Новости

25.04.2017 12:58
Рубрика: Культура

"Славянский марш" в Боготе

В столице Колумбии впервые выступил российский оркестр
Такого рода музыкальное событие - фестиваль классической музыки "Русская романтика" - можно считать экстраординарным не только для Латинской Америки. За четыре дня в десяти музыкальных залах Боготы состоялось 50 концертов с программами русской классики: звучали симфонии, фортепианные, скрипичные, виолончельные концерты, трио, квартеты, квинтеты - огромный репертуар, часть которого невозможно услышать даже в России. В фестивале участвовали шесть симфонических оркестров, среди которых - Российский национальный оркестр под управлением Михаила Плетнева, ставший первым в истории российским оркестром, выступившим в Колумбии.
В трактовке Плетнева классика предстала в неожиданном и глубинном прочтении. Фото: PHOTOXPRESS В трактовке Плетнева классика предстала в неожиданном и глубинном прочтении. Фото: PHOTOXPRESS
В трактовке Плетнева классика предстала в неожиданном и глубинном прочтении. Фото: PHOTOXPRESS

Богота на контрастах

Ради того, чтобы услышать эту "Русскую романтику", с ее афишей и исполнительскими составами, конкурентными авторитетным европейским фестивалям, стоило полететь на другой конец света. Между тем, Богота еще не так давно представляла собой город, едва ли благоприятный для процветания искусства. Пять с лишним десятилетий длившаяся война между правительством Колумбии и военизированными группировками, криминальными синдикатами и коммунистическими боевиками, взрывы бомб и перестрелки на улицах города, бурная наркоторговля, грабежи - ситуация, истребившая 15% населения Боготы и блокировавшая международную жизнь столичного города, стала стабилизироваться только в последние годы. Хотя и сегодня ходить по Боготе, очаровывающей своим неповторимым, обшарпанным колоритом старого колониального прошлого - архитектурой времен конкистадоров, сталкивающейся в городском ландшафте с современными небоскребами и фешенебельным застройками, парками и гигантскими дорожными магистралями, - в темное время суток не безопасно. По крайней мере, всех приглашенных музыкантов и журналистов из разных стран здесь опекали персонально, обеспечивая транспорт до любой точки, где разворачивались фестивальные события. Опыт здесь накоплен: у Международного фестиваля классической музыки в Боготе есть культурный предшественник - Международный театральный фестиваль, созданный в 1988 году продюсером Рамиро Осорио и директором Национального театра, актрисой Фанни Микей. Рамиро Осорио, занимавший за эти годы несколько ответственных постов, в том числе, пост первого в истории Колумбии министра культуры, возглавил в 2010 году только что построенный в столице Колумбии Театр Майор (Большой театр). На его базе он и организовал новый международный музыкальный фестиваль.

Большой театр Колумбии

По традиции все события фестиваля начинаются и завершаются в Театре Майор - в гигантском мультикомплексе, включающим в себя два зала - большой (на 1300 мест) и камерный - Театр Эстудио (на 400 мест), культурный центр и публичную библиотеку. Это самый крупный театр в Колумбии, построенный, кстати, на личные средства мецената Хулио Марио Санто Доминго и носящий его имя. Несмотря на свою удаленность от центра города, здание Театра Майор (проект колумбийского архитектора Даниэля Бермудеса), выглядит как гигантский остров искусств, завораживающий игрой архитектурной материи, сочетающей бетон, дерево, стекло, встроенные в ступени парадной лестницы клумбы - в обрамлении южноамериканского ландшафта с его вечнозелеными цветущими деревьями, упирающимися в небо эвкалиптами, горными далями и не жарким (средняя температура круглый год +17- +22) солнцем. Для Боготы это здание будущего, ее новый культурный образ, формирующий аудиторию новой исторической эпохи страны. Как заметил Рамиро Осорио, его цель в том и состоит, чтобы создавать такие события, которые могут менять жизнь людей, влиять на их восприятие мира. Модель управления в театре Майор уникальная - частно-государственная. Театр принадлежит городу, а финансируется с большой долей спонсорских вложений.

