Новости

29.01.2018 20:16
Рубрика: Общество

Соло для двоих

Пронзительная история дружбы российского генерала и австрийского полковника
В2013 году я познакомился с Ханнесом Апфольтерером, командиром военного оркестра Тироля, знаменитым австрийским дирижером и композитором. Когда мы встретились в том военном городке, где базировался оркестр, то вначале я сильно удивился: внешне он больше напоминал командира боевых парашютистов, а не музыканта. Вырубленное словно из гранита лицо, стрижка под ноль, берет набекрень, бравая выправка. Он крепко пожал протянутую мной руку, потом стал показывать свое хозяйство, отвечать на мои наивные вопросы.
 Фото: Из архива Х. Апфольтерера Генерал Халилов сразу взял меня за руку и повел за собой: Будь рядом.  Фото: Из архива Х. Апфольтерера
Генерал Халилов сразу взял меня за руку и повел за собой: Будь рядом. Фото: Из архива Х. Апфольтерера

Но душа у него была нежной - это стало ясно очень скоро.

Осенью Ханнес приехал со своими музыкантами к нам на фестиваль "Спасская башня", выступил у стен Кремля, у нас завязалась переписка.

Спустя три года он опять был в программе "Спасской башни" - теперь с духовым Тирольским оркестром камер-егерей, одним из самых известных в Европе. И тогда специально придумал для фестиваля композицию, которая стала наиболее волнующей, сделала финал фестиваля незабываемым.

Я принимал его в своем московском доме. Он на праздники присылал из Тироля бутылочку шнапса собственного изготовления, настоянного на сосновых шишках.

Когда 25 декабря 2016 года Ханнес узнал страшную весть о гибели в авиакатастрофе генерала Халилова, то был так потрясен этим, что тут же сел за рояль и сочинил щемящую музыкальную композицию памяти нашего общего друга. "Мысли и чувства" - ее исполняли на траурной мессе в Инсбруке, она звучала на российских радиоканалах.

Мне показалось важным опять приехать в Тироль, чтобы сейчас, спустя время, вспомнить все - и трагедию, связанную с Халиловым, и фестиваль "Спасская башня". Теперь это не было интервью, как в первый раз. А был скорее очень искренний и очень доверительный разговор о том, что волнует нас обоих. О наших общих товарищах. О музыке. О судьбе. О том мужском выборе, который рано или поздно всем приходится делать. О чести и бесчестии.

* * *

- Как произошло ваше знакомство с Валерием Халиловым? И отчего между вами сразу возникла дружба?

- В начале 2013 года меня пригласили в наше министерство обороны и сказали: "Поедешь со своими тирольцами в Москву на фестиваль "Спасская башня". Отчего выбор пал на нас? Может быть, потому что мы и прежде не раз участвовали в подобных фестивалях по всему миру. Или потому, что я на пятьдесят процентов - музыкант, а на остальные пятьдесят - солдат.

Приехав в Москву, я сразу понял, что российская столица - грандиозный город, а "Спасская башня" - самый великий военно-музыкальный фестиваль из всех.

Как только я увидел Халилова, то почувствовал: наши души соприкоснулись. Спустя два года я опять приехал к вам - как почетный гость, а еще через год снова участвовал в фестивале, только теперь с другим коллективом - и опять наши встречи были очень теплыми. Генерал Халилов сразу взял меня за руку и повел за собой: "Будь рядом". Во время репетиций все время спрашивал: "А что ты думаешь по этому поводу?"

Иногда мне кажется: возможно, у нас одна душа на двоих. Генерал Халилов был великий человек.

- Великий в чем?

- В отношении к музыке. В умении управлять оркестрами. В его талантах композитора. Он подарил мне CD со своими произведениями - я прослушал их и сразу был так впечатлен, что включил некоторые в программу наших концертов. Это прекрасная музыка. И надо еще обязательно отметить, что, будучи генералом, большим человеком в Российской армии, он всегда в общении оставался абсолютно доступным, комфортным, его никогда не покидало чувство юмора - качество, по которому сразу отличишь хорошего человека.

- Давайте вспомним теперь, как родилась ваша щемящая музыка под названием "Мысли и чувства", посвященная Валерию Халилову.

