Новости

29.11.2017 21:37
Рубрика: Культура

Мой рок-н-ролл

"Про рок" Евгения Григорьева выходит в прокат
Фильм Евгения Григорьева еще до выхода в прокат установил своеобразный рекорд. На прошлой неделе "Про рок" давали в первом зале "Октября". Премьерный показ документального фильма в самом большом (1500 мест) зале главного кинотеатра страны заранее виделся идее рискованной. В этом зале на официальных премьерах иных "российских блокбастеров" в глазах рябит от количества пустых мест. Что уж ожидать от документального кино, прокат которого в России считается делом если не гиблым, то , скажем так, альтруистическим. Внезапно на "Про рок" зал был заполнен больше, чем на 80 процентов. И для нашего документального это, конечно, событие.
Камера смотрит в мир. Фильм "ПроРок" не столько о роке, сколько о съемках самого себя.  Фото: Предоставлено пресс-службой фильма  Фото: Предоставлено пресс-службой фильма
Фото: Предоставлено пресс-службой фильма

Кто-то может сказать, что все благодаря теме. Российская рок-музыка хоть и пребывает в двусмысленном положении кота Шредингера (ни жива, ни мертва; хотя многие все же склоняются к мысли, что пора констатировать смерть), но по-прежнему находит нехилый отклик в народе. Однако объяснять предварительный успех фильма Григорьева эксплуатацией рок-тематики все же неверно. Потому что никакой эксплуатации в фильме нет - музыкальных кусков там совсем немного. "Про рок" задевает совсем другие струны - поколенческие. И конструирует честное мироощущение нынешних 30-летних - почти независимо от их музыкальных вкусов.

Герои фильма "Про рок" - участники трех молодых екатеринбургских групп, которых Григорьев вместе со своими друзьями из свердловского рок-клуба (Шахрин, Бобунец и т. д.) выбрал в 2011 году на кастинге, чтобы на их примере рассказать историю успеха. Ну или неуспеха - тут уж как получится. Сразу после кастинга проект из-за недостатка финансирования пришлось прикрыть. Чтобы окончательно не похоронить идею, режиссер раздал музыкантам портативные камеры, чтобы они сами ежедневно фиксировали свою жизнь. Такой прием как раз в то время актуализировали Александр Расторгуев и Павел Костомаров. Их фильм "Я люблю тебя", состоящий из зарисовок жизни провинциальных подростков, которые эти же подростки самостоятельно и сняли, был одной из самых обсуждаемых картин 2010-м году. Тогда казалось, что "Я люблю тебя" - это удовлетворение запроса на "новую искренность", который стал реакцией на пластиковый гламур коммерческого кино и ТВ 2000-х.

Григорьев в своем фильме тоже включает "новую искренность". Но разница между ним и предыдущими работами на этом же поле в одном важном нюансе - он не остается равнодушным наблюдателем, который затем умело превращает сотни часов видеоматериала в осмысленное кино. У Расторгуева и Костомарова всегда есть дистанция между "ними" (героями) и "нами" (публикой и создателями), их кино - это жизнь других. Григорьев эту дистанцию рушит, делая самого себя героем собственного фильма. Кино о трех малоизвестных провинциальных рок-группах превращается одновременно в историю процесса создания фильма.

Это обстоятельство меняет вообще все. Да, Григорьев здесь особенно не щадит своих персонажей, порой выставляя их не в лучшем свете. Один - самовлюбленный графоман, второй - эпигон и, видимо, не очень умный парень, третий вроде бы самый нормальный, но трезвым его давно никто не видел. Таланты каждого под большим вопросом. Но и сам он не стесняется показать себя неудачником, у которого вечно все не слава богу - то оператор покинет проект, то очередные съемки зависнут по какой-то нелепой причине. "Про рок" сознательно сделан как история лузеров - для режиссера, очевидно, важно подчеркнуть это, чтобы затем вырулить на обобщение об очередном "потерянном поколении".

Все герои Григорьева (да и он сам) - дети 90-х, которые вроде бы получили прививку от конформизма и должны были бы воспринимать свободу как нечто естественное. Но эту свободу они променяли на эскапизм, бегство в стремительно вырождающийся жанр музыки. Ирония еще и в том, что когда-то этот жанр был символом протеста, тогда как герои Григорьева выбирают что угодно кроме протеста. Действие фильма охватывает период с 2011-го по 2016-й, один год в фильме характеризует один выпуск радионовостей. С каждым разом новостной фон становится все более мрачным, но ни один из персонажей будто бы не замечает ничего происходящего вокруг.

Отсутствие реакции - конечно, тоже реакция, причем красноречивая. "Про рок", в сущности, о том, что энергия ушла не только из рока, но и из поколения, которое эта музыка взрастила. Апатия и ощущение собственного бессилия перед реальным миром, которые в лучшем случае изредка приправлены едкой иронией - вот что объединяет героев фильма, режиссера и, видимо, зрителей.

Когда уже окончательно ясно, что никакой большой успех ни одну группу не настигнет, Григорьев предлагает каждой из них бесплатно снять клип на одну из песен - жест сколь широкий, столь и бессмысленный. Эти клипы в финале режиссер показывает вперемешку с неудачными дублями и сценами о том, как эти клипы снимались - так суровая и неприглядная реальность российской провинции встречается с фантазиями музыкантов. Вот только эти фантазии чаще всего ужасно скучные, вялые и неинтересные - и это, конечно, очень симптоматичный итог.

*Это расширенная версия текста, опубликованного в номере "РГ"