Новости

14.05.2018 16:26
Рубрика: Общество

Комиссаров зовут в строй

Национальная ассоциация офицеров запаса предлагает возродить в армии институт политработников
Без малого 100 лет назад первый советский полководец Михаил Фрунзе написал знаменитую статью "Привет ПУРу!", ставшую своего рода программой действия особой касты военных людей - комиссаров. "ПУР" - это политическое управление Реввоенсовета, возникшее вместе с Рабоче-крестьянской Красной армией. О "комиссарах в пыльных шлемах" было написано и снято в кино бессчетное число как реальных былей, так и небылиц.
 Фото: РИА Новости Ветераны считают, что опыт политруков Великой Отечественной востребован и сегодня.  Фото: РИА Новости
Ветераны считают, что опыт политруков Великой Отечественной востребован и сегодня. Фото: РИА Новости

Кем же на самом деле были эти люди, оставившие о себе громкую славу, но бесславно забытые, и почему сегодня вдруг вспомнили о них? Об этом наш разговор с руководителем Национальной ассоциации объединений офицеров запаса, полковником запаса, в прошлом инспектором политуправления Сухопутных войск, доктором философских наук Александром Каньшиным.

Александр Николаевич, комиссары, политруки, а впоследствии замполиты были с особым пристрастием изгнаны из армии после крушения СССР. Было объявлено, что армия стоит вне политики, стало быть, всякое идеологическое влияние на нее вредно. Что скажет по этому поводу философская наука?

Александр Каньшин: В философии есть такой термин - вульгарный материализм. Решение было политически конъюнктурным, политработники стали опасны - они стеной стояли за сохранение Союза. Что касается лозунга "Армия вне политики", он просто абсурден. Армия служит народу, ее главный Устав - это Конституция государства. Как может быть вне политики сила, с помощью которой и вершится политика? Выдающийся немецкий военный теоретик фон Клаузевиц еще в XIX веке вывел формулу: "Война есть продолжение политики иными средствами". С ним согласился весь мир, и никто пока этот вывод не опроверг.

Комиссарами в новейшей истории начали пугать детей - якобы они творили беззаконие и бесчинства. Нынешняя молодежь мало что знает, откуда взялись эти люди и чем занимались в армии?

Александр Каньшин: После революции 1917 года царская армия перестала существовать, а немцы дошли уже до Питера, англичане высадились в Архангельске, французы в Одессе, американцы и японцы на Дальнем Востоке, в самой России шла гражданская война. Воевать на одном энтузиазме нельзя, нужны умение, грамотные командиры. Многие царские офицеры пришли добровольно или были призваны в Красную армию. Но новая власть не вполне доверяла им, случались измены. Так рядом с командиром появилась фигура комиссара, беззаветно преданного идеям революции. Поначалу у них даже было право отменять приказ командира, если он казался "контрреволюционным". За идею они были готовы сложить свои головы, не жалели и чужих.

Война закончилась, дивизии "на Тихом океане свой закончили поход", в полки пришли уже красные командиры, из рабочих и крестьян. Но комиссары остались?

Александр Каньшин: Изменились их функции. Главным стало воспитание у солдат чувства любви к Родине, к своему народу, готовности защищать Отечество храбро и умело, для чего учиться военному делу "настоящим образом". Неоценим их вклад в ликвидацию неграмотности в стране, ведь через армейскую службу проходила немалая часть мужского населения. Они создавали в частях и в местах расположения войск различные творческие кружки, приобщали бойцов к культуре, их дела были позитивными и созидательными, а отнюдь не разрушительными. Яркий пример - именно благодаря комиссару Дмитрию Фурманову страна узнала о выдающемся полководце-самородке Василии Чапаеве.

Речь не идет о воссоздании советской системы политработы в полном объеме. Но все полезное из нее необходимо извлечь

Фурманов скорее сам смирял необузданный нрав народного героя, нежели был замечен в каких-либо жестокостях.

Александр Каньшин: Это качество - создавать своего рода нравственный противовес лихим рубакам - командирам в полной мере использовалось и позднее, комиссары помогли избежать многих необдуманных решений. Ведь почему погиб Василий Иванович - вопреки комиссару уехал со своим штабом из расположения дивизии без надежной охраны "отметить" очередную победу. И поплатился… Особенно ярко и ощутимо проявилась роль уже политруков в годы Великой Отечественной войны.

"Велика Россия, а отступать некуда, позади - Москва!" - это ведь сказал политрук Клочков?

