Новости

30.08.2018 20:43
Рубрика: Общество

Через годы, через расстояния...

Ушел из жизни певец Отечества и его защитник
Народный артист СССР Иосиф Кобзон последние годы боролся с онкологическим заболеванием. Но при этом не прекращал концертной деятельности. Регулярно ездил выступать в Донецк. Всегда привозя с собой гуманитарную помощь и всячески поддерживая земляков на своей малой родине. Пел перед российскими солдатами в Сирии. Продолжал работать в Комитете Государственной Думы по культуре. И когда позволяло здоровье и государственные дела, выступал в концертах. Причем пел Кобзон всегда только "живьем", подавая пример более молодым артистам.

Иосиф Давыдович Кобзон родился 11 сентября 1937 года в городе Часов Яр Донецкой области. С детства любил петь и первых успехов добился уже в школьной самодеятельности - побеждал на областных и республиканских олимпиадах.

Но поступил все-таки в Днепропетровский горный техникум и закончил его. Хорошо учился, продолжал совершенствоваться в пении. Поэтому, когда Кобзона призвали в Советскую Армию, он быстро стал батарейным запевалой. А потом его пригласили стать артистом Ансамбля песни и пляски Закавказского военного округа. И в 1959 году в Тбилиси (тогда республика Грузия в составе СССР, ныне - независимое государство), он выиграл свой первый большой конкурс - Республиканский конкурс песни. Тогда же записал на пластинку первую песню - "Солдатское раздумье".

Так с армии и началась профессиональная певческая карьера Иосифа Кобзона. Ну а не уйди служить, может быть, стал бы горным проходчиком?

Набравшись опыта, после демобилизации, Кобзон решил поехать в Москву. И сразу же поступил на вокальный факультет Государственного музыкально-педагогического института имени Гнесиных. Но параллельно с учебой продолжал работать - устроился вокалистом в Московский цирк на Цветном бульваре (ныне носящий имя Юрия Никулина).

Уже в 1962 году молодой певец стал солистом Москонцерта и вместе с Александрой Пахмутовой и поэтом Николаем Добронравовым поехал на гастроли по главным стройкам Сибири. С этого, пожалуй, и началась его большая слава. С тех пор Иосифу Давыдовичу начали предлагать спеть свои песни та же Пахмутова, а еще композиторы Аркадий Островский, Эдуард Колмановский и многие другие советские классики. Голос Кобзона - сочный и драматический баритон - нравился мэтрам. Да и то, как он пел - искренне, размашисто. Особенно популярны стали "Песня остается с человеком", "Девчонки, которые  ждут", "А у нас во дворе", "Черноглазая казачка", "Дорогие мои москвичи", "Идет девчонка", "Любимые женщины". Нельзя не вспомнить и песни, которые Иосиф Кобзон исполнил в фильме "17 мгновений весны" - "Мгновения" и "Песню о далекой Родине".

Регулярно гастролируя по всей стране, с 1984 года артист начал и преподавать. Среди его учеников - Ирина Отиева, Валерия, Валентина Легкоступова. Попутно Кобзон заступался за "молодежную" музыку. Когда начались проблемы у прогрессивной рок-группы "Машина времени", доказывал в Союзе композиторов, что такая музыка не только имеет право на существование, а ее надо поддержать. Даже давал "машинистам" для концертов свою аппаратуру…

Сын Иосифа Давыдовича Андрей Кобзон, кстати, некоторое время играл на ударных в полуподпольной рок-группе "Воскресенье". И помог отцу в 1996 году выпустить, наверное, самый необычный альбом в его обширной дискографии. Выступил в роли продюсера при поддержке диджея Грува. Релиз получил название "Я песне отдал все сполна" и содержал новые электронные ремиксы многих главных хитов Кобзона, сделанных с очень современным звуком. Очень занятный и удачный диск, ныне - коллекционная редкость!

