Новости

24.04.2018 16:20
Рубрика: Общество
Проект: В регионах

Цифрой и словом

Что видит ректор Санкт-Петербургского госуниверситета, когда включает компьютер
Сколько баллов надо набрать, чтобы стать студентом СПбГУ? Как получить сразу два диплома? За что ученому дадут квартиру? По каким законам живет Интернет? Об этом на "Деловом завтраке" в "РГ" рассказал ректор Санкт-Петербургского госуниверситета Николай Кропачев.

В этом году вузы примут на бюджет бакалавриата и специалитета больше 300 тысяч выпускников. На каких специальностях ожидается самый высокий конкурс?

Николай Кропачев: У нас более 40 новых образовательных программ. Все они междисциплинарные и созданы, как правило, с участием и по инициативе наших партнеров - работодателей. Уверен, они будут востребованы абитуриентами. Например, можно ожидать, что высоким будет конкурс на такие новые программы, как "Юриспруденция (с углубленным изучением японского языка и права Японии)", "Кадастр недвижимости", "Социологические исследования в цифровом обществе" и другие.

Традиционно популярны программы, связанные с государственным и муниципальным управлением, а также управлением персоналом. Очень востребованы "Экономико-математические методы", "Бизнес-информатика", "Международная журналистика". И что самое главное для нас - на эти программы поступают без преувеличения лучшие выпускники школ. Вот, например, на "Инженерно-ориентированную физику" в прошлом году проходной балл 94. Фантастика, какие великолепные ребята приходят к нам учиться! На программу "Математика" в прошлом году заявлений от победителей олимпиад было больше, чем бюджетных мест.

Победители олимпиад поступают вне конкурса, то есть вуз обязан всех их взять. И что делать?

Николай Кропачев: Некоторые в итоге решили поступать на другие наши программы. Впоследствии можно перейти, ведь, несмотря на высокий уровень поступающих, немало студентов не проходит промежуточную аттестацию. Вот, скажем, по "Юриспруденции" спустя 4 года обучения диплом бакалавра получает 75 процентов тех, кто изначально поступил. В магистратуре этот процент - 90.

Сейчас много разговоров вокруг олимпиад школьников, есть сомнения в их качестве. Встречались ли вам случаи, когда олимпиадники не могли подтвердить свои высокие знания?

Николай Кропачев: Я всегда был сторонником ЕГЭ, качество которого, кстати, год от года растет. На первом-втором курсах университета мы наблюдаем прямую зависимость между результатами ЕГЭ по профильному предмету и успехами в учебе.

Уровень доверия к итогам ЕГЭ сегодня намного выше, чем к результатам некоторых олимпиад. Конечно, все они разные, но иногда смотришь на утвержденный перечень олимпиад и удивляешься, как те или иные состязания туда попали. У нашего университета политика такая: мы организуем собственные олимпиады с тем же уровнем объективности и защиты от недобросовестности, что и ЕГЭ. Поэтому с победителями наших олимпиад такого, надеюсь, не может произойти.

Вопрос от читателей "РГ": "Целевики поступают в вузы с низкими баллами и отнимают места у тех, кто хорошо учится. Может, надо отменить целевой прием?"

Николай Кропачев: Сейчас целевикам для зачисления нужно только преодолеть порог по минимальному количеству баллов, установленному вузом, и пройти собственный конкурс. Если говорить о СПбГУ, то у нас минимальный порог, как правило, 65 баллов, в то время как для зачисления по общему конкурсу нужно на 20-30 баллов больше. Мы очень тщательно относимся к предложениям о выделении целевых мест: обычно их не больше 20-30 на весь университет (менее 0,3% от общего числа мест). Выделяются они по обращениям органов власти.

Конечно, студентам, которые имеют 65 баллов, будет невероятно трудно учиться, особенно в коллективе с теми, кто набрал проходной балл (для поступления на бюджет - 90,7). Это ведь не просто цифры, это свидетельство уровня подготовки абитуриента. Два года назад мы создали Советы образовательных программ СПбГУ, куда входят потенциальные работодатели. И сегодня именно они определяют содержание программ, требования к абитуриентам и преподавателям, и даже участвуют в приеме экзаменов. Мы оцениваем не только качество целевого приема, но и берем ребят на программы, ориентированные на конкретное предприятие. А это уже совсем другое дело.