Кто выступает на сцене Театра Майор и как часто приезжают музыканты из России?

Рамиро Осорио: У нас самая большая международная программа в Колумбии. В Театре Майор выступали Израильский оркестр с Зубином Метой, Венесуэльский оркестр Симона Боливара с Густавом Дудамелем, Монреальский оркестр с Кентом Нагано, Западно-Восточный диван с Даниэлем Баренбоймом, Рене Флеминг, Дмитрий Хворостовский, Алексей Володин, Ланг Ланг, Борис Березовский, Виктория Муллова и многие другие. В основном выступают, конечно, колумбийские коллективы. Латинская Америка находится сейчас в очень хорошем положении. Я многие годы работал в Испании, и у меня есть ощущение, что там все уже сделано, все известно наперед. А здесь, в Колумбии - огромный музыкальный потенциал. Колумбийцы только начинают завоевывать свои позиции в музыкальном мире. В Боготе работают несколько симфонических оркестров, оркестр народной музыки, Молодежный оркестр филармонии. Есть программа "Батуто", в которую включаются детские и юношеские оркестры, выступающие по всей стране. Есть и специальная программа для детей, которая называется "Сто тысяч детей в Театр Майор", в которой мы представляем все жанры - цирк, театр, музыку, танцы.

Фестиваль состоялся на другом краю света, причем без всякой поддержки со стороны России

Технические возможности театра позволяют создавать спектакли?

Рамиро Осорио: Вся технология в театре позволяет показывать спектакль любой сложности: здесь есть система подвижных платформ, четыре балетных пола, оркестровая яма, вмещающая больше сотни человек (на нашем спектакле "Саломея" Рихарда Штрауса в яме играли 106 музыкантов). Мы привозили сюда уже спектакль "Тристан и Изольда" Вагнера из Гамбургской оперы. Создаем и собственную, и копродукцию: в следующем сезоне планируем поставить оперу Курта Вайля "Возвышение и падение города Махагони" совместно с театром "Колонн" в Буэнос-Айресе и Муниципальным театром Сантьяго (Чили).

Русская романтика

Между тем, богатейшая афиша русской музыки на фестивале в Боготе включила в себя сотни партитур - от русской духовной музыки Дмитрия Бортнянского, Павла Чеснокова и других, исполненной в католическом храме хором Оперы Колумбии, от Михаила Глинки, Модеста Мусоргского, Николая Римского-Корсакова, Александра Бородина, Петра Чайковского, Сергея Танеева и до Антона Аренского, Сергея Рахманинова, Александра Скрябина, Александра Гречанинова, Александра Глазунова (19 композиторов), исполненных на 10 площадках, в том числе, в историческом театре Колон, считающимся одним семи чудес Колумбии. В этом здании, напоминающем парижскую Опера Гарнье, труппа Маландена-балет из Биарицца (Франция) исполняла свою хореографическую версию сюжета "Красавица и чудовище", поставленную на музыку Чайковского. По традиции, сложившейся на фестивале, практически каждый исполнитель и коллектив, представленные в афише, участвовали в нескольких программах, в том числе, и в бесплатных концертах, проходивших в университетских залах.

