1 октября 2018 г. 17:05
Текст: Вячеслав Кондрашов (доктор исторических наук)

Опасный маршрут шофера Сергеева

Чем занимался вашингтонский резидент в свободное от баранки время
В советских военных атташатах за рубежом работало большое количество офицеров разведки. Один из самых необычных случаев был отмечен в годы Великой Отечественной войны в США. Скромный водитель военного атташе одновременно являлся резидентом и работал исключительно полезно и активно.
Лев Сергеев ("Морис") прекрасно изучил вашингтонские мостовые. Фото: AP
Лев Сергеев ("Морис") прекрасно изучил вашингтонские мостовые. Фото: AP

Это был старший лейтенант Лев Сергеев.


Парень из Закаталы

Он родился 14 ноября 1906 г. в городке Закаталы на южных склонах Главного Кавказского хребта (ныне это территория Азербайджана). Детство выдалось трудным: отец умер, когда мальчику было три года, из-за бедности даже не удавалось регулярно ходить в школу. Но уже с малолетства, благодаря тому, что Лев жил в многонациональных кавказских городах, его отличали хорошие лингвистические способности. Это сыграет свою роль, когда придет пора "открывать Америку".

Лев Сергеев, красноармеец.

Метрическая запись о его рождении.

Но пока мальчишка работает в Махачкале расклейщиком объявлений, посыльным при красноармейском штабе, подсобником на гвоздильном заводе. Перебравшись в 1929 г. в Москву; поступает на годичные курсы военных санитаров, чтобы хоть как-то обеспечить свое безденежное существование. После учебы служит в Баку и Тбилиси - военная служба начинает нравиться ему до такой степени, что в 1933 г. он решает переквалифицироваться из санинструкторов в танкисты. Оканчивает Орловскую бронетанковую школу имени М.В. Фрунзе, в звании лейтенанта получает первое назначение - командиром учебного взвода этой школы...

А в 1937 г. с ним встретился сотрудник Разведывательного управления (РУ), прибывший в Орел для поиска кандидатов для службы в ведомстве. Молодой упорный офицер произвел благоприятное впечатление, Сергееву предложили в очередной раз "сменить специализацию". Он без раздумий согласился. В РУ быстро оценили способности нового коллеги к языкам и через два года направили на разведывательные курсы, где готовили кадры для нелегальной работы.

В результате Лев Сергеев оказался в агентурном отделе.


Открытие Америки

В конце 1930-х годов советско-американские отношения складывались непросто. Период широкого кредитования американцами советской промышленности закончился. В США нарастали антисоветские настроения, усилившиеся после присоединения к СССР Западной Украины и Западной Белоруссии и "зимней войны" с Финляндией. Весной 1940 г., когда Лев Александрович прибыл в Вашингтон, нашей разведке приходилось там работать в очень сложных условиях.

Новый разведчик, несмотря на невысокое звание, был неординарным человеком, готовым к самостоятельной агентурной работе. Учитывая это, Центр принял решение послать Сергеева за рубеж в качестве резидента с передачей ему на руководство трех опытных агентов. Они действовали под псевдонимами Доктор, Мастер и Министр (имена не раскрыты американцами до сих пор, и мы их раскрывать не станем). В распоряжение Сергеева были выделены и три офицера разведки в Вашингтоне.

Перед командировкой с разведчиком встретился начальник РУ генерал Иван Иосифович Проскуров, удостоенный звания Героя Советского Союза за воздушные бои в Испании. На встрече и был утвержден необычный статус вашингтонского резидента - шофер военного атташе. В Москве сочли, что ФБР и военная контрразведка американцев вряд ли смогут догадаться, кто сидит за рулем посольской машины.

Шофер Сергеев получил оперативный певдоним Морис.

Лев Сергеев ("Морис").

