Новости

13.09.2017 19:21
Рубрика: Культура

Без розовых очков

Ярослава Пулинович о том, что значит быть драматургом в России
Ей всего тридцать, и кто в это поверит? На счету уральского драматурга Ярославы Пулинович - двадцать пьес (самую известную из них - "Наташину мечту" - только в российских театрах поставили свыше сотни раз), а еще - четыре фильма, двадцать инсценировок и только одна книга: вышедший этим летом в издательстве "Кабинетный ученый" сборник пьес "Победила я".
Ярослава Пулинович сыграла несколько ролей в кино, но в итоге все-таки выбрала профессию драматурга. Фото: Из личного архива Ярослава Пулинович сыграла несколько ролей в кино, но в итоге все-таки выбрала профессию драматурга. Фото: Из личного архива
Ярослава Пулинович сыграла несколько ролей в кино, но в итоге все-таки выбрала профессию драматурга. Фото: Из личного архива

Ярослава, почему так долго тянули с книгой?

Ярослава Пулинович: Драматургов очень редко издают - считается, что пьесы не интересны читателю. Но и в среде драматургов наличие собственной книги не слишком котируется - нам важнее постановки. Писателя спрашивают, сколько у тебя книг, драматурга - сколько постановок. И, тем не менее, я, конечно, очень хотела издать собственную книгу. В Екатеринбурге работала программа министерства культуры, когда выпускались книги наших уральских драматургов - появилась большая книга у Архипова, большая книга у Богаева, большая - у Сигарева… И ровно на мне эта программа закончилась! Я уже подготовила ту книжку, но издавать ее никто не стал. Ну что ж, так тому и быть, подумала я. А в этом году в редакции журнала "Урал" встретилась с издателем Федором Еремеевым - мы познакомились и тут же разругались в пух и прах! На следующий день я получила от него такое письмо, что, дескать, с вашими взглядами, Ярослава, я не согласен, но книгу печатать буду. Несколько месяцев сборник готовился к печати, его составителем стал прозаик Роман Сенчин.

По какому принципу отбирались тексты?

Ярослава Пулинович: В сборнике восемь пьес - самые, скажем так, сюжетные. В большинстве своем это истории о женщинах (шесть "женских" и две "мужских") - и порядок их расположения  в книге тоже очень важен. Они идут "по возрастам": все начинается с монологов двух шестнадцатилетних Наташ - пьесы "Наташина мечта" и "Победила я", потом появляются двадцатилетние герои пьесы "Как я стал", тридцатилетние в "Хор Харона", тридцатисемилетняяя Маша из "Того самого дня", сорокалетний Слава в "Сомнамбулизме" пятидесятилетняя "Жанна", а заканчивается все историей о двух семидесятишестилетних стариках ("Время Эльзы").

Тебе не хотелось стать актрисой?

Ярослава Пулинович: Конечно, хотелось! Как и любому подростку… Я ходила в театральную студию и просто грезила актерской карьерой… Когда я приехала в Екатеринбург поступать, то пыталась пройти и на актерское отделение, и на драматургию. Но на актерском я с треском провалилась, и Русинов, который набирал курс, начал меня убеждать, что, дескать, иди-ка лучше к Коляде.

Я только потом поняла, что Русинов был прав - позднее я участвовала в читках, у меня было несколько ролей в кино, и я сама убедилась в том, что актерство это абсолютно не мое. И как бы это ни было грустно сознавать, я, к сожалению, совершенно бездарная актриса.

Коляда тебя сразу принял на свой курс?

Ярослава Пулинович: Да. Есть свидетельство - удивительное видео, которое всплыло через десять лет после моего поступления. Два года назад у Коляды был юбилей, и Марина Чувайлова, режиссер-документалист, которая когда-то давно снимала о нем фильм, решила собрать из остатков материала поздравление. Подходит ко мне и говорит - представляешь, Ярка, я начала отсматривать это видео, там куча всего, невозможно упомнить. Смотрю - а там ты поступаешь, семнадцатилетняя девочка! Я сказала, Марина, дай мне эту кассету, очень хочется посмотреть - ведь я, естественно, волновалась, и плохо помню само поступление. Посмотрела - и это оказалось так смешно, так приятно! Я несла, по-моему, такую пургу, но когда вышла из аудитории, Коляда сказал на камеру: да, талантливая девочка, просто удивительно талантливая.

Злые люди иногда говорят, что, дескать, все ученики Коляды на одно лицо - и это лицо самого Коляды.

Ярослава Пулинович: Начнем с того, что Николай Владимирович сыграл огромную роль в моей жизни - и как мастер, и как человек, который в меня поверил с самого начала, когда я пришла к нему желторотой семнадцатилетней девочкой. Он всегда говорил мне - из тебя получится очень хороший драматург, ты останешься в театре, а я думала, это какие-то сказки. И получилось, что он был прав. Коляда умеет дать ученику невероятную веру в себя, но умеет и осаживать, указывать на недостатки. Когда в тебя верят, но не слепо, а направляя, это дает ощущение уверенности. Мне, когда я у него училась, всегда было ясно - рядом есть папа. Была, например, история, когда я по глупости продала исключительные права на "Наташину мечту" - за какие-то очень смешные деньги. В итоге мне права мои вернули - Коляда звонил и разбирался. Я стояла рядом как нашкодивший ребенок, а Николай Владимирович кричал в трубку: "Я верну вам эти деньги! Вы обманули моего ребенка!"

