Новости

19.08.2018 09:30
Рубрика: Культура
Проект: В регионах

Сенсация для глаз

В Эрмитаже перевесили "Мадонн" Леонардо
В Эрмитаже - огромная новость. На знаменитой "первой линии" перевесили двух "Мадонн" Леонардо да Винчи - "Мадонну Бенуа" и "Мадонну Литта".
"Мадонна Литта" (слева) и "Мадонна Бенуа" - символы Эрмитажа. Теперь - менее соперничающие. Фото: РИА Новости "Мадонна Литта" (слева) и "Мадонна Бенуа" - символы Эрмитажа. Теперь - менее соперничающие. Фото: РИА Новости
"Мадонна Литта" (слева) и "Мадонна Бенуа" - символы Эрмитажа. Теперь - менее соперничающие. Фото: РИА Новости

"Мадонны"стояли перпендикулярно огромным окнам, смотрящим на Неву и Петропавловскую крепость. Останавливаясь у каждой, ты оказывался словно в маленьком отсеке, в полуоткрытой коробке. Чуть отделялся от всех. Настраивался на диалог: искушенный - тайнами с ума сводящего мастерства, неофит - именем гения. Переход от одной "Мадонны" к другой выглядел как перелистывание книжной страницы.

"Мадонна Бенуа" ("Мадонна с цветком") была первой по ходу зрительского потока и потому невольно казалась началом, "пробой пера", попыткой. "Мадонна Литта" завершала историю - кульминация, "последнее слово".

Теперь они висят в глубине зала, посредине него, чуть в отдалении от неяркого ковра (на самом деле, конечно, стоят в высокотехнологичных и хорошо их защищающих капсулах, но картинам всегда кстати глагол "висеть"). Они рядом - и это революция. В их показе.

Да, поток идет все так же, и глаз встречается сначала с "Мадонной Бенуа", а потом с "Мадонной Литта", но не остановиться перед ними нельзя. А остановившись, ты по культурной инерции книжного и компьютерного чтения смотришь слева направо. Сначала на "Мадонну Литта", потом на "Мадонну Бенуа". И она с этим потрясающим сине-коричневым тоном, с цветком в руках младенца, соединением лепестков, обозначающим крест, с таинственной птицей в левой руке (про которую хочется все угадать, а не прочитать), с несовершенством лба с выбритыми бровями выигрывает у донельзя зацитированной и эмблематичной для Эрмитажа "Мадонны Литта". В которой, по мнению некоторых немузейных экспертов, присутствует и рука ученика.

Плескаясь в общей толпе перед великими картинами, испытываешь удовольствие, как при чьей-то удачной женитьбе - правильном, умном, красивом, справедливом и верном выборе жениха или невесты.

И дело точно не обошлось без Михаила Борисовича Пиотровского. Человек с признанным во всем мире вкусом о "Мадонне Литта" мог отозваться: "Перестаньте совать ее на все книжные обложки. Вон, лучше поставьте "Флору" Мельци".

Их теперешнее новое расположение более модно, интересно и справедливо. Фото: С. Рагин (c) Государственный Эрмитаж

Так что это можно оценить и как музейный эксперимент по "перемене вкуса", по его усложнению. Если Петербург воспитывает Росси и Кваренги, то Эрмитаж - Леонардо и Рембрандтом. Мне показалось, что публика, задерживающаяся возле "Мадонны Литта", отличается от публики, дольше смотрящей на "Мадонну Бенуа". Модельного вида девушки останавливаются у "Мадонны Литта", бережные к своей индивидуальности и более интеллигентные - у "... Бенуа". Вполне возможно, что вопрос "Какая из Мадонн тебе больше нравится?" станет для нашей культурной публики столь же привычным, как вопрос: "Кого ты больше любишь, Толстого или Достоевского?"

Эмблемы должны меняться. Не должно быть символической пробуксовки. Мы должны с ними жить - с нашими Мадоннами Леонардо - любить, угадывать, забывать, удивляться. Что-то искать и находить. Мы тут как в неком культурном замужестве: призваны к труду тонкого чувствования и понимания.

В ситуации, когда страну закрывают санкциями, а мы вынуждены подпирать дверь с другой стороны, остро встает вопрос нашей конкурентоспособности. Культурной в том числе. И не только Эрмитажа, чью конкурентоспособность еще долго никто не оспорит, но и нас, его зрителей.

