14.01.2019 20:10
    Рубрика:

    Урин: Бюрократический подход к цифровым показателям для искусства неприемлем

    Действующий закон о контрактной системе в сфере закупок разрушает существование театров, убеждены их директора
    В России 2019 год стал Годом театра. Реально это значит, что 600 отечественных театров - драматических, оперных, экспериментальных - становятся не только творцами праздничного марафона, но смогут привлечь внимание и к своим проблемам. Причиной многих из них является действие ряда федеральных законов, не учитывающих специфику искусства. В этом были единодушны гости Свердловского академического театра музкомедии, прилетевшие к коллегам на юбилей и на международный форум музыкальных театров. Модератором дискуссии выступил гендиректор Большого театра Владимир Урин.

    Троянский конь

    Геннадий Чихачев (Москва): Каждый театр сталкивается с катастрофическим действием 44-го Закона "О контрактной системе в сфере закупок...". Этот закон является тем "троянским конем", который разрушает существование театра: чтобы купить даже гвоздь, театру теперь нужно собрать кипу бумаг. Совершенно не учитывается, что театр функционирует иначе, чем другие учреждения: результат нашего труда, по сути, эфемерен. Концерт прошел, и он остается только в памяти. Но гвоздь-то все равно нужен! В Москве появился грант на творческое развитие, и там есть послабления для отчетов по гвоздю. Но в департаменте культуры Москвы десятки кабинетов, и из каждого мы получаем бумажку, пишем безумное число отчетов. Спрашивают за каждую копейку, которую еще даже не дали. Ограничивают в том, сколько платить композитору, либреттисту.

    Владимир Урин: Сегодня мы должны понимать, что каждый театр, чтобы осуществлять деятельность, предусмотренную 44-м ФЗ, тратит серьезные средства на организацию конкурсной системы. Еще лет десять назад на совещании деятелей театра с президентом в Пензе я приводил пример, во что на тот момент обходилось Музыкальному театру имени Станиславского и Немировича-Данченко содержание юристов, договорного отдела, компьютерной техники для выполнения этой работы, и привел две цифры: сколько это стоит и какую сумму мы экономим на проведении этих конкурсов. Уже тогда сумма расходов была в несколько раз выше суммы сэкономленных средств. Сегодня есть идея попытаться разделить деятельность театра на хозяйственную и творческую, чтобы 44-й ФЗ применять только к хозяйственной деятельности, а не к творческой. Но такое разделение - ошибочный подход: делить деятельность театра на составляющие невозможно.

    В строке бюджета - музыка

    Нэлли Бут, Омск: Большой театр стоит отдельной строкой в бюджете страны. Но надо, чтобы все музыкальные театры, а их в российских городах по одному, максимум по два, тоже шли отдельной строкой в бюджете города. В Омске один музыкальный театр и десять драматических. Постановки в музыкальном театре в разы дороже драматических. При этом финансирование у нас такое, что зарплата солиста музыкального театра - 30 000 рублей!

    Владимир Урин: Бюджетное финансирование культуры в России делится на три уровня: федеральный, региональный и муниципальный. За учреждение культуры отвечает его учредитель. Регион или муниципалитет. Вроде логично. Но надо исходить из реальной экономической ситуации в регионах, которым эти учреждения принадлежат. Но сегодня бюджет некоторых муниципалитетов и регионов не позволяет держать многие театры на достойном уровне. Государство уже делает первые шаги, чтобы изменить эту ситуацию: есть федеральные программы, направленные на поддержку театров малых городов, детских и кукольных театров. В концепции закона о культуре предусмотрена возможность для учреждений культуры переступать эти бюджетные границы. Думаю, при принятии закона у финансового блока правительства в ходе обсуждения это может вызвать возражения.

    Леонид Кипнис, Новосибирск: В крупных городах есть театры разного подчинения. В Новосибирске самый большой в России оперный театр: он имеет федеральное подчинение. Остальные театры - Музыкальный и драматические - в региональном подчинении. Финансирование этих учреждений несопоставимо. Ситуация, когда оперный театр с господином Кехманом получает, например, на закупку микрофонов для мюзикла 600 миллионов рублей, а потом отказывается от постановки, - абсолютный нонсенс. Как и то, что этот театр имеет бюджет 1 миллиард 200 тысяч рублей и, соответственно, возможность забирать себе лучших музыкантов и артистов.

    За кулисами гранта

    Леонид Кипнис, Новосибирск: Существующая система президентских грантов вызывает вопросы. Один из старейших театров страны - прославленный Свердловский академический театр музыкальной комедии не имеет грантов, а некоторые менее достойные театры их получают. Проблема в том, что все происходит вне общественного внимания. Отдельно должен ставиться вопрос о грантах для региональных театров, поскольку региональные бюджеты очень скудны. В первую очередь, речь идет о музыкальных театрах как наиболее крупных институциях.

