Новости

11.10.2017 13:07
Рубрика: Происшествия

Прокуратура опротестовала приговор экс-замминистра культуры Пирумову

Текст: Иван Петров

Прокуроры не согласились с приговором, вынесенным днем ранее бывшему заместителю министра культуры Григорию Пирумову. Экс-чиновника, напомним, во вторник приговорили к полутора годам лишения свободы, но тут же освободили в зале суда, засчитав время, проведенное в следственном изоляторе.

 Фото: Кирилл Каллиников / РИА Новости  Фото: Кирилл Каллиников / РИА Новости
Фото: Кирилл Каллиников / РИА Новости

В среду в Дорогомиловский районный суд Москвы, который и вынес приговор по так называемому "делу реставраторов", поступило апелляционное представление прокуратуры. Об этом сообщила пресс-секретарь суда Евгения Горохова. По ее словам, апелляционное представление уже прошло регистрацию. Рассматривать апелляцию прокуроров предстоит Мосгорсуду.

Представители гособвинения просят назначить Пирумову наказание в виде 5 лет лишения свободы и штрафа в размере 1 млн рублей, также лишить его государственной награды.

Стоит отметить, что по остальным фигурантам этого громкого дела представление прокуратура не вносила.

Напомним, Дорогомиловский суд Москвы 9 октября вынес обвинительный приговор восьмерым фигурантам громкого дела о хищении бюджетных средств, выделенных на реставрацию объектов культурного наследия. Главный фигурант - экс-замминистра культуры Григорий Пирумов - был приговорен к 1,5 годам колонии общего режима и штрафу в 300 тысяч рублей, но был освобожден из-под стражи в зале суда, так как отбыл присужденный срок в СИЗО во время предварительного следствия и судебного разбирательства. Помимо него, на скамье подсудимых находились экс-глава департамента управления имуществом и инвестиционной политики Минкультуры Борис Мазо, управляющий компании "Балтстрой" Александр Коченов, директор подведомственного министерству ФГКУ "Центрреставрация" Олег Иванов, руководитель дирекции по строительству, реконструкции и реставрации Минкультуры Борис Цагараев, руководитель проекта ООО "Стройкомплект" Владимир Сванбек, а также директор музея Андрея Рублева Михаил Миндлин и предприниматель Андрей Кокушкин.

Всем фигурантам вменялось "мошенничество в особо крупном размере, совершенное группой лиц".

Следствием и судом было установлено, что в 2012 году замминистра Пирумов создал преступную группу, участники которой заключали госконтракты, предоставляя недостоверную информацию, а также завышая стоимость услуг на выполнение реставрационных работ. В деле фигурировали семь эпизодов хищения средств, выделенных на реставрацию Новодевичьего монастыря в Москве, драмтеатра в Пскове, Иоанно-Предтеченского монастыря, музея в Калуге, Изборской крепости в Псковской области, усадьбы Асеевых в Тамбове и крепости Фридриха Великого в Калининграде. Все подсудимые признали свою вину. В связи с этим дело рассматривалось в особом порядке - без допроса свидетелей и исследования доказательств. Стоит отметить, что признанное потерпевшей стороной Минкультуры отозвало ранее поданный гражданский иск на 160 млн рублей, так как все обвиняемые возместили причиненный ущерб. Это также было учтено судом при вынесении приговора.

Комментарий

Федор Куприянов, адвокат, кандидат юридических наук

- На скамье подсудимых в "аквариуме" Дорогомиловского суда 5 человек, еще трое не арестованы, сидят в зале рядом с адвокатами. Оглашение приговора заняло почти 5 часов, хотя сам процесс был скоротечен.

Из-за полного признания всеми обвиняемыми своей вины и полным возвратом государству еще на стадии предварительного следствия всех похищенных сумм, судебный процесс шел в сокращенном варианте без исследования доказательств вины, представленных в суд прокурором, и без рассмотрения гражданского иска "потерпевшего" - министерства культуры.

Напомню, что в ходе сокращенных процессов, называемых "особым порядком уголовного судопроизводства" суд изучает в основном социальную опасность личностей самих подсудимых и в соответствии с ней назначает наказание. Иначе говоря, размер наказания хотя и соотносится с ущербом,  но это далеко не самый главный критерий. Наказание назначается в первую очередь с учетом криминальной зараженности подсудимого и его после преступного поведения. Важнейший момент для определения меры наказания - первое ли это преступление у обвиняемого или рецидив. Если рецидив, то отбывал ли он ранее реальное лишение свободы или был осужден "условно".

Поэтому совершенно безосновательно возмущаются граждане, которые удивляются более "нежным" приговорам за крупные хищения по сравнению с приговорами за хищение нескольких мешков картошки или, казалось бы, несущественный уличный грабеж. Они не понимают, что впервые оступившийся предприниматель или чиновник, искренне раскаявшийся и все похищенное вернувший, бесспорно на будущее менее социально опасен для общества, чем рецидивист из года в год опустошающий своим "промыслом" огороды старушек своей деревни, в который раз оставляя их в прямом смысле без хлеба насущного.