Еще один вопрос из почты: "Как поступить на совместную программу и какой диплом я потом получу?"

Николай Кропачев: У нас на сайте опубликованы правила приема на все программы. А если что-то осталось непонятно, там же, на сайте, можно обратиться в Виртуальную приемную - она открыта в СПбГУ еще с 2011 года.

У нас сейчас 9 совместных магистерских программ с зарубежными вузами. В ближайшее время планируем открыть еще 12, там будут тоже выдавать двойные дипломы (диплом СПбГУ и диплом университета-партнера). Например, у нас появятся "Цифровая коммуникация", "Международный бизнес и логистика в странах Евразии", "Экономика и бизнес", и другие программы.

У нас есть программа обеспечения служебным жильем. Это квартиры, которые мы готовы отдать в приватизацию

Есть и еще один вариант - поехать учиться за границу на семестр или на год. Такая возможность доступна студентам, которые обучаются на программах, реализуемых нами совместно с иностранными партнерами и предполагающих включенное обучение. Это значит, что 1-2 семестра по аналогичной программе вуза-партнера включены в учебный план и обязательны для всех. По этой схеме мы работаем в консорциумах "Сетевой университет СНГ" и "Сетевой университет БРИКС".

Такие программы есть на направлениях "Менеджмент", "Экономика", "Международные отношения", "Филология", "Гуманитарные науки и искусства". В дипломе указывается, когда и в каком вузе-партнере студент учился и какие дисциплины там освоил.

Наконец, третий вариант - участие в ежегодном общеуниверситетском конкурсе. Ребята могут сами выбрать, когда и в какой вуз поехать учиться. Сейчас у нас свыше 450 соглашений с университетами-партнерами из 69 стран мира, так что выбирать есть из чего.

Зачет по скайпу

Мы живем в обществе цифровых технологий. А что меняется в образовании?

Николай Кропачев: Наш университет уже давно живет в цифровом мире. Абитуриенты входят в личный кабинет на сайте СПбГУ, следят за новостями и подают документы в электронно-цифровой форме. Студенты пользуются электронным расписанием - для нас это особенно актуально, потому что занятия идут в 170 разных зданиях. У них есть доступ не только к нашим онлайн-курсам, но и к курсам других ведущих вузов мира, к огромной библиотеке электронных ресурсов, к виртуальным музеям…

Сотрудники, студенты и аспиранты, которые хотят воспользоваться ресурсами Научного парка СПбГУ, подают заявки в электронном режиме. И научное оборудование, и электронные ресурсы находятся в свободном доступе, причем не только универсантов. Не приезжая в Петербург, любой исследователь может подать заявку на работу с нашими ресурсами из любой точки мира. Вот я включаю компьютер и у меня информация обо всем Научном парке. Это оборудование структурировано по категориям: сразу видно, какие исследования можно проводить, кто там работает, по каким методикам. На экране видно, как зайти, как заказать оборудование, какой ты будешь в очереди, что из оборудования сейчас не работает, сколько перед тобой человек, какова востребованность…

И все это появилось в университете не вчера, и даже не позавчера. Вот, например, цифровая образовательная среда (не отдельные курсы, а именно рабочая среда) создана в СПбГУ уже в 2006 году - 12 лет назад! У нас уже более 70 онлайн-курсов, размещенных на различных образовательных платформах. Количество обучающихся с каждым днем растет - меньше чем за год оно превысило 300 тысяч человек.

Мы уже в 2000-х годах стали использовать дистанционное и асинхронное обучение. Честно скажу, не все преподаватели были внутренне готовы к этому. Я помню, с каким трудом мы пробивали решение о том, что студент может прослушать курс в зарубежном вузе, допустим, в университет Осаки, вернуться и зачесть этот курс у нас. А сегодня мы сами готовим онлайн-курсы и используем лучшие онлайн-курсы других вузов.

Когда-то по этим коридорам ходили Вернадский, Мечников, Тимирязев, Менделеев, Глинка, Гоголь... Фото: Photoxpress.ru

Преподавателей можно понять. Многие думают так: я сейчас подготовлю онлайн-курс, а что буду делать завтра?