    Владимир Урин: В любом случае система грантов - положительный фактор. Но пока распределение грантов попадет не в зону общественного обсуждения, а кулуарного - у кого какие есть связи и возможности, - у театрального сообщества будет оставаться недоумение: почему грант дали именно им?

    Госзаказ на количество

    Александр Прасолов, Саратов: Учредители требуют от театров ежегодного улучшения показателей. Но речь идет не о качестве спектаклей, а об увеличении числа показов и количества зрителей. Мы работаем в небольшом городе Энгельсе, где количество людей, имеющих возможность пойти в театр, ограничено, и нормы, которые нам ставят, физически невозможно освоить. Приходится иметь большой репертуар - сорок названий! - и выпускать пять-шесть премьер в год, чтобы привлечь зрителя. Две премьеры финансируются по программе поддержки малых городов, на остальные мы должны находить средства из собственных ресурсов. Зачастую спектакль приходится выпускать без репетиций.

    Максим Секачев, Новоуральск: У нас город с населением меньше 90 тысяч человек, а государственное муниципальное задание - более ста тысяч зрителей. У муниципалитета и госкорпорации "Росатом" есть возможность нас поддерживать, но из года в год наращивать число зрителей крайне тяжело. Статистика по городу у нас отрицательная, а динамика по зрителю должна быть положительной: на 2,2 процента. Суть этой проблемы - в унифицированном подходе к формированию государственных муниципальных заданий. Часто нельзя предугадать качество спектакля и как на него будет реагировать зритель. Бывает, что мы перевыполняем муниципальные задания. На уровне федеральных театров это хороший стимул, материальное поощрение, - а нас за это чуть ли не ругают, мол, не умеем эффективно планировать деятельность. У нас нет логической мотивации перевыполнять план, так как в следующем году план будет формироваться, исходя от того количества зрителей, которое было уже достигнуто.

    Владимир Урин: Мы тоже сталкиваемся с этой проблемой планирования от достигнутого. Бюрократический подход к цифровым показателям для искусства неприемлем.

    Бухгалтер один за всех

    Елена Ларионова, Петрозаводск: Наметилась опасная тенденция, суть которой - в централизации бухгалтерии. В Республике Карелия этот процесс уже идет. Некая централизованная бухгалтерия будет обслуживать сразу все учреждения культуры - музеи, библиотеки, театры. И все будет происходить в соответствии с неким регламентом. А что там будет прописано? Наверное, не интересы театра в первую очередь.

    Владимир Урин: К сожалению, в департаментах культуры, особенно на местах, часто сидят люди, не имеющие к культуре никакого отношения. Я помню, как в 70-е годы мы уже проходили централизацию. Затем это отменили. Опять же чисто формальный подход - отчитаться перед начальством, что учреждений культуры стало меньше: было пять - стало одно. А кто будет разбираться, какой ценой для нас это оборачивается? Думают, что так экономят деньги, но это абсурд, потому что финансовые, организационные и творческие потери при централизованной бухгалтерии и при любых объединениях во много раз больше.

    За чей счет театр?

    Анри Майер, Германия: Проблемы, с которыми сталкиваются сегодня и российские театры, и театры в Европе, практически идентичны. Меньше всего эта ситуация касается Германии, где работают 120 музыкальных театров. Там очень рационально устроена система финансирования: гранты спонсирования распределяются федеративными землями. Во Франции, исторически более централизованной стране, провинциальные театры, как и в России, сетуют на распределение госбюджета, финансирующего в первую очередь Парижскую оперу, а другие театры - по остаточному принципу. В Италии - свой негативный аспект, источником которого стали реформы 50-60-х годов. Тогда был принят закон, по которому на каждый вложенный евро еще один евро театр должен был заработать за счет публики. Это привело к катастрофе: крупные театры с большим кругом спонсоров и меценатов выжили: "Ла Скала" в Милане, "Ла Фениче" в Венеции, "Комунале" в Болонье, а небольшие провинциальные театры в Турине или Генуе были вынуждены занимать средства в банках и впоследствии выплачивали эти долги. Мне нравится, что в России проблемы театра стали в повестку общественного обсуждения. Это очень правильно: предлагать свои идеи, свое решение, не дожидаясь, когда оно придет сверху.

    Буни Гариев, Узбекистан: В Узбекистане в последние два года внимание нашего президента к театру дало возможность развиваться: подписаны 19 указов по укреплению материально-технической базы и кадровой политике. В течение пяти лет 37 театров в стране должны пройти капитальный р