Иосиф Кобзон испытывал себя неоднократно: на острове Даманском, в Афганистане, Чернобыле, Чечне, "Норд-Осте"...

В 1997 году, когда народному артисту СССР исполнилось 60, он дал большой прощальный концерт. Часа на три, даже больше - ведь пел Кобзон всегда долго. Ну, а как же иначе, если зрители просили?! Так долго, что уже и метро должно было закрываться.

В том же году Кобзон впервые был избран в Государственную Думу, а в 2003-м стал главой комитета по культуре. Не пропускал заседаний и всегда аргументировано отстаивал свою точку зрения. И кажется, никогда не опаздывал. Кобзон всегда предпочитал выезжать загодя, на любые встречи. Независимо от ранга и должности людей, с которыми должен был увидеться.

В 2002 году случился эпизод, который характеризовал Кобзона и как человека, и как гражданина. После захвата Театрального центра на Дубровке террористы назвали фамилии людей, с которыми были готовы вести переговоры. Среди них оказался и Кобзон. И артист срочно приехал (а кое-кто из списка отказался). В итоге Иосиф Давыдович вместе с Ириной Хакамадой не только провел переговоры, но и смог вывести с собою из здания нескольких заложников.

Но без сцены он все-таки не мог. И по-прежнему иногда выступал, хотя в большие концертные туры, как в год 60-летия, уже не ездил.

В 2016 году, например, выступал вместе с Ансамблем песни и пляски имени Александрова на торжественном концерте в честь Дня защитника Отечества. Такие концерты он, конечно, не мог пропустить. Потому что и сам, по сути, был превыше всего - Защитником Отечества.

30 августа 2018 года Иосифа Давыдовича не стало.

2 сентября его похоронят на Востряковском кладбище в Москве.

Из интервью Иосифа Кобзона "Российской газете"

Испытание "Норд-Остом"

Иосиф Давыдович, вы понимали, что вас могут убить, когда входили в "Норд-Ост"?

Иосиф Кобзон: Даже не думал об этом. Я слишком хорошо знаю менталитет вайнахов. Еще в 1964 году я получил звание заслуженного артиста Чечено-Ингушской АССР. Был очень дружен с Махмудом Эсамбаевым - считал его старшим братом, а он меня так и звал "младший брат". Я часто приезжал в Чечено-Ингушетию, очень любил и этот край, и его народ, и местные традиции. Я прекрасно знал, что со мной ничего не произойдет, потому что меня знают и потому что я старше. Ей-богу, я не боялся.

Вот второй раз, когда пошел с Ириной Хакамадой, я немножечко дергался. Не знал, как они отреагируют на нее. К тому же Ирина от волнения попросила разрешения закурить, а ей ответили: "Мы, мусульмане, не курим и не пьем". И сразу возникла настороженность.

Я вообще-то не считаю себя очень сильным и храбрым. Я многих вещей боюсь. Например, я привык летать, но каждый раз, когда сажусь в самолет, очень волнуюсь. Боюсь предательства. Считаю, это самое страшное, чего следует бояться. При этом я не боюсь экстремальных обстоятельств. Я испытывал себя неоднократно: на острове Даманском, в Афганистане, Чернобыле, Чечне, "Норд-Осте" и других местах...

Кстати, когда в 1994 году меня пригласили в МИД и предложили выступить в Грозном, я ответил, что не могу себе этого позволить, потому что там идет гражданская война. Я предложил: "Объявите мораторий, и я приеду, буду выступать и для наших ребят, и для чеченцев".

Как только в 1996 году было подписано Хасавюртовское соглашение, я тут же приехал и дал концерт на единственной уцелевшей площадке - стадионе ручных игр в Грозном. Чеченцы не аплодировали, они стреляли в знак одобрения, поднимали автоматы и палили в воздух. Я не боялся. Понимал, что вайнахи таким образом выражают свой восторг...

