Двадцать лет спустя

Политолог Кирилл Коктыш - о перспективах Союзного государства
Совсем скоро, 2 апреля, мы в очередной раз будем отмечать День единения народов Беларуси и России. А в конце нынешнего года исполняется 20-летие подписания Союзного договора. Позади довольно длинный путь вместе, время подводить промежуточные итоги и верстать повестку дня на будущее Союзного государства. Об этом обозреватель "СОЮЗа" беседует с известным политологом доцентом МГИМО Кириллом Коктышем.
Кирилл Коктыш: "Повестку дня" для Союзного государства нужно расширять с учетом новых реалий. Фото: Предоставлено Кириллом Коктышем. Кирилл Коктыш: "Повестку дня" для Союзного государства нужно расширять с учетом новых реалий. Фото: Предоставлено Кириллом Коктышем.
Кирилл Коктыш: "Повестку дня" для Союзного государства нужно расширять с учетом новых реалий. Фото: Предоставлено Кириллом Коктышем.

Кирилл Евгеньевич, в последнее время тема будущего Союзного государства и в целом интеграции не сходит с полос российских и белорусских газет. На Ваш взгляд, с чем это связано? Только ли с 20-летием подписания Союзного договора?

Кирилл Коктыш: Действительно, медийные "шумы" вокруг Союзного государства достаточно велики. И любопытно, что помимо официальной прессы, серьезно активизировались и те круги, которые традиционно особого интереса к интеграционной повестке дня не испытывали - речь тут и о российских ура-патриотах, и о белорусских правых. И по мере приближения даты юбилея все эти тренды будут нарастать. С чем это связано? Тут сошлись многие факторы. Это и традиционные споры хозяйствующих субъектов, и чувствительный вопрос о ценах на энергоносители.

А также международный расклад, характеризующийся новой поляризацией между Западом и Россией, в рамках которого цена и ценность союзничества становятся несколько иными. Плюс к тому, при совпадении стратегических интересов у России и Беларуси есть разное тактическое видение в отношении и внешней, и внутренней политики, что на самом деле обогащает двусторонние обмены во всех сферах, но при этом для многих "унификаторов" является раздражающим фактором.

...Что вы имеете в виду?

Кирилл Коктыш: Тут надо понимать, что разность тактических подходов, как правило, продуктивна, поскольку создает возможности маневра и идет на пользу нашим государствам. На уровне международной политики это возможность более эффективной политики в Восточной Европе, не говоря о возможностях координации на таких глобальных площадках, как ООН. Но и на уровне внутренней реальности это означает стилистически разные условия реализации для бизнеса - и это тоже существенно. Если рассуждать с философской точки зрения, то трудно спорить, что два подхода - а это две головы и четыре руки - всегда дадут больший результат, нежели действие в одиночку. Что же касается 20-летия подписания Союзного договора, то это и время подведения промежуточных итогов, и пристальный взгляд в будущее Союзного государства.

Надеюсь, что мы в итоге не останемся на обочине прогресса в качестве потребителей, целиком зависящих от внешних сил

Тогда скажите, по вашему мнению, на каком этапе строительства реально находится Союзное государство? Если сравнить с тем, каким оно задумывалось двадцать лет назад, что пошло не совсем так и почему? Или все идет по задуманному сценарию?

Кирилл Коктыш: У меня твердое ощущение, что за минувшие два десятилетия Союз Беларуси и России в основном реализовал тот потенциал, который закладывался изначально. Самый главный результат - это наличие общего гуманитарного пространства. Да, экономика и экономические подходы целиком не унифицированы - Беларусь остается социальным государством в большей степени, чем Россия, и не спешит пока с головой окунуться в безусловный капитализм. Но это в сегодняшней ситуации плюс: какие-то вещи и ходы проверяет на себе Россия, какие-то Беларусь. Разница походов позволяет лучше видеть перспективу и вырабатывать если не наиболее оптимальные, то как минимум приемлемые решения. В политике полная унификация, как и в экономике, не достигнута, но тому есть весомые причины: возможность полной реализации принципа паритета, заложенного в союзное соглашение, всегда выглядела проблематично.

