Под бомбами
Субъективные заметки по поводу 20-летия натовской атаки на Югославию

Под бомбами

Текст: Владимир Снегирев
Когда редактор спросил, готов ли я написать статью на вышеозначенную тему, я крепко задумался. Дело в том, что для меня это еще и очень личная история - военная агрессия США и НАТО против Югославии. А потому вряд ли в данном случае смогу быть отстраненно объективным.

Хотя, впрочем, честная журналистика неизбежно окрашена личным авторским отношением - это ведь так? Поэтому согласился.

Ровно двадцать лет назад, услышав про бомбардировки, я буквально заболел. Потерял покой и сон. Меня мучили вопросы. Отчего именно Югославия - эта вполне европейская страна, никому не угрожавшая, не производившая ядерное оружие и наркотики, не замеченная в пособничестве террористам - отчего именно она назначена американцами очередной "империей зла" и подвергнута столь неслыханному унижению? И отчего большая часть т.н. "цивилизованного мира" поддержала бандитское нападение на суверенное государство или отнеслась к этому факту с поразительным равнодушием? И действительно ли в Косове был и есть геноцид албанского населения? И что будет дальше с этим многострадальным регионом, а по большому счету - со всеми нами?

Все разрушено. Одни руины. За что?
Фото: Getty Images

Я работал тогда главным редактором благополучной городской газеты и издателем успешного глянцевого журнала, Балканы никак не вписывались в сферу моей компетенции. Но вылечиться можно было только одним путем: бросить на время все другие дела и отправиться туда, где рвались бомбы, чтобы самому разобраться в наступившем мороке. Так я и сделал. А потому сквозь эти заметки будут неизбежно проступать воспоминания двадцатилетней давности.

***

Везде буйно цвели сады. Уже одно это могло свести с ума. Потому что как совместить вой сирен, комендантский час, режим военного положения, разрушенные мосты, здания, аэродромы, тревогу, разлитую в воздухе, страх в глазах людей и - цветущие деревья на фоне весеннего голубого неба. Как?

Приступив к разработке операции, хитрые американцы решили повязать кровью своих союзников по военному блоку НАТО

Когда я добрался до Белграда (самолетом в Будапешт, затем автобусом до границы, затем долгое, почти двухсуточное препирательство с пограничниками, видевшими в каждом журналисте потенциального шпиона, затем поездом до югославской столицы), там следы воздушных атак были видны уже во многих местах. Ракеты и бомбы очень грамотно порушили телецентр, здания силовых ведомств, а заодно как бы по ошибке - китайское посольство. Кстати, с каждым днем таких "ошибок" становилось все больше: в руины превращались вполне гражданские предприятия, мосты, жилые дома и пассажирские поезда.

Мужчина с дочерью покидают дом, разрушенный в результате "точечных" бомбардировок НАТО.
Фото: Goran Tomasevic/REUTERS

Впоследствии сами сербы назовут цифру потерь среди населения: почти две с половиной тысячи погибших и пропавших без вести. Не берусь сказать, насколько это корректная цифра, но зато утверждаю, как очевидец: в течении 78 дней "точечные удары" наносились по гражданским объектам на всей территории Югославии. Да, любой военный вам скажет, что подобные ошибки неизбежны при ведении широкомасштабных боевых действий, но ведь тут случай особый: войны не было, была агрессия США и союзников с целью свержения неугодного им режима. Стремясь убрать Милошевича, натовцы попутно убили множество людей, никак не связанных ни с политикой, ни с событиями в Косово.  

И ведь странно, что никто не понес за это никакого наказания, никто даже не извинился за "неизбежные издержки".

Из Белграда мой путь пролег в Приштину, главный город края Косово, который, собственно говоря, и стал причиной всей этой заварухи. Выйдя из автобуса, отправился в поисках ночлега по абсолютно пустому городу - кучи неубранного мусора, битое стекло, пыльные смерчи, редкие прохожие, которые не смотрят тебе в глаза… В самом центре рядом с единственным работавшим отелем еще тлели руины разрушенного ночью при очередной бомбежке квартала. По пепелищу бродил полусумасшедший старик, разгребая палкой остатки вчерашней жизни. Он молча плакал. И стоял такой смрад, что издали было ясно: эти дома стали кладбищем для многих людей. Не "головорезов Милошевича" - обычных жителей.

Отель в центре Приштины назывался, конечно, Grand Hotel, но я очень скоро понял, что это западня. Электричества не было, воды не было, лифты не работали, а ночью, когда опять завыли сирены, следовало спускаться в подвал, где было оборудовано бомбоубежище. Это здание находилось буквально в сотне метров от главного военного штаба - самой желанной цели натовских самолетов, но "высокоточные" ракеты отчего-то попадали не в ощетинившийся антеннами штаб, а в жилые дома поблизