Новости

06.06.2018 20:21
Рубрика: Экономика

Рыночные разночтения

Насколько убедительны представители "Уралхима" в своих обвинениях бывшего руководства ТОАЗа?
8 июня состоится очередное заседание Комсомольского районного суда г. Тольятти по уголовному делу в отношении бывшего руководства "Тольяттиазот" (ТОАЗ). Примечательно вот что. В ходе предыдущих заседаний, прошедших в мае, из уст представителя "Уралхима" Дмитрия Мазепина не прозвучало, почему он считает продажу продукции хищением.

Судебный процесс по ч. 4 ст. 159 УК РФ стартовал в феврале этого года, хотя сам спор между ТОАЗ и "Уралхимом" длится лет десять - с тех пор, как "Уралхим" купил около 10% акций ТОАЗ. Пять лет назад, на основе показаний представителей "Уралхима" уже возбуждалось уголовное дело против юристов ТОАЗ, которое закончилось прекращением за отсутствием в их действиях состава преступления. Но и нынешнее уголовное дело во многом базируется, как пишут СМИ, на показаниях по предварительному следствию заместителя юридического директора ОАО "ОХК "Уралхим" Андрея Ермизина. Судя по тем показаниям, которые господин Ермизин дал на заседаниях идущего суда, аргументация "Уралхима" осталась на том же уровне.

Любые судебные разбирательства лишь мешают ТОАЗу развиваться эффективно и более быстрыми темпами

Итак, в чем обвиняют бывшее руководство ТОАЗ? В том, что оно, а также владелец компании Ameropa AG (Швейцария) Андреас Циви и директор компании Nitrochem Distribution AG (Швейцария) Беат Рупрехт совершили хищение продукции ТОАЗ. По мнению стороны обвинения, хищение продукции ТОАЗ стоимостью 85 млрд рублей было совершено в 2008-2011 гг. компанией Nitrochem Distribution AG. При этом, как следовало из оглашенного защитой в суде заявления ТОАЗ, приобщенного следствием к материалам уголовного дела, за указанную якобы похищенную продукцию на счета завода поступила оплата этой продукции в размере более 65,5 млрд рублей.

Хорошо, конечно, было бы в этом случае понять, почему обычная купля-продажа продукции предприятия, за которую перечислены многомиллиардные средства, должна называться хищением? Попытки выяснить, что именно было похищено у компании "Уралхим", увы, результата не дали, кроме туманной ссылки ее представителей на то, что указанный миноритарный акционер якобы является собственником продукции ТОАЗ. Спорный тезис...

В прессе не раз отмечалось, что утверждения обвинения о том, что продукция продавалась по заниженной цене, сопровождались сравнением контрактных цен, по которым работает ТОАЗ, и спотовых цен (причем на малые партии). Это, однако, не может служить доказательством: ведь розничные и оптовые цены тоже разнятся, да и на рынке иметь разные цены - не преступление.

Более того: на суде выяснилось, что из этих 65,5 млрд "Уралхиму" как миноритарному акционеру было выплачено почти 400 млн рублей. СМИ писали, что Ермизин якобы назвал эти дивиденды... "копейками". Такое вот "оценочное мнение".

При этом нужно отметить, что доход - это не прибыль, с которой платят дивиденды. Из дохода надо еще уплатить налоги, зарплаты, амортизацию, закупить сырье и оборудование, рассчитаться по кредитам и сделать инвестиции. В годы, о которых идет речь, во всем мире бушевал кризис, и многие компании вообще не платили дивиденды, предпочитая сохранение бизнеса краткосрочной выгоде.

И тут, кстати, выяснилось еще одно интересное обстоятельство. Оказывается, в 2009-2010 гг. "Уралхим"... 9,73% акций ТОАЗа передал в собственность по договору РЕПО "Сбербанку". То есть даже считать чужие деньги за тот период компании Мазепина не пристало.