Николай Кропачев: Действительно многие опасаются, что это приведет к сокращениям, но думать так нет никаких оснований. Наоборот, появился двухсторонний обмен. Раз уж мы заговорили про университет Осаки, скажу, что у нас за последние годы в 3-4 раза выросло количество японских студентов. Такие цифры говорят сами за себя - это значит, что вузам пора снять барьеры для получения знаний и удовлетворить спрос нового поколения студентов на учебу в удобном формате. Преподаватели от этого только выигрывают, ведь у них остается больше времени для практической и индивидуальной работы со студентами, научных исследований и, конечно, для совершенствования своего курса. Это важно, ведь мы живем в эпоху весьма скоротечных изменений!

Привычными сегодня становятся занятия по скайпу, задания по смс, зачеты онлайн... Но кто контролирует качество дистанционного образования? По каким законам идет учеба в сети?

Николай Кропачев: С точки зрения права ничего не изменилось. По-прежнему нельзя присваивать чужую собственность, в том числе интеллектуальную. Нельзя наносить оскорбления и распространять информацию, которая может принести нравственные страдания, нельзя убивать и причинять вред здоровью. В цифровом обществе действуют те же правила.

Недавно в минобрнауки я говорил о том, что нужно утвердить порядок зачета онлайн-курсов. Это убедит ректоров, которые до сих пор сомневаются в необходимости онлайн-партнерства, в том, что министерство поддерживает такое взаимодействие. И это расширит права студентов на лучшее образование.

Возвращаясь к онлайн-курсам, скажу, что гарантом качества, конечно, выступает вуз. Так, уже сейчас действует соглашение о сотрудничестве между СПбГУ и МГУ. Студенты наших вузов могут выбирать интересующие направления подготовки, проходить обучение и перезачитывать результаты освоения онлайн-курсов.

Доверие к имени университета расширяет географию вузов, которые проявляют интерес к нашим онлайн-курсам. Мы работаем с ними в рамках сетевых договоров (их у СПбГУ уже больше десяти).

Получается, ходить на лекции сегодня не надо? Лег на диван, включил компьютер, и ты уже на занятии?

Николай Кропачев: Личное общение, несомненно, дает больший результат. Но если надо обучить 10 или 20 тысяч человек, вести массовые курсы, то тут нужны другие технологии. Вот недавно было представлено исследование об онлайн- и смешанном обучении. Выяснилось, что большой разницы нет - учился ли человек очно или дистанционно, усваивается материал одинаково. Я уверен, что нужно использовать смешанную форму, совмещая очное и онлайн- обучение.

На программу "Математика" заявлений от победителей олимпиад было больше, чем бюджетных мест

Раньше стипендии могли лишить за прогулы. А сейчас за что?

Николай Кропачев: Я не слышал, чтобы у нас кого-то лишали стипендии за прогулы. Лишиться ее возможно только из-за снижения успеваемости.

А размер стипендии определяется успехами в учебе и достижениями в науке, общественной жизни. И, замечу, это зависит от самого студента. Вот, например, минимальная стипендия - 1572 рубля. Ее получают все успевающие студенты-бюджетники, 9 тысяч человек. Плюс социальная стипендия для отдельных категорий - 2359 рублей. Однако максимальная может быть в 5-10 раз больше.

Приглашение постдоку

В Академии наук прозвучала тревожная цифра: за последние пять лет утечка мозгов выросла в 2 раза и достигла 44 тысяч человек. От вас уезжают?

Николай Кропачев: За последние 6 лет к нам в университет приехало больше 400 ученых и исследователей, и тому есть свои причины. Вот недавно на Совете по науке коллеги обратились к президенту и просили открыть в России программу постдоков. А мы сделали это еще в 2011 году. Через программу постдоков прошло около 500 человек, половина которых - россияне, вернувшиеся из-за рубежа.