Прямая речь

Владимир Бортко, кинорежиссер:

- Это был великий гражданин нашей страны и могучий певец. Его масштаб проявлялся во всем - и когда он шел защищать людей на мюзикле "Норд-Ост", и когда работал в Государственной Думе. Всегда при принятии решений он руководствовался только двумя вещами: будет ли это полезно для людей и укрепит ли Российское государство. Последний раз я видел его на дне рождения. Он мне говорит, мол, давайте споем. Отвечаю: да что вы, какой из меня певец. Но спели. И это, к сожалению, была наша последняя встреча...

Вячеслав Добрынин, композитор:

- Мы были знакомы полжизни. Сильнейший человек, способный преодолеть любую боль, любое горе, прийти на помощь в любой момент.

Боролся, искал, находил, не сдавался. Вы просто убили меня этой вестью...

Очень личное

Он в первый и последний раз появился в нашей квартире где-то в конце 60-х - начале 70-х. На Кобзона, худенького провинциального мальчика, я внимания как-то не обратил. А вот сопровождала его женщина весьма известная, с золотой звездочкой Героя Советского Союза, полученная за подвиги в Великую Отечественную. За обедом она громко восхваляла таланты своего ученика, говорила, что именно он вскоре станет одним из лучших певцов советской эстрады.

Верилось в это с трудом.

Когда лет через 50 я напомнил об этом Иосифу Давыдовичу, он только усмехнулся:

- Было такое. На мне был красный костюм?

Я не помнил.

- Да, было. В красном костюме привела меня в вашу квартиру моя замечательная учительница-педагог, героиня.

Иногда Кобзона упрекали за то, что он был связан с какими-то элементами, которых у нас принято называть асоциальными. Признаться, я, наверное, один из немногих, кто случайно видел его общение с королем криминала начала 90-х годов Отари Витальевичем Квантришвили. Отарик, как того величали, слегка на него наскакивал, наезжал. А Кобзон, в отличие от многих остальных, ничуть не боясь всемогущего тогда Квантришвили, давал отпор и не соглашался. Мне кажется, в этом и секрет успеха Кобзона. Он верил в себя, умел общаться с людьми самыми разными, не переходя за красную черту.

Однажды я вел небольшой концерт для узкоограниченной группы лиц, посвященный предстоящей летней Олимпиаде. Среди участников и усевшийся в уголке небольшого ресторана Кобзон. Я представлял артистов, спортсменов, знаменитостей. Давал слово олимпийским чемпионам, и великим, типа Марка Захарова, и никак не мог добраться до Кобзона. А он внимательно слушал все то, о чем довольно неуклюже повествовали участники этого закрытого сборища. Наконец, извинившись за определенное опоздание, я предоставил микрофон и Иосифу Давыдовичу. Начал о чем-то говорить с ним, о чем-то спрашивать, Кобзон спокойно перебил меня:

- Знаете, я выступаю среди последних, и лучше, чем все они, сказать мне будет сложно.

- Так, может, споете? - предложил я.

И Кобзон своим мощнейшим бизоньим голосом без микрофона а капелла исполнил пахмутовского "Ласкового Мишу" и свою любимую песню о Москве.

Кстати, эту песню очень любил прежний мэр города Лужков. После его отставки количество лиц, желающих спеть с ним вместе, заметно уменьшилось. Многие при одном появлении быстро переходили на другую сторону улицы. Но Кобзон всегда оставался рядом. И для многих эта дружба была даже ценней прежнего дуэта.

А самый памятный для меня момент: крупным планом камера выхватывает лицо народного артиста, выносящего на руках двух маленьких девочек-заложниц, спасенных им на Дубровке.

И последнее. Он боролся с раком с 2005 года, что не меньше говорит о его мужестве, стойкости, о великой силе духа этого человека. Если даже забыть все его песни, поездки на Донбасс, то останется вот это - великий талант жить, понимая, что жизнь очень конечна.

Общество Утраты Культура Музыка Умер Иосиф Кобзон
Добавьте RG.RU 
в избранные источники