Центр предупредил военного атташе в США полковника Илью Михайловича Сараева, что его новый водитель будет выполнять поставленные ему задачи автономно. Поэтому следует предоставить старшему лейтенанту Сергееву возможность доступа в специальное помещение, где размещались шифровальщики, а также излишне не загружать его шоферскими обязанностями. Но последнее оказалось не так просто. Сараев часто совершал служебные визиты, посещал представительские мероприятия, сопровождал визитеров из Москвы. Поэтому времени на оперативную работу у резидента оставалось очень мало.

Другой сложностью оказалось получение доступа в спецпомещение, где можно было работать с секретными документами и вести шифрпереписку. Сараеву с трудом удалось получить согласие на это полпреда К.А. Уманского и представителя НКВД. Они не могли понять, что в этих святая святых разведки будет делать шофер...

Реальный разведывательный статус Мориса военный атташе раскрывать не мог.


Доктор, Мастер, Министр

Лишь к лету 1940 г. Лев Александрович, освоившись в новых условиях, стал находить достаточно времени для выходов в город. Центр поручил ему начать сбор достоверных сведений о курсе администрации Рузвельта не только в Европе, но и на Дальнем Востоке - привлекая к сотрудничеству новых агентов. Уже в начале 1941 г., проанализировали начальный этап работы Мориса, Центр признал его работу успешной. Резидент легализовался, разобрался в нюансах местной политики, хорошо изучил Вашингтон и его пригороды, не вызвал подозрений у ФБР и местных контрразведчиков. В качестве первого поощрения Сергееву присвоили звание капитана, что должно было закрепить его положение в посольстве.

Центр пришел к выводу: Морис может приступать к оперативной деятельности. И поставил ему задачу восстановить связь с агентами.

Первым стал Доктор.

Встреча состоялась в одном из небольших городков близ американской столицы. В парке на берегу озера увлеченно ловил рыбу пожилой человек. В назначенное время к нему подошел Морис и произнес фразу из пароля. Контакт состоялся, советский разведчик получил нужную информацию. В Москве с облегчением восприняли новости из Вашингтона. В Центре опасались, согласится ли опытный агент продолжить работу с неизвестным ему молодым человеком.

Доктор действительно оказался надежным и преданным нам агентом, он без сомнений признал Сергеева своим новым куратором.

Вероломное нападение фашистской Германии на СССР помогло резиденту наладить связи и с двумя другими высокопоставленными агентами. Министр и, несколько позднее, Мастер начали передавать советскому разведчику информацию о позиции правительства США в отношении СССР, а также об обстановке на советско-германском фронте. В июле - августе 1941 г. Сергеев докладывал в Центр о том, что администрация Рузвельта не очень охотно идет на оказание военной помощи Советскому Союзу - против этого выступает военное ведомство. В Москву уходили данные германского командования о положении дел на Восточном фронте, которые получала американская разведка.

Именно Морис, задействуя свои уникальные источники, доложил в Центр: Япония не будет выступать против СССР, пока Гитлер не добьется решающих побед на Восточном фронте.


Кадр из фильма "Вариант "Омега".

Вариант Омега

С лета 1941 г. резидентура в Вашингтоне стала работать активно и крайне результативно. Ей было присвоено кодовое обозначение Омега, с которым она и вошла в мировую историю спецслужб.

В конце августа Вашингтон посетил начальник РУ генерал-лейтенант Филипп Иванович Голиков. Он был командирован в США решением Государственного Комитета Обороны для налаживания союзнических контактов. Но, несмотря на чрезвычайную занятость, дважды выделил время для встречи с Сергеевым. Начальник разведки убедился, насколько велик потенциал резидентуры. И поставил Морису дополнительные задачи.

А еще дал указание в Москву переназначить шофера Сергеева на должность делопроизводителя аппарата военного атташе с повышением оклада.

В 1942 г. был завербован новый ценный агент, привлеченный к сотрудничеству Мастером. Он согласился помочь Советскому Союзу, бескорыстно передавая сведения о Германии и Японии. Информационные возможности резидентуры после этого заметно возросли. Агент сам оказался искусным вербовщиком и вскоре привлек к работе сотрудницу одной из американских разведывательных структур. Она передавала Морису сводки об обстановке в Европе и Тихоокеанской зоне, подготовленные на основе данных американской разведки.