- В тот день, когда случилась авиакатастрофа под Сочи, я был дома, сидел за роялем, работал. Тут по радио передали ужасную новость: в море упал самолет, в котором летели музыканты ансамбля имени Александрова. У меня оборвалось сердце. Сначала имя Халилова в сообщениях не упоминали. Прошло несколько часов, и все стало ясно. Я был потрясен. Мелодия сама пришла ко мне, я словно бы разговаривал с моим другом один на один о самом сокровенном, я прощался с ним, хотел высказать главное. Передо мной все время были его лицо, его улыбка.

За три дня вся работа была завершена, еще неделя потребовалась на шлифовку, на репетиции с оркестром, а уже 8 января 2017 года эта музыка звучала в кафедральном соборе Св. Иакова в ходе траурной мессы.

- Да, я получил тогда от вас запись того выступления. Выложил ее в "Фейсбуке" - много тысяч просмотров. Ваша музыка тронула сердца разных людей. Потом ее исполняли на российских радиоканалах.

- Я часто размышляю над тем, что же соединило нас навсегда? Музыка? Фестиваль на Красной площади? Одинаковое отношение к жизни и службе?

Должен вам сказать: творчество Халилова явно недооценено. Его классические произведения, марши, вальсы, песни - все это блестяще продолжает лучшие традиции русской музыкальной культуры. В мире много выдающихся композиторов, в том числе и военных, но русские стоят особняком, их произведения отличаешь сразу.

Внешне полковник напоминает спецназовца. Но душа у него нежная. Фото: Владимир Снегирев / РГ

* * *

- Я знаю также, что вас связывает дружба с другим нашим генералом, комендантом Московского Кремля Сергеем Хлебниковым...

- Да, когда я впервые появился на Красной площади, ко мне подошел незнакомый подтянутый человек в военной форме, отдал честь и по-немецки представился: "Я - генерал Сергей Хлебников. А вы - Ханнес Апфольтерер?"

Только позже я узнал, что это и есть начальник Кремля. Как и в истории с Халиловым, между нами почти сразу установилась теплая внутренняя связь. Так бывает, когда встречаются люди, одинаково понимающие фундаментальные вещи. Например, долг, дружбу, честь. Нам не надо об этом говорить - все ясно без слов.

- Верно. И ведь именно он стоял у истоков фестиваля, который теперь стал просто неотъемлемой частью и Красной площади, и культурной повестки Москвы. Лично мне кажется это важным по многим причинам. И прежде всего потому, что в нашем сложном мире военные музыканты из разных стран от стен Кремля посылают всем сигнал надежды. Раз мы вместе и сообща играем свою музыку, значит, еще не все потеряно, будет жизнь.

- Я целиком согласен с этим. И ведь, возвращаясь домой, все эти иностранцы на всю жизнь сохраняют память о Москве, о ваших замечательных зрителях, российских музыкантах. Возникают дружеские и творческие контакты - это и есть настоящая народная дипломатия. Я всегда очень тепло вспоминаю руководителя Президентского оркестра Евгения Никитина, главного дирижера Центрального оркестра Минобороны Сергея Дурыгина, начальника Военно-музыкального училища Александра Герасимова.

Это создавало такую необыкновенную атмосферу 
на площади, что зрители 
не могли сдержать слез

Знаете, что еще надо сказать о ваших? Они играют не ноты, а музыку. Это важно. Они словно бы целиком отдаются музыке - отсюда такое волнение, когда это слушаешь и видишь.

- Ханнес, давайте вспомним теперь, как появилась идея с вашей композицией, которая, на мой взгляд, стала кульминацией финала "Спасской башни"-2016.

- Да, во второй раз я уже готовился к Москве с другим настроением - знал, что это такое, как там все устроено, какие ожидания у публики, с чем приедут другие участники. Мне показалось, что слишком много военных маршей. Некий перебор. Нужно внести трогательную ноту, постараться растопить сердца москвичей. Я сочинил свою "Альпийскую мелодию", включавшую соло на трубе, и обратился к вам с вопросом, можно ли трубача найти в России, мне казалось важным, чтобы это был русский...

- ...А я, прослушав присланный вами из Инсбрука музыкальный фрагмент, понял, что это будет "гвоздь", что публика действительно зарыдает, написал свое письмо дирекции фестиваля с просьбой идею поддержать...

