая власть США не смогла больше передавать информацию из Германии, эта задача легла на корреспондентов нейтральных стран. Многие журналисты из вассальных государств и оккупированных стран не могли свободно освещать ситуацию в Берлине, да и шведские и швейцарские СМИ должны были соблюдать осторожность. Только с приходом англичан и американцев на Западе и Красной Армии на Востоке пресса вернула себе независимость, которой уже не мог угрожать нацистский режим.

В последнее время в таких известных немецких изданиях, как Suddeutsche Zeitung и Die Tageszeitung появились публикации со ссылкой на ваше историческое расследование, что американское агентство Associated Press всю войну сотрудничало с нацистским режимом. Каким образом? И почему об этом стало известно лишь спустя несколько десятилетий?

Норманн Домайер: До вступления США в войну в декабре 1941 года у Associated Press была в Берлине своя фирма AP GmbH, которая отвечала за фотоматериалы из Германии. Формально ее возглавлял шеф новостного бюро AP в Берлине Луис Лохнер. До сих пор считалось, что с арестом Лохнера и всех американских сотрудников Associated Press в Германии все контакты были прерваны. В начале 1942 года Лохнер и остальные американцы были обменены на немецких журналистов и дипломатов в США. Но благодаря поразительной находке в источниках 1946 года мы видим совершенно другую картину: немецкие сотрудники AP, уже после того, как большинство вступило в ваффен-СС, продолжали работать в секретном агентстве под руководством оберштурмбаннфюрера СС Хельмута Лаукса - личного фотографа Риббентропа. Бюро Лаукса - "Buro Laux" - договорилось в 1942 году с нью-йоркской штаб-квартирой АР о ежедневном обмене фотоснимками через корреспондента американского агентства в нейтральном Лиссабоне Луиза Лупи. Позже ежедневный обмен фотоматериалов происходил также через нейтральный Стокгольм. Это значит, что в разгар Второй мировой войны, во время Холокоста, между военными противниками - США и Германией - каждый день вплоть до последних месяцев войны происходил обмен фотографиями. Речь может идти о 40 000 снимков в период между 1942 и 1945 годами. Нацисты поставляли в Нью-Йорк материалы своих фотоагентств, в том числе с оккупированных территорий в Европе, Африке и Азии. Взамен они получали новейшие фотоматериалы АР, которые пользовались большим спросом у верхушки нацистского режима: доступ к ним имели Гитлер, Риббентроп, Геринг, Гиммлер, Геббельс и несколько высших командиров вермахта. Избранные снимки АР публиковались в нацистской прессе, некоторые из них были в пропагандистских целях изменены, некоторые - отретушированы. Например, издание Berliner Illustrierte опубликовало в Рождество 1942 года фото АР, которое было подписано как фото "Buro Laux". Оно изображало парад войск в Алжире после высадки союзников в Северной Африке. По требованию внешнеполитического ведомства флаги Великобритании и Франции были заретушированы, чтобы изобразить подчинение англичан и французов "империи США". Еще одна фотография АР показывает американское вступление в Кельн в начале марта 1945 года. Уже спустя несколько дней она поступила на рабочий стол нацистской верхушки. Месяц назад Associated Press направило в Suddeutsche Zeitung заявление, в котором признало факт торговли с военным противником, но отказалось называть это коллаборационизмом. Самое удивительное, что AP также проинформировало редакцию, что правительство США в начале 1942 года дало согласие на эту сделку. Ответ на вопрос, почему администрация Рузвельта так поступила, удастся найти после того, как агентство откроет свой архив для исследований, а правительство США сделает свободным доступ к соответствующим актам. Можно предположить, что, как и с немецкой стороны, к этой торговле имело отношение Управление стратегических служб. Это бы объясняло, почему в течение 75 лет эта грязная сделка оставалась тайной, а после падения нацистской Германии ни одна из сторон не проявила интереса к столь интенсивным контактам с военным врагом. После 1945 года немецкие сотрудники АР были снова взяты на работу в агентство и добросовестно трудились.

Я слышала, что в Associated Press готовят большую публикацию о работе агентства во время войны, которая должна будет расставить все точки над "i". Почему эта тема так важна для вас?

Норманн Домайер: Сотрудничество между AP и нацистами потому так важно, что благодаря ему на протяжении всей Второй мировой войны существовал ежедневно используемый канал для обмена данными между США и нацистской Германией. И по этому каналу военными противниками могли передаваться не только 40 тысяч скользких с политической и военной точек зрения фотографий, что само по себе уже немало. Вполне возможно, что этим путем передавались и другие данные и документы: что-нибудь из разряда печально известных предложений Риббентропа и Гиммлера о сепаратном мире с США и Великобританией, о которых после 1945 года никто уже не хотел ничего знать.

Теперь перед исторической наукой открывается огромный простор для исследований. Необходимо проверить нацистскую прессу периода 1942-1945 годов на наличие снимков Associated Press, а американские и британские СМИ этого периода - на наличие фотографий нацистов. Кроме того, должны быть изучены документы АР, если, конечно, они станут доступными, и властей США. И в Москве в военном архиве могут оставаться какие-то любопытные для нас бумаги министерства иностранных дел и министерства пропаганды Третьего рейха.

После вступления США в войну глава бюро AP в Берлине Луис Лохнер был арестован, а затем выслан из страны. Фото: AP