Новости

01.12.2017 15:18
Рубрика: Культура

Кино. Без вымысла, с любовью

Кора Церетели о легендах Тифлиса
В этой книге, как в стихах, главное - интонация. Заданная строкой Мандельштама, вынесенной в заглавие, она сплетает сны и реальность, воспоминания и услышанные истории, драгоценные обрывки былой речи и свидетельства тонкого наблюдателя в ткань волшебного повествования о городе, оставшемся в фильмах, рисунках и фотографиях, на картинах Пиросмани, в грузинской и русской поэзии.
 Фото: iskusstvo21.com Память сердца определяет очень личную и очень "тифлисскую" интонацию этой книги. Фото: iskusstvo21.com
Память сердца определяет очень личную и очень "тифлисскую" интонацию этой книги. Фото: iskusstvo21.com

Имя Тифлиса - как пароль, который открывает сердца всех живших в нем. Кора Церетели, рассказывая о старом Тифлисе, который помнили ее родители, и о своем Тбилиси, где звучали голоса Верико Анджапаридзе и "дяди Миши" Чиаурели, Сергея Параджанова и Отара Иоселиани, юного Георгия Товстоногова и Тенгиза Абуладзе, "грузинского соловья" Вано Сараджишвили и художницы Елены Ахвледиани, открывает сердца всех любящих кино и …хороших рассказчиков. А легендарная Кора Церетели  - темпераментный кинокритик, летописец грузинского (и не только!) кино и участница многих славных начинаний, как сейчас любят говорить, кинопроцесса, автор блистательных книг, знакомящих с личностью и наследием Сергея Параджанова, тонкий исследователь кино, - рассказчик отменный. Не в последнюю очередь потому, что ей удается примирить "память сердца" и "память рассудка".

Память сердца определяет ту очень личную, и очень "тифлисскую" интонацию книги. Ее теплота родом не только из ностальгии по детству и юности, но из того мира, где все знали всех - даже не через "два рукопожатия" - а через пару балконов в "итальянских" двориках. В книге есть рассказ, как в 1960-х годах в Тбилиси приехал голливудский режиссер Рубен Мамулян, работавший с Марлен Дитрих, Гретой Гарбо, Морисом Шевалье… Мамуляна принимали как полагается - роскошным официальным пиром в ресторане с песнями и заздравными тостами, пока он в час ночи не попросил отвезти его на… Ленинградскую улицу, где он когда-то рос. И вот пока Мамулян разглядывал старый "итальянский" дворик, где время, кажется, остановилось 40 лет назад, а на него (и на кортеж черных "Волг") глазели со всех балконов жители дома № 13, раздался восторженный крик: "Рубик-джан! Чамохведи? Ты приехал?". И по винтовой лестнице во двор скатился беззубый сморщенный старец и принялся хлопать и обнимать Мамуляна. "Ну, конечно же, это ты! Рубик-джан! Где ты пропадал, сукин сын! Ах ты, ограш!". И Мамулян разрыдался на груди старика, объяснив потом опешившим сопровождающим: "Ограш! Так ругал меня отец, когда давал подзатыльники за лень и шалости. С тех пор я этого слова не слышал".

Эта сцена, на первый взгляд, слишком "киношная", придуманная. Но Тбилиси - тот город, где вымысел не поспевает за правдой... Маленький Париж и многонациональный Вавилон, город, где к людям до седин обращались "ласково-уменьшительными именами, пришедшими из детства", присовокупляя почтенно-уважительное "батоно", город жаркий, авантюристический, по-театральному щедрый на уличные мизансцены и таланты.

Память рассудка, как водится, печальней. Но Кора Церетели щедро делится драгоценным собраньем историй и анекдотов, семейных преданий и "скелетов в редакционном шкафу", невероятных сюжетов относительно недавней истории. К примеру, рассказом об исчезновении в 1939 году целиком редакции "Молодого Сталинца" - от редактора до курьера - из-за того, что карикатура Кукрыниксов с кукишем оказалась напечатана на второй полосе, а на первой был портрет вождя, и на просвет казалось, что… Разумеется, что именно казалось, никто сформулировать не осмеливался. Но как советовал Параджанов, "действительность надо уметь домысливать", и жители Тбилиси этим даром были наделены щедро.

Впрочем, эта книга отнюдь не только портрет колоритного города, написанный точно и ярко, со вкусом к сочному городскому арго, ярким типажам и музыкальной стихии, уличной и оперной, южной столицы. Кора Церетели еще и страстный и очень осведомленный участник многих событий, которые теперь вписаны в историю мирового кино. Речь, в частности, о фильмах Отара Иоселиани и Тенгиза Абуладзе. В Тбилиси, этом самом кинематографическом городе СССР, фильм "Покаяние", который стал символом перестройки, был снят… задолго до нее. На бюджет тележурнала "Хроника событий" и при покровительстве Эдуарда Шеварнадзе.

Эту книгу надо читать. И рассматривать. Потому что тут впервые публикуются рисунки Сергея Эйзенштейна, сделанные в 1933 году во время поездки в Тбилиси, тут можно найти рисунки Параджанова на краях сценария, открытки 1970-х с лирической графикой М. Хубашвили и фографии старого Тбилиси1900-х. Завидую тем, кто откроет ее в первый раз.

"Мне Тифлис горбатый снится...", Кора Церетели ("Искусство-XXI", Москва, 2017).

*Это расширенная версия текста, опубликованного в номере "РГ"

Культура Литература Ярмарка Non/fiction Гид-парк
Добавьте RG.RU 
в избранные источники