- ...И генерал Халилов вскоре сообщил: трубач найден, это Владислав Лаврик. Кстати, забегая вперед, хочу сказать: после фестиваля Лаврик написал мне, что хочет исполнять эту композицию в Московской консерватории, просит моего разрешения. Я сделал для него специальную аранжировку. И он играл это в консерватории - прислал мне видео с концерта. И Сергей Дурыгин тоже включил "Альпийскую мелодию" в программу выступлений оркестра минобороны. Вот как все обернулось. Это для меня огромная честь.

А отчего я хотел, чтобы соло на трубе исполнил именно ваш музыкант? По той же причине, что и определяет триумф фестиваля - австрийцы играли мою музыку вместе с русскими. Все это создавало на площади такую необыкновенную атмосферу, что зрители на трибунах не могли сдержать слез.

- А потом в финале Халилов доверил вам дирижировать на Красной площади сводным оркестром из тысячи музыкантов. Интересно, что испытывает человек при этом?

- Если коротко сказать, то для военного дирижера нет большего счастья. Я был... на небесах.

* * *

- Скажите, герр полковник, как рождаются ваши композиции? У меня, дилетанта, такое ощущение, что великая музыка приходит к композитору словно дар свыше.

- Согласен. Именно так. Хотя и не всегда. Бывает, записываешь мелодию, рождающуюся в твоей голове, потом откладываешь ее на какое-то время, а вернувшись, понимаешь, что это не то. В случае с Халиловым - музыка точно пришла с небес.

Еще надо знать, для кого ты пишешь, где и когда это будет исполняться. Я - австриец и хорошо чувствую прежде всего свою аудиторию, понимаю, что она от меня ждет. И все время учусь, вот сейчас стал глубоко интересоваться педагогикой и психологией.

- Учитывая то, что вы профессор, это ясно. Но вот что не совсем понятно: верно ли, что высокую музыку воспринимают с одинаковым волнением слушатели разных национальностей? Возьмем, к примеру, марш "Прощание славянки", ставший визитной карточкой "Спасской башни". У меня, когда я его слышу, всегда мурашки по коже. А как это воспринимают иностранцы?

- Меня "Славянка" тоже глубоко трогает. Но я не уверен в том, что такую же реакцию испытывают все иностранные участники фестиваля. Просто вижу по их глазам: в одно ухо влетает, из другого вылетает. Понимаете, чтобы глубоко чувствовать душу музыки, надо вначале постараться понять этот народ, эту страну, узнать ее историю, ее людей. Все, что я делаю, я пропускаю через свою душу. Но ведь не каждый может сказать о себе такое.

- А вот еще такой вопрос: как к вашему успеху в Москве отнеслись в Австрии?

- По большому счету - очень хорошо. Но были и такие персоны, кстати, из числа гражданских, которые спрашивали: "А что это он себе позволяет? Дирижирует военным оркестром у стен Кремля?" Наверное, это обыкновенная ревность.

- Возле каждого Моцарта есть свой Сальери...

- Ну, с Моцартом я не хочу себя сравнивать, это вы зря. Моя самая большая проблема заключается в следующем: я всегда прямо говорю то, что думаю. Это многих раздражает.

- Если это проблема, то она свойственна очень порядочным людям.

- Спасибо, Владимир. Мы хорошо побеседовали. И я надеюсь, что наша дружба будет продолжаться.

- Я тоже.

Досье "РГ"

Халилов В.М.

Родился 30.01.1952. Генерал-лейтенант. Долгое время возглавлял военно-оркестровую службу Вооруженных сил РФ, был главным военным дирижером. Народный артист Российской Федерации. Композитор. Художественный руководитель военно-музыкального фестиваля "Спасская башня". Погиб в результате авиакатастрофы 25.12.2016.

Апфольтерер Х.

Родился 16.01.1965 в Тироле (Австрия). Полковник. Профессор. С 2001 года - руководитель и дирижер военного оркестра Тироля. Также почти четверть века возглавляет Тирольский оркестр камер-егерей. Известный композитор и аранжировщик. Дирижировал многими известными музыкальными коллективами Европы.

Общество История Фестиваль военных оркестров "Спасская башня" Крушение Ту-154 в Черном море
Добавьте RG.RU 
в избранные источники