Модный внутримузейный журнал "Эрмитаж" не так давно долго публиковал на своих страницах очерки из другого времени - непрофессионального искусствоведа, журналиста когда-то очень знаменитой и влиятельной "Литературной газеты" Евгения Богата. Поймав в себе ощущение тревоги от того, что "мирно покоящаяся мадонна... тихо поднимет веки и меня не узнает", и поняв, что искусствоведческое мышление не дает на эту тревогу ответа, он предпринял глубокое зрительское исследование на тему "Человек перед великой картиной". Сегодня эту культурную традицию не строго научного, любовного искусствоведения продолжает блистательный поэт Ольга Седакова, например, в своих "Письмах о Рембрандте".

К нему должны присоединиться и мы.

Счастливыми глазами.

Строчками в никому не доверяемых дневниках и... в публичных блогах.

Цитата

Существует лишь один достойный человека путь адаптации к быстро меняющейся действительности: торжество над самым быстро меняющимся в ней.

Я позволю себе сейчас назвать Эрмитаж... университетом адаптации к быстро меняющемуся миру. В этом университете освоение богатств достигнутого развития поможет человеку вернуться к самому себе (формула Маркса) и войти в будущее, ничего не утратив, в сосредоточенности сил, подобно воину, понимающему наутро после первого дня великой битвы, что, несмотря на боль от ран и потерю любимых товарищей, он стал лишь сильнее и сегодня победит.

В этом университете тем, кто не ленится чувствовать и думать, открывается особое духовное время-пространство.

Евгений Богат. Письма из Эрмитажа

Прямая речь

Михаил Пиотровский, директор Эрмитажа

Фото: Алексей Даничев

- Я соглашался, настаивал, добивался, скандалил, встречал немало волокиты, но мы перевесили эти картины.

Хотя считается, что экспозиция в Эрмитаже как раз все время меняется, но при этом нет ничего более сложного, чем изменить экспозицию в Эрмитаже. Так что это решение с одной стороны не мое, а сообща родившееся, но с другой стороны, конечно, мое.

Такие перемены очень важны для сегодняшнего музея. Вещь в музее существует не сама по себе, но всегда в музейном контексте. Тот же Леонардо да Винчи в одном контексте один, в другом - другой.

Сейчас "Мадонна Бенуа" и "Мадонна Литта" развернулись, на них совершенно по-другому падает свет, они по-другому прочитываются и играют с залом. Это важный шаг в сторону более нового показа, но еще и концентрация всего того, что на самом деле происходит в музее. Перемена связана и с потоком людей. Толпы народа все время стояли перед этими двумя киотами. А сейчас они проходят мимо, и мы уменьшаем одну из главных бед музея - столпотворение.

У картин совершенно новые витрины, не просто с климатом, а со специальным мониторингом климата и двумя степенями климатической защиты. У нас уже сделаны новые пленки на окна, потому что одно дело свет слева и другое - свет в лицо. А он к тому же еще бывает утренним, дневным, вечерним. В общем, в этом перевешивании картин сконцентрировались все музейные актуальности - сама вещь, ее эстетика, поток людей, технологии, защита от света, прочтение и понимание картины посетителем - и поэтому это не в секунду решалось. И конечно, было важно директорское решение.

Думаю, что "Мадонна Бенуа" сейчас действительно лучше прочитывается, потому что когда они шли друг за другом, то "Мадонна Бенуа" прочитывалась как начало Леонардо, а "Мадонна Литта" - как его вершина. "Мадонна Литта" много лет была символом и самой любимой картиной Эрмитажа. А "Мадонна Бенуа" только сейчас заиграла совершенно по-другому. Это замечательная картина, и так для нее лучше.

А еще Эрмитаж умеет потрясать выставками современного искусства. Нам жаль, что громко не прозвучала наша последняя выставка современного искусства "Арте повера". О ней были статьи в специальных журналах, но она стоит большего, поскольку на ней были представлены очень сильные вещи, это такой манифест. Но выставки современного искусства - если нет скандала - громко не звучат.

Культура Арт Живопись Филиалы РГ Северо-Запад СЗФО Санкт-Петербург Гид-парк
Добавьте RG.RU 
в избранные источники