Александр Каньшин: Эта фраза стала крылатой, потому что выразила самую суть народного чувства в критические дни сорок первого года. Всю войну политруки были на передовой, первыми поднимались в атаку и чаще других падали, сраженные вражескими пулями. "У нас нет других прав, кроме права быть впереди", - это были для них не просто слова. Они жили и ели вместе с бойцами, делили с ними все тяготы окопной судьбы и при этом находили силы помочь тем, кто устал, надломился, сник духом. "Я одну политбеседу повторял: не унывай!" - напишет позднее фронтовой поэт Твардовский.

На счету политруков много подвигов. Даже Победное Знамя над рейхстагом водрузили бойцы во главе с политруком, хотя его имя и не стало знаменитым. Якобы маршал недолюбливал политработников, которые осмеливались говорить ему правду в глаза.

Сегодня вдруг опять заговорили о военных политработниках в армии, якобы для поднятия статуса и должностных категорий руководящего состава. У вас иная точка зрения?

Александр Каньшин: Я слышал об этой примитивной версии. Слов нет, Главное политическое управление в последние советские годы возглавляли многозвездные генералы Алексей Епишев, Алексей Лизичев, Николай Шляга. Но их вес и авторитет определялся прежде всего тем, что это были видные военные и политические деятели, обладавшие нетривиальными личными качествами.

Дело не в эполетах. Военно-политический аппарат показал в годы Великой Отечественной войны столь очевидную значимость, что и после войны было решено не упразднять, а укрепить этот институт. Была выстроена система политико-воспитательной работы от роты до Главпура, в создании которой приняли участие видные ученые, юристы, педагоги, психологи, деятели культуры и искусства, военные. Открыли сеть военно-политических училищ, чтобы готовить профессиональные кадры воспитателей.

Всех подряд на учебу не брали. Нельзя создать хор из людей без голоса, оркестр без музыкального слуха, империю без идеи. Оружие политработника - дар убеждения и личный пример. Поэтому отбирали тех, кто обладал от природы задатками лидера, умением увлечь людей. В том числе находили таких людей и среди офицеров, окончивших командные училища. К слову, я тоже закончил легендарное Орджоникидзевское командное училище. На кафедрах опытные преподаватели помогали раскрыть эти таланты и вооружить питомцев знанием поведенческих законов, приемами работы в коллективах. Это была элита армии. Политорганы помимо прочего выполняли также функцию социальной защиты военнослужащих, от солдата до маршала. Можно много и заумно рассуждать о "политизированности" бывшего советского воспитания, но нет такого примера, когда бойцы этой армии не проявили бы высочайшего духа, стойкости и воли к победе.

В Национальную ассоциацию офицеров запаса входят маршал Дмитрий Язов, адмирал флота Алексей Сорокин, генерал-полковники Юрий Букреев и Николай Моисеев, другие известные военачальники. Вы сам - зампредседателя Общественного совета при минобороны, возглавляли Комиссию Общественной палаты РФ трех созывов. Если серьезные люди выдвигают ту или иную идею, это не случайно, должны быть какие-то веские причины?

Александр Каньшин: Они - в нынешней ситуации. Против нашей армии развернута жестокая и изощренная война. Пока - в идеологической, в духовной и откровенно в подрывной области. Ставится под сомнение вклад нашей армии в Великую Победу. Замалчиваются успехи российских ВКС в разгроме исламистов в Сирии. Наших бойцов, спасающих мирное население, рисуют в самом омерзительном виде. В годы прежней "холодной войны" наши недруги открыто говорили: "Цель нашей пропаганды - чтобы у русских больше никогда не было ни Александра Матросова, ни Зои Космодемьянской". Ничего не изменилось...

Если честно, в 90-е годы им кое-что удалось, тогда даже слово "патриот" стало неуместным на "продвинутых" тусовках в богемной среде.

Военная история учит, что недооценивать противника опасно. Надо усиливать не только военное, но и моральное, нравственное воспитание наших воинов, и делать это профессионально и умело. На наш взгляд, прошлый опыт патриотического воспитания незаслуженно забыт. Речь не идет о воссоздании советской системы политработы в полном объеме. Но все полезное из нее необходимо извлечь. Например, создавать авторитетный актив, опираясь на молодежную среду, поднять роль офицерских собраний. Примером успешной работы с молодым поколением может служить юнармейское движение, развернувшееся в стране по инициативе Сергея Шойгу и при участии Общественного совета при минобороны.Сегодня никто не даст гарантии, что "холодная" война не выплеснется завтра горячей трагедией, настолько все накалено. Значит, каждый боец должен быть готов не только в боевом умении, но и обладать духовной стойкостью сына Отечества, патриота.

Общество История Власть Безопасность Армия
Добавьте RG.RU 
в избранные источники