В свод "Русской романтики" вошли 19 симфоний русских композиторов, в том числе, все шесть - Чайковского, камерная и хоровая музыка (в фестивале приняли участие хоры римской Академии Санта-Чечилия, Молодежной филармонии Колумбии, Оперы Колумбии) и раритетный набор сочинений русских композиторов, практически не звучащих на современной сцене или исполняющихся в единичных интерпретациях. Как например, неоконченный Концерт для фортепиано ми-бемоль мажор Танеева, исполненный с Российским национальным оркестром (дирижер Конрад ван Альфен, Нидерланды) профессором Московской консерватории Михаилом Воскресенским. Кроме известных камерных ансамблей - Трио имени Чайковского, Квартета Бородина, Квартета имени Давида Ойстраха, Квартета M4nolov (Колумбия), Трио Вандерер (Франция), участвовавших в фестивале, музыканты соединялись в программах в интернациональные составы, репетируя прямо во время фестиваля трио, квартеты, секстеты. Секстет "Воспоминание о Флоренции" Чайковского исполнили Александр Бузлов (Россия), Юлиан Рахлин (Литва), Сара МакЭлрави (Канада), Алиса Маргулис (Германия) Сандра Аранго (Колумбия), Даниель Мюллер-Шотт (Германия). И более чарующего впечатления от этого бодрящего, стремительного, как мелькнувшее мгновение, наполненное радостью, исполнения, от энергии музыкантов, соревнующих в красоте соло, трудно представить. В программах композиторы звучали блоками, например, Аренский: Квартет ля-минор, Фортепианный концерт фа-минор, Трио фа-минор и Трио ре-минор. Скрипичный концерт ля-минор, написанный Аренским в 1901 году и открывший фактически русский скрипичный ХХ век, исполнила Алиса Маруглис оркестром Штатскапелла Галле - Алемания (Германия) - с лучезарной ясностью звука и тонкой стилистической игрой, отсылающей к фактуре концерта Мендельсона. В этот же вечер немецкий оркестр под управлением испанца Хосепа Кабалье Доменека с впечатляющим драматизмом сыграл Шестую симфонию Чайковского, начинавшуюся с сумрачного, клубящегося звука. Здесь была вся, может, чуть преувеличенная, но от того, бьющая по нервам патетика Чайковского - взволнованные, вращающиеся, как в страшном барабане, обрывки тем, выплывающие из тишины соло деревянных, накаты тромбонов, воздушный полет эльфов в Скерцо и начинающийся с тихой "слезы" финал: разворачивающийся звук по всему оркестру, сотрясающая динамика, переходящая в тихий страшный похоронный марш, в звук бесплотной смерти.

О том, как собиралась эта афиша "Русской романтики", рассказал содиректор фестиваля, продюсер Энрике Мукник:

Фактически на фестивале прозвучала энциклопедия русской классики. Как возникла такая идея?

Энрике Мукник: В мире существуют похожие фестивали русской музыки. Один из них проводится в Нанте во Франции, другой - в Бильбао в Испании. Но фестиваль в Боготе отличается от всех: мы с Рамиро Осорио решили сразу, что фестиваль должен проходить не на одной площадке, а по всему городу, чтобы на концерты приходили люди, которые прежде никогда не бывали у нас. Первый фестиваль мы посвятили музыке Бетховена (в 2013 году), а следующий, в 2015 году - Моцарту. На этот раз мне захотелось передать нашей публике чувство русского романтизма, которое должно быть нам всем очень близко. Колумбия долгие годы была отсоединена от культуры Латинской Америки из-за проблем с наркотрафиком и безопасностью, и культурные события происходили в Буэнос-Айресе или в Сан-Паулу, а не в Боготе. Теперь Колумбия открылась миру и чутко реагирует на все новое, прекрасное. Когда мы планировали "Русскую романтику", мы сразу решили, что не должны показывать только Чайковского и Рахманинова, а развернем публике всю карту русской музыки, в том числе, не очень известные произведения. Я послал артистам и оркестрам свои предложения. Иногда у нас возникали споры, но именно молодые русские артисты оказались готовы к этому и очень мне помогли.

Как вы подбирали нотный материал? Некоторые сочинения невозможно найти сегодня в России.

Энрике Мукник: На самом деле, я был этому очень удивлен. Но такое, кстати, происходит и во многих странах Латинской Америки: собственных творцов ценят за границей, а не у себя в стране. Нам очень тяжело было, например, достать партитуру Концерта для скрипки соль минор Рейнгольда Глиэра. Андрей Баранов хотел сыграть его в России перед тем, как приехать сюда. Но оказалось, что ни в России, ни в Европе невозможно найти партитуру этого произведения. Ноты нашли в Аргентине. В России не существуют партитур многих произведений русских композиторов. Какие-то ноты мне пришлось брать в аренду в Испании.

Какое произведение представляет для вас персональный интерес в этой афише?