Есть ли те, кто уезжает? Конечно, есть. Это нормальный процесс для ведущих мировых вузов. Только что мы заключили бессрочный договор с юристом - выдающимся специалистом из Италии. Два года назад у нас появились бессрочные трудовые контракты. Есть открытые конкурсы, есть программа обеспечения служебным жильем для тех, кто выиграл конкурс на должности. Вы думаете, это комната в общежитии? Нет, это служебная квартира, которую мы готовы отдать и в приватизацию, если человек хорошо работает. Но квартиры можно и лишиться, если ты работаешь плохо, и у нас есть два таких примера.

Один из оправдавших себя вариантов заинтересовать ученых - мегагранты. У СПбГУ они есть?

Николай Кропачев: Мы участвуем в программе мегагрантов правительства, но у нас есть и свои собственные гранты - весьма крупные. Они вдвое меньше, чем мегагранты (40-45 млн рублей), но их результативность не ниже. Раньше мы закупали электронные научные ресурсы, но сейчас минобрнауки подключило нас и МГУ к своей базе, и мы сможем сэкономить деньги, которые тоже направим на развитие науки. Так что мы не переживаем насчет утечки мозгов - к нам они, наоборот, возвращаются.

Среди академических институтов хорошим считается тот, где на одного ученого приходится одна публикация в год. А как у вас?

Николай Кропачев: У нас более 5 тысяч научно-педагогических работников, среди которых 300 преподавателей иностранного языка, 100 преподавателей физкультуры, и других, чья деятельность ориентирована только на обучение студентов.

Замечу, что и остальные сотрудники от 20 до 70 процентов своего рабочего времени отдают именно преподаванию. При этом общее количество научных публикаций, которые аффилированы с университетом, - примерно 15 тысяч в год. Почти 4 тысячи из них - в изданиях, индексируемых в международных базах данных. Даже если брать в расчет только такие публикации, мы попадем в разряд "хороших академических институтов".

Кстати

ТОП-5 ОНЛАЙН-КУРСОВ СПБГУ

"Китайский язык для начинающих", "Психология сознания", "Психолингвистика", "Латинский язык", "Ислам: история, культура, практика". В 2017 году создано 55 онлайн-курсов, а к весенней сессии 2018 года на образовательных онлайн-платформах (coursera.org, stepik.com, openedu.ru) планируется разместить более 70 онлайн-курсов.

О личном

Какую книгу вы сейчас читаете?

Николай Кропачев: Только что закончил "Погребенного великана" Кадзуо Исигуро, сейчас читаю "Ленин: Пантократор солнечных пылинок" Льва Данилкина.

Помогаете ли дочке делать домашние задания?

Николай Кропачев: Нет. И дочь, и сын с раннего детства ориентированы на самостоятельное достижение результатов в учебе. Когда возникает проблема с решением задачи, Лиза, ей сейчас 12 лет, не спешит за помощью к родителям. Трудность мотивирует - ей интереснее решить самой, причем обязательно на отлично, доказав себе, что "я могу". Она уже лучше родителей владеет испанским и немецким, рисует, поет, плавает, играет в теннис, катается на горных лыжах и сноуборде. Прошлым летом два месяца занималась парусным спортом. Определенно мне есть чему поучиться и у дочери, и у сына - Сергею уже 29, и я с ним советуюсь по многим вопросам.

Какой учебник из ее школьной программы вам кажется самым плохим?

Николай Кропачев: К сожалению, главная проблема российских школ в учителях. Два года назад Лиза перешла учиться из частной школы (5-7 человек в классе) в 56-ю гимназию, где в параллели семь классов по 30 человек. И могу сказать, с педагогами ей повезло.

Однажды ректор МГУ сказал, что самое сложное для него - ночные звонки. Значит, случилось ЧП. А что самое сложное для ректора СПбГУ?

Николай Кропачев: К сожалению, мне очень часто приходится расстраивать людей и говорить "нет". Но правила есть правила, они одинаковы для всех. Поэтому и появляются мои резолюции "отказать" в просьбе человека, который лично мне импонирует - не важно, будь он студент или сотрудник университета.

На главной странице нашего сайта есть раздел "Прошу нарушить правила". Там публикуются обращения к ректору, проректорам и другим руководителям СПбГУ с просьбами нарушить правила университетской жизни. И меня радует, что в последние годы таких обращений стало намного меньше!