Новости

22.01.2019 20:52
Рубрика: Культура
Проект: В регионах

Пьеро потерялся

В Третьяковской галерее - "Арлекины Серебряного века..."
Третьяковская галерея продолжает показ своих сокровищ графического наследия. Выставка "Арлекины Серебряного века. К.А. Сомов, Н. Н. Сапунов, С.Ю. Судейкин" предлагает "арлекинаду" как общий знаменатель для таких разных художников, как Константин Сомов, Николай Сапунов и Сергей Судейкин.
Арлекин у Константина Сомова может быть жовиальным сердцеедом, а может - и двойником смерти. Фото: Предоставлено Третьяковской галереей Арлекин у Константина Сомова может быть жовиальным сердцеедом, а может - и двойником смерти. Фото: Предоставлено Третьяковской галереей
Арлекин у Константина Сомова может быть жовиальным сердцеедом, а может - и двойником смерти. Фото: Предоставлено Третьяковской галереей

Метафора отсылает к пронизанной театральной магией атмосфере прошлого рубежа веков и начала ХХ века. Элита "зажигала" на костюмированных балах и маскарадах. На популярных при дворе балах "в русском стиле" наряжались стрельцами и девицами в кокошниках. "Персидский праздник" ставился у вице-консула, а живые картины из римской жизни - в кафешантане. "Боярские пиры" соперничали с куртуазными балами в стиле XVIII века. Купеческое сословие тоже не отставало. В 1908 году в Казани во время костюмированного бала в купеческом собрании публике представили "похоронную процессию" во главе с дьячком с фонарем - оказалось, это была постановка сцены "Похороны Конституции". На этом фоне образы Арлекина, Пьеро и Коломбины, которые полюбили символисты, выглядели скромными радостями артистической богемы. Они отсылали не столько к грубоватой итальянской народной комедии, сколько к рафинированной европейской культуре.

Как ни странно, прежде всего французской. Именно во Франции еще с 1830-х, когда неорококо был выбран придворным стилем при дворе Луи Филиппа, "рокайльный" XVIII век не просто входит в моду, а начинает энергично осваиваться романтиками - от Теофиля Готье и Жюля Шанфлери до братьев Гонкур. Во многом благодаря им (и блистательному театру пантомимы Фюнамбюль) неуклюжий увалень и дуралей Пьеро, вечно извалянный в муке, второстепенный герой народных итальянских комедий, вдруг становится не просто популярным "белым клоуном", а тонким воплощением художника и поэта. Арлекин, предприимчивый нахал и удачливый любовник, получает на сцене своего антипода - робкого воздыхателя и возвышенного поэта Пьеро.

Словом, комедия dell аrte пришла в русский Серебряный век во французской транскрипции. Параллели возникают даже там, где их вовсе не ждешь. Скажем, "Мистическое собрание" Сапунова естественно отсылает к блоковскому "Балаганчику", точнее, к знаменитой постановке Мейерхольда в театре Веры Комиссаржевской в 1906 году. Эта работа была настолько важна для художника, что декорации и костюмы к пьесе Сапунов рисовал бесплатно. Для этого спектакля написана и композиция, где печальный Пьеро, весь в белом, сидит на сцене перед судом мрачных черных фигур. Но каково же было мое удивление, когда в журнале "Собрание" за 2012 год случайно наткнулась на ксилографию "Суд над Пьеро" (1863) по одноименной картине Тома Кутюра. Композиция несколько иная, но Пьеро - в центре композиции, опять обвиняемый. И, кроме судьи, виден еще бойко выступающий юрист, у которого под плащом виднеется костюм Арлекина. Знал ли об этой работе Сапунов, другой вопрос.

Комедия dell’ аrte пришла в русский Серебряный век во французской транскрипции

Любопытно другое. На выставке противопоставление Арлекина и Пьеро, столь важное для культуры как раз Серебряного века, фактически оказывается за рамками концепции представления графики той эпохи. Исчезновение Пьеро из любовного треугольника commedia dell arte, наверное, не превращает комедию в трагедию, но заметно меняет расстановку сил на сцене. По крайней мере, на сцене выставки.

Да, Судейкин изобразил себя в костюме Арлекина в знаменитой картине "Приют комедиантов (Моя жизнь)" (1916). А после трагической гибели Николая Сапунова сборник, посвященный его памяти, вышел с фигурой Арлекина на обложке. Но назвать Арлекином, например, Константина Сомова, к 150-летию которого приурочена нынешняя выставка графики в Третьяковской галерее, язык не поворачивается. Конечно, среди его персонажей частенько является Арлекин, но у Сомова он может быть жовиальным сердцеедом, а может - и двойником смерти, прячущейся за развеселой маской. Про то, что в каждом герое художника вряд ли стоит искать селфи автора, и говорить неловко.

Все-таки Константин Сомов вполне заслуживает отдельной ретроспективы к своему юбилею. И то, что его большая выставка была в декабре 2017 года в петербургской КGallery, надежд на масштабный показ художника в Третьяковской галерее или Русском музее не отменяет.

Культура Арт Музеи и памятники Филиалы РГ Столица ЦФО Москва Выставки с Жанной Васильевой Гид-парк
Добавьте RG.RU 
в избранные источники