Тунеядец, избравший своим образом жизни систематическую экспроприацию чужого добра, пусть и в не слишком больших количествах, всегда признается более социально опасным, чем любой другой человек, впервые осужденный за экономические преступления. Совершившим преступления повторно действительно назначается значительно более суровое наказание. И это справедливо.

Осужденные по делу "реставраторов" не наносили ущерба памятникам. Хотя они и приписывали "объемы" фиктивно выполненных работ, но все действительно необходимые реставрационные работы проводились исправно.

Не следует забывать, что в период работы Григория Пирумова в министерстве культуры, а он состоял на госслужбе только с конца 2012 года, в результате конкурсных процедур были порядком снижены действующие реставрационные расценки, существенно завышавшиеся подрядчиками много лет подряд. Госбюджет от деятельности руководителя выиграл более 3 миллиардов рублей, поэтому и количество одновременно реставрируемых объектов с 2013 года существенно возросло.

Только узкие специалисты знают, что с 1966 года реестр "федеральных" памятников велся чуть ли ни в амбарных книгах (до 1966 года его вообще не было), а полный сводный учет памятников федерального значения попросту отсутствовал. Григорий Пирумов был приглашен в Минкульт из "бизнеса" именно для создания всеобъемлющего реестра памятников и наведения порядка их использования. Первую задачу он с коллегами решил практически с нуля всего за 3 года. Действующий реестр в электронном виде показывает не только любую характеристику памятников и их охранных зон, но и впервые - допустимые с точки зрения сохранения объекта пределы его коммерческого использования. Из-за варварского использования памятники ежегодно гибли десятками, а неучтенные в реестре просто сносились для освобождения выгодных для нового строительства земельных участков.

Если взять баланс пользы и вреда от деятельности осужденных по этому делу, то он бесспорно положителен. Вот именно установлением этого баланса и занимался несколько дней суд. Тем не менее с учетом величины суммы и большого общественного резонанса уголовного дела суд не нашел оснований для применения "условного" осуждения и назначил большинству фигурантов реальное наказание. Заметим, что входившие в преступную группу руководители реставрационных организаций, так же имеющие многолетние заслуги в области реставрации памятников и так же погасившие ущерб, были осуждены еще летом именно "условно".

Если бы подсудимые не находились под стражей в период следствия, то их взяли бы под стражу в зале суда. Однако суд не может увеличить назначенное им наказание только потому, что граждане отсидели свое в период следствия. Разве пребывание в условиях тюрьмы, а следственный изолятор - это тюрьма, не самое настоящее наказание? Пребывание в тюрьме - значительно более строгое наказание, чем в колонии строго режима.

Срок заключения измеряемый месяцами и годами, а не десятками лет, - общемировая практика. Известно, что при сроке более 5 лет лишения свободы человек навсегда выбывает из своего социального круга, если это, конечно, не "преступные круги". Поэтому срок наказания в 4 года реального лишения свободы - абсолютный предел для впервые осужденных. Иначе окажется, что суд, по сути, наказал не только подсудимого, но и его близких, всех нас, кому придется опосредованно всю жизнь кормить человека, уже не способного повторно социализироваться. Фактически более длительным сроком сам суд толкнет его на повторное преступление.

Кроме того, существенное облегчение наказания для лиц, полностью погасивших ущерб, еще и большой стимул, хороший пример для других преступников, а для бюджета и потерпевших граждан и организаций - большой шанс получить эти средства с подсудимых. До последнего времени это было очень маловероятно. Если же такое позитивное послепреступное поведение суды не будут учитывать, то и возвращать, как и прежде, никто не ничего не станет. Опять же за сомнительную радость видеть кого-то за решеткой придется платить налогоплательщику.

Не следует забывать и уголовный закон, который для граждан, полностью признавших свою вину, снижает в полтора раза предельный срок заключения по любой статье. Поэтому приговор суда представляется не только обоснованным и справедливым, он важен как очередной приговор соответствующий общей тенденции. Впервые оступившиеся подсудимые, не относящиеся к криминально зараженному контингенту и полностью погасившие ущерб, наказываются относительно либерально. И после такой встряски общество не теряет квалифицированные кадры, дети отцов, и все мы получаем граждан, которые уже никогда не перейдут улицу на запрещающий сигнал светофора.

Поверьте, 19 месяцев проведенных в тюрьме для реставраторов - бессрочная прививка от любых правонарушений. Что нам - обществу - и требуется.

Происшествия Правосудие Суд Правительство Генпрокуратура
Добавьте RG.RU 
в избранные источники