Что касается школы Коляды, то с ней такая история. У него, как у драматурга есть две ярко выраженные и при этом прямо противоположные составляющие, которые прослеживаются во всех его пьесах. С одной стороны, Коляда реалист пишет про пресловутые свинцовые мерзости жизни. А с другой стороны - он сказочник, который верит в хорошее, верит в чудо. Я думала над одной его пьесой - понимала, что-то не сходится по мотивации, непонятно, почему героиня так поступает - но при этом она приходит к очень убедительному финалу. Вот тогда я и поняла - никакой Коляда не реалист, он сказочник! Ему нужно было от героини, чтобы она вышла в сказку, в фантазию, в свет.

Вот в этом сочетании реализма и сказки и состоит невероятная драматургия Коляды - то, что делает ее авторской, непохожей ни на какую другую. По двум ученикам Коляды - Богаеву и Сигареву - можно проследить, как его творчество "раздваивается". Сигарев перенял способность любить каждого героя, каким бы он ни был, он идет чаще всего реалистическим путем, и у него все происходит в наше время, в нашу эпоху. Олег Богаев взял фантасмагорическую составляющую и развил ее до каких-то гротескных масштабов. Поэтому вообще очень сложно говорить, что такое ученик Коляды, школа Коляды. Возможно, ученики берут одну из его граней, но развиваются и идут дальше каждый своим путем.

А ты какую грань выбрала?

Ярослава Пулинович: Может, я себе льщу, но мне кажется, я взяла у него веру в человечность, в добро, в людей, в будущее. Я очень люблю своих героев, даже плачу, когда с ними что-то плохое происходит. Мне так жалко их убивать… Ведь я к ним привязываюсь, они становятся частью моей жизни.

А правда, что ты всего за один день написала пьесу "Наташина мечта" - твою самую успешную пьесу?

Ярослава Пулинович: Мне было двадцать лет, и я была безнадежно влюблена. В какой-то момент я узнала, что этот человек встречается с моей лучшей подругой - и у меня, видимо, произошел такой выброс адреналина в кровь, что я просто не знала что делать. Пришла домой в состоянии абсолютного ступора. Потом включила компьютер и написала первую фразу: "Это неправда все, что вы тут говорите". И вот на этой энергии, с ощущением, что весь мир тебя предал, за несколько часов написала эту пьесу сплошным монологом. Ее поставили несколько раз в Америке, в Лондоне, в Польше играют до сих пор, были постановке в Болгарии, Украине, Белоруссии.

Насколько вообще для тебя важна женская тема?

Ярослава Пулинович: Я долгое время сердилась, если меня называли женским драматургом. Мне казалось, это как-то несерьезно. Но это навязанный стереотип - почему быть мужским драматургом хорошо, а женским - плохо? Что, у женщин, априори, розовые сопли и мелодрама?..

Мне ближе писать про женщин, хотя у меня есть и "мужские" пьесы. Но мир сейчас стал очень женским - это правда. Женщины примеряют много новых для себя социальных ролей, ранее им недоступных и непривычных. Женщины выходят на руководящие посты, добиваются успеха в жизни. Я поняла, почему женская тема сейчас так востребована, и почему она так интересна мне. Возникает много драм, трагедий потому, что мы не знаем как вести себя в каких-то случаях, и, оставаясь женщиной, делать то, что тебе нравится. Раньше женское счастье было неразрывно связано с мужчиной - обязательно замуж, обязательно рожать детей! А мужское счастье - когда есть женщина (или несколько), но при этом его жизнь должна быть посвящена делу. И вдруг выясняется, что женщина может быть счастлива своим делом, а не только семьей… Общество на женщин в этом плане безумно давит. Вот поэтому многие сейчас обращаются к женским темам - и я, как драматург.

Говорят, ты сейчас вплотную занялась кино?

Ярослава Пулинович: Да, есть такой замечательный режиссер Павел Мирзоев, сын Владимира Мирзоева, и сейчас мы начинаем вместе с ним работать над фильмом по моей пьесе "Как я стал".

Между делом этим летом ты успела выйти замуж. Как получилось, что вы с прозаиком Романом Сенчиным решили пожениться? Вы знакомы, кажется, не так давно?

Ярослава Пулинович: Это было обыкновенное чудо. Я не думала, что так бывает - оказалось, что да. В прошлом году на книжном фестивале мы встретились с Романом, и быстро поняли, что не можем друг без друга. Произошла даже не любовь с первого взгляда, а какое-то моментальное родство душ. Он приехал в Екатеринбург 31 января, а 10 июня у нас уже была свадьба. Прошло совсем немного времени между моментом, когда мы начали встречаться и свадьбой, но он почти сразу же сделал мне предложение. Все смотрели на нас как на ненормальных - как это можно жениться, не пожив вместе, но мы отвечали: вот поженимся и поживем!

*Это расширенная версия текста, опубликованного в номере "РГ"