Энрике Мукник: Концерт для виолончели с оркестром Гречанинова. Это очень хороший концерт и недооцененный, потому что в те времена все увлекались Вариациями на тему рококо Чайковского. Гречанинова же считали композитором для хора. Но мне хотелось, чтобы колумбийская публика почувствовала все тонкости "Русской романтики".

Славянский марш

Большим сюрпризом фестиваля стало участие в программе шести оркестров: трех колумбийских - Филармонического оркестра Боготы, Симфонического национального оркестра Колумбии, Молодежного филармонического оркестра, и трех приглашенных: Российского национального оркестра, Симфонического оркестра Люцернского фестиваля и оркестра Штатскапелла Галле - Алемания (Германия). И логистика, и финансовая сторона подобных межконтинентальных гастролей чрезвычайно сложны, но как заметил Рамиро Осорио, в его команде работают профессионалы, которые все взяли на себя: и оформление виз, и транспорт, и билеты, и сопровождение. Открывал фестиваль Филармонический оркестр Боготы, отмечающий в этом году свое 50-летие. Московская публика знает этот оркестр по его выступлению в Колонном зале Дома союзов в 2012 году на фестивале симфонических оркестров мира, запомнившемуся тогда исполнительским темпераментом музыкантов, горячим оркестровым напором, яркими сочными струнными, драйвом перкуссионной группы и разнообразными возможностями оркестра, игравшего Пятую Симфонию Малера и зажигательные колумбийские опусы. На открытии "Русской романтики" в Боготе оркестр исполнил "Половецкие Пляски" Бородина и Третий концерт Рахманинова с украинским солистом Александром Гаврилюком. Здесь яркие качества Филармоников Боготы - умение жестко держать ритмический каркас, богатая звучность, оркестровая глубина, прекрасно сочетались с исполнительской манерой Гаврилюка, обладающего поразительно мягким туше и обволакивающей красотой звука, чувством фактуры, сохраняющей даже в моторике пассажей драгоценность каждого звука.

Апогеем "Русской романтики" стали выступления Российского Национального оркестра под руководством Михаила Плетнева. В концертах оркестра в Театре Майор прозвучали три симфонии - Вторая Рахманинова, Пятая Глазунова и Пятая Чайковского, инструментальные концерты - Второй фортепианный Чайковского (солист Алексей Володин) и Скрипичный Глазунова (солист Сергей Крылов), сочинения Глинки и Танеева. В трактовке Плетнева даже популярные сочинения русской классики представали в каком-то неожиданном и глубинном прочтении - и "Арагонская хота", полная мрачного колорита и императивов медных, и Вторая симфония Рахманинова, начинавшаяся в сумрачном измерении, просветлявшаяся воздушными рахманиновскими пространствами, и снова накатывающая крупными темными оркестровыми волнами, в Адажио - ткущее звук, как из воздуха, соло кларнета. Плетнев приводил драматургию рахманиновской симфонии к ликующему апофеозу, к космогонии радости, когда вся звуковая махина оркестра пронизывалась звоном колоколов и раскатами тарелок, мощью какой-то вне личной, почти мифологической и очень русской красоты. В продолжение этой темы величия и мощи "русского" Плетнев развернул в последний вечер фестиваля "Славянский марш" Чайковского, который именно он с Российским национальным оркестром вернули в авторском варианте в современный музыкальный мир. И в гигантской массе оркестрового звука проступило все имперское прошлое России, вся ее история, ее войны, колокола, пушечные раскаты, народные песни, скорбь, мотив "Боже, царя храни", потрясшие публику колумбийского зала, взорвавшегося овациями и, вероятно, открывшего для себя в этот вечер подлинный смысл "Русской романтики".

Удивительно только, что такой фестиваль состоялся на другом краю света, причем без всякой поддержки со стороны России. Как заметил Энрике Мукник: "Нам всегда помогали государства, с которыми мы проводили мероприятия - Франция, Германия, Испания. Но в этом случае было не так. Между тем, публика в Боготе замечательная и она открыла для себя на этом фестивале огромный и прекрасный мир. А это главное".

*Это расширенная версия текста, опубликованного в номере "РГ"