На недавнем "Большом разговоре с президентом" Александр Лукашенко посетовал, что большие разногласия существуют в ЕАЭС. Даже назвал причину - "национальный эгоизм". В таком случае, насколько вообще живучи интеграционные образования?

Кирилл Коктыш: Вопрос с Евразийским союзом - а в следующем году Беларусь возглавит Евразийскую экономическую комиссию, ЕЭК - на самом деле представляется вполне назревшим. Ведь Евразийский союз изначально проектировался в расчете на иную конъюнктуру, расчет был на то, что ЕАЭС станет в первую очередь комфортным пространством транзита между Китаем и Европейским союзом. Поэтому для простоты и положили в основу ЕАЭС те же четыре свободы, которые лежат в основе ЕС, свободу перемещения товаров, услуг, людей и денег. Но, во-первых, и эти свободы начали давать сбои - ведь если свобода перемещения людей для ЕС по-прежнему ценность, почему там такое сильное возмущение по поводу мигрантов? А во-вторых, между Западом и Россией за это время возникла полноценная поляризация, и товарооборот между Россией и ЕС уже упал вдвое. Иными словами, проектировали "фуру", а для разгребания вновь возникших обстоятельств теперь нужна не фура, она застрянет, а полноценный "БелАЗ", причем самый большой, 450-тонный. Понятно, что в новых условиях ЕАЭС должен строиться не как транзитное пространство, а как полноценный хозяйствующий субъект, способный производить большинство промышленных изделий, без которых сегодняшняя цивилизация немыслима. Для этого в его конструкцию необходимо добавить здоровый протекционизм. И если некоторые виды продукции, произведенной в ЕАЭС, будут иметь преимущество перед продукцией, ввозимой из третьих стран, то мы вполне можем получить не только промышленный рост, но и решения ряда чувствительных проблем. Например, ту самую компенсацию потерь Беларуси вследствие российского налогового маневра - те самые десять миллиардов и больше Минск мог бы получить за счет преференций, предоставленных производимой им продукции. Эти и другие евразийские перспективы пока остаются, скажем так, спящими. Но о проблемах и упускаемых возможностях уже начинают говорить вслух, и это внушает оптимизм.

Госсекретарь Союзного государства Григорий Рапота на недавней встрече с экспертами посетовал на отсутствие у Союзного государства (в отличие от Евразийского Экономического сообщества) международного права субъектности. Что даст Союзному государству решение этой проблемы?

Кирилл Коктыш: Это даст гораздо большие полномочия Союзному государству, придаст структуре дополнительный политический вес. Постоянный Комитет станет в этом случае самостоятельным игроком на международной арене, и получит право подписывать соглашения с иностранными партнерами.

Погода на завтра

Кирилл Евгеньевич, любопытно услышать ваш прогноз: как в ближайшие 20 лет будет развиваться Союзное государство?

Кирилл Коктыш: Думаю, во-первых, сохранится то, что уже есть, поскольку "повестка дня" на минувшие два десятилетия была подобрана хорошо и в значительной степени реализована. Сейчас эту "повестку" нужно расширять с учетом новых реалий. Так, Союзное государство наряду с Евразийским сообществом не должно превращаться просто в пространство, в рынок, но стать и полноценной производящей силой. Хотелось бы надеяться, что мы в итоге не останемся на обочине прогресса в качестве потребителей, целиком зависящих от внешних сил. За следующие двадцать лет поменяются и первые лица наших государств, в значительной степени обновятся и элиты, но структура стратегических интересов двух стран останется сегодняшней. Для того чтобы оно так и было, сегодня и в России, и в Беларуси прилагаются большие и осознанные усилия.

Хотите знать больше о Союзном государстве? Подписывайтесь на наши новости в социальных сетях.