Читаем Википедию: "Сделка (Соглашение) РЕПО (от англ. repurchase agreement, repo) - сделка купли (продажи) ценной бумаги с обязательством обратной продажи (покупки) через определенный срок по заранее определенной в этом соглашении цене". То есть в 2009-2010 гг. собственником акций ТОАЗ был вовсе не "Уралхим", а "Сбербанк", купивший пакет на это время. Пресса писала, что Ермизин сам это подтвердил, заявив, что в общих собраниях акционеров ТОАЗ тогда участвовал не "Уралхим", а "Сбербанк", только интересы "Сбербанка" представляли "наши работники" ("Уралхима"), - так оправдывался он.

Резюмируем. ТОАЗ за поставленную продукцию получил деньги. "Уралхим" из поступивших денег получил дивиденды. При этом из периода 2008-2011 годов, о которых идет речь в обвинении, в течение 2009-2010 годов "Уралхим" вообще не являлся владельцем акций ТОАЗ. Где здесь хищение? Где здесь ущерб, якобы причиненный "Уралхиму"? В лучшем случае юристы могут попытаться посудиться в арбитраже, оспаривая решения общего собрания акционеров ТОАЗа о выплате дивидендов, да и то вряд ли: арбитражные суды прекрасно знают, что миноритарии не могут указывать компании, сколько денег она должна выделить на выплату дивидендов.

"Дело в том, что к деньгам компании миноритарные акционеры никакого отношения не имеют. Они вправе рассчитывать только на получение дивидендов, если таковые распределяются, а деньгами компании они распоряжаться не могут: это не их деньги - это деньги компании. Зная, что в такой ситуации арбитражные суды никогда не встают на сторону миноритариев, те нередко используют свой административный ресурс, если таковой имеется, и инициируют возбуждение уголовных дел. По их мнению, это может способствовать усилению их переговорной позиции в корпоративном споре", - объясняет в СМИ юрист Александр Забейда, управляющий партнер адвокатского бюро "Забейда и партнеры".

О том, что тут может быть именно случай "усиления позиций в корпоративном споре", свидетельствует не только долгая история конфликта, но и предыдущее уголовное дело в отношении юристов ТОАЗ, также инициированное по показаниям "Уралхима". Оно было прекращено не просто за отсутствием состава преступления, а еще с однозначной формулировкой. Журналисты приводят слова адвоката Андрея Московского: "Следствие выяснило, что возбуждение дела по ст. 185.4 УК РФ стало возможным лишь после того, как заинтересованные лица "Уралхима" поняли, что для этого необходимо наличие крупного ущерба, и приняли все меры для создания видимости такового, действуя в нарушение законодательства. Следствием установлен факт, что сотрудники "Уралхима" фактически сфабриковали доказательства против юристов "Тольяттиазота" по указанному уголовному делу".

А между тем именно из уголовного дела юристов ТОАЗ по ст. 185.4 УК РФ было выделено и возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ, которое в настоящее время рассматривается в Комсомольском районном суде г. Тольятти. И невнятные объяснения на суде господина Ермизина становятся понятными в свете ставшей известной журналистам информации, что "Уралхим" как минимум участвовал в подготовке обвинительного заключения. Кстати, уголовное дело содержит 469 томов, и их замглавы юридической службы "Уралхима" (напомним, в деле он представитель потерпевшего "Уралхим") помнит хорошо, а вот доказательства собственного утверждения о бенефициарах владельцев акций ТОАЗ - нет.

О том, что в данном уголовном деле что-то не так, можно судить и по такой детали: сам ТОАЗ был признан потерпевшим лишь на предварительном слушании, а не во время следствия. И, как пишут СМИ, в деле отсутствует заявление ТОАЗа о претензиях к обвиняемым. В компании уверены, что, во-первых, любые судебные разбирательства лишь мешают ТОАЗу развиваться эффективно и более быстрыми темпами. Во-вторых, действия миноритарного акционера "Уралхим" по уголовному делу, как заявляет ТОАЗ, вполне могут расцениваться как очередная безуспешная попытка рейдерского захвата успешного предприятия.

Ну, и последнее: будет ли кто-то привлечен к ответственности за создание искусственных доказательств? Напомним, что за ряд преступлений против ТОАЗ (в числе которых подделка документов и покушение на мошенничество) в 2017 году уже был осужден на четыре года условно другой миноритарный акционер ТОАЗ, Евгений Седыкин, признанный следствием в качестве потерпевшего по настоящему уголовному делу.