В следующем году на основе данных, собранных Мастером, Сергеев провел операцию по вербовке еще одного ценнейшего агента: тот работал в одной из разведслужб США. Вкупе с тремя важными агентами, которых Морис привлек к сотрудничеству, это радикально повысило информационные возможности Омеги. В 1943 г. Центр получил 2401 секретный документ и 420 срочных донесений в виде телеграмм.

В них раскрывались важные для Москвы вопросы, включая военно-стратегическую обстановку в Европе и ситуацию в Японии. Морис, в частности, сообщил в Москву о результатах конференции, проведенной летом 1943 г. в Квебеке с участием Рузвельта и Черчилля. Там было решено второй фронт в текущем году не открывать, так как немцы еще далеки от поражения.

Члены Квебекской конференции. 1943 г.


Вскрытая "Энигма"

Перспективной для Мориса стала и работа его агентов в военном ведомстве США. Американские дешифровальщики ознакомились с опытом англичан по раскрытию кодов немецкой шифровальной машины "Энигма" и сами стали взламывать их. Так в Вашингтоне появилась возможность читать секретную переписку германской армии. А копии этих материалов источники передавали Морису! В документах нередко содержалась информация стратегического характера. В мае 1943 г., накануне Курской битвы, Морис докладывал в Центр о том, что главный удар немцев в летней кампании будет нанесен из района Курск - Орел в направлении на Воронеж.

А вот разведстатистика 1944 г.: Морис направил в Центр 2420 ценных секретных документов, на основании устной информации агентов подготовил 305 срочных донесений. За высокие результаты в работе Сергееву было досрочно присвоено звание майора. В августе 1944-го начальник Главного разведывательного управления докладывал И.В. Сталину:

"ГРУ в течение ряда лет работало над созданием в США важной разведгруппы, способной широко освещать внешнюю политику правительства США и деятельность основных правительственных учреждений. Можно с уверенностью сказать, что ГРУ удалось создать организацию, дающую материалы большой государственной важности. Эта организация систематически работает в течение последних двух лет...

Наши источники могут выполнять крупные правительственные задания по освещению важнейших военных и военно-политических проблем...".

Немецкая шифровальная машина "Энигма".


Сюжет из "Семнадцати мгновений весны"

Сергееву стало заблаговременно известно о планировании переговоров высокопоставленного американского разведчика Аллена Даллеса с опергруппенфюрером Карлом Вольфом - высшим руководителем СС и полиции в немецкой южно-европейской группе армий. На них должен был обсуждаться вопрос о сдаче в плен американцам немецкой группировки. Морис немедленно проинформировал об этом Москву, после чего последовал дипломатический демарш советской стороны. Сепаратные контакты американских разведчиков с представителями СС были прекращены.

Этот сюжет стал одним из ключевых в фильме "Семнадцать мгновений весны".

Факт биографии полковника Сергеева достался штандартенфюреру Штирлицу из фильма "17 мгновений весны".

Но в отличие от Штирлица, специальная командировка майора Сергеева завершилась в январе 1945 г. Он провел в США около пяти лет. Результаты работы неординарного разведчика отражены в подготовленном в ГРУ заключении:

"Созданная Морисом группа агентов была признана Центром весьма ценной. Одновременно с увеличением агентурной сети Морис добился активизации ее работы. Преодолевая трудности в руководстве агентурной сетью, Морис умело руководил своими агентами, которые ежегодно передавали ему около 20 тысяч листов секретных и совершенно секретных документов. Материалы агентов резидентуры Мориса отражали важные вопросы и в своем большинстве использовались для докладов советскому правительству...

Два ордена Ленина, два ордена Красного Знамени, два ордена Красной Звезды, медаль "За победу над Германией"... А еще оценка работы резидентуры Сергеева в том, что ни один из его агентов-источников не вызвал подозрений у американской контрразведки.

После войны полковник Лев Александрович Сергеев трудился в центральном аппарате ГРУ. Скончался 4 декабря 1994 г.