Новости

13.06.2017 21:34
Рубрика: Культура

Призраки оперы

О чем поют на "Кинотавре" герои фильмов "Жги!" и "Турецкое седло"
Названия двух самых полярных по своей адресной аудитории фильмов "Кинотавра" - "Турецкое седло" Юсупа Разыкова и "Жги!" Кирилла Плетнева - скорее всего, вместе прозвучат на церемонии финального награждения. Первый - в связи с утонченной режиссерской работой Юсупа Разыкова ("Гастарбайтер", "Стыд"); второй - по причине выдающегося актерского мастерства Инги Оболдиной в роли поющей надзирательницы женской колонии, отправившейся в Москву на телеконкурс с арией Тоски...
Инга Оболдина, сыгравшая в фильме "Жги!" поющую надзирательницу, гравная претендентка на приз за лучшую женскую роль. Фото: Марс медиа энтертейнмент Инга Оболдина, сыгравшая в фильме "Жги!" поющую надзирательницу, гравная претендентка на приз за лучшую женскую роль. Фото: Марс медиа энтертейнмент
Инга Оболдина, сыгравшая в фильме "Жги!" поющую надзирательницу, гравная претендентка на приз за лучшую женскую роль. Фото: Марс медиа энтертейнмент

"Турецкое седло" сразу оказалось обласканным критикой. "В фильме нет не то что ни одного лишнего кадра - ни одной лишней молекулы", - мнение кинокритика Елены Стишовой разделили многие. "Жги!" вызвал восторженную реакцию зала на фестивале и жесткую полемику в пресс-центре. Объединило их на "Кинотавре" одно - странная, внезапная любовь главных героев к опере: она могла бы кардинально поменять жизнь людей, очень далеких от искусства, но оказалась не всесильной.

Внезапно вспыхнувшая любовь к опере героев фильмов, очень далеких от искусства, оказалась не всесильной

Герой фильма "Турецкое седло" Ильич - отставной офицер КГБ, бывший агент по наружному наблюдению. Выйдя на пенсию, он работает охранником, но продолжает по привычке следить за людьми. Работа разрушила жизнь, сделала несчастным и одиноким. Врач ставит ему диагноз "синдром пустого турецкого седла". Но однажды в его доме появляются соседи - молодая пара музыкантов из филармонии. И на старости лет жизнь Ильича меняется - любовь кончается трагически для него. Влюбился он в божественный голос, который слышен каждый день через стены в его квартире. Голос он приписывает чудо-девушке с оленьими глазами, и "русский агент 007" с железным взглядом превращается почти в котенка... "Слоган нашего фильма: я у вас за спиной - мы вместе, - говорил Юсуп Разыков на "Кинотавре". - В Москве 600 тысяч охранников. Войти в какую-нибудь дверь и не столкнуться с охранником невозможно. И вот один из таких, человек со съехавшей психикой, прикоснулся к прекрасному. И это очень сильно искривило его жизнь... Причины одиночества у каждого свои. У Ильича оно наступило из-за того, что в свое время он слишком отдался работе. Она стала для него своего рода сумасшествием... Что с ним не так? У человека, который работал в спецслужбах, все должно лежать на своем месте, а тут - непорядок в голове..."

Для режиссера это картина про отношение искусства и действительности. Точнее, про то, что высокое искусство для обычного человека - великий обман.

Фильм "Жги!" - про сказки, которые все же случаются с людьми в суровой реальности. "Мы сами себе запрещаем быть счастливыми, хотя по большому счету не знаем, чего хотим, - считает режиссер Кирилл Плетнев. - Есть куча отягчающих обстоятельств - семья, воспитание, общественное мнение, среда, профессия... Груз, который ложится на нас еще в юности и не позволяет делать, что хочется. Но наступает момент кризиса, и если не воспринимать его как нечто страшное, можно все изменить..."

Две главные героини его фильма - женщины за 40. Одна - надсмотрщица в женской колонии с голосом оперной певицы (Инга Оболдина). Вторая - заключенная, в прошлом настоящая оперная певица (Виктория Исакова). На телефон записанное видео с пением надзирательницы попадает в Интернет, собирает огромное количество посещений, и ее приглашают в Москву на конкурс, к которому она не готова. Единственным человеком, который может ей помочь, становится заключенная. Шанс изменить свою жизнь получают обе...

Инга Оболдина - пока главная претендентка на приз за лучшую женскую роль "Кинотавра" - определила жанр фильма как "колониальную сказку". Но говорила актриса на пресс-конференции больше не о невероятной истории, которая приключилась с ее героиней, а о том, для кого вообще-то нужно снимать кино - для критиков или для людей. "Проблема в том, что эмоциональное кино почему-то считается не фестивальным. Но в том, что наше кино эмоциональное, наверное, трудно будет спорить... Фильмы, которые я посмотрела на "Кинотавре", очень рассудочные, красивые, сложные, но они настолько "головные", что я уходила, не включаясь. Максимум - есть сцены, где очень классные актерские работы. А историй, которые бы меня тронули или потрясли, к сожалению, почему-то не случается... Конечно, есть допущение фантазии в том, что тетя из зоны поехала петь, а заключенная полюбила ее так, что стала ей ставить голос... Охранница могла просто надавать ей пинков и сказать: любишь ты меня или нет, давай учи... Но то, что эмоциональное, а особенно доброе кино не модно, а критикам и не нужно, к сожалению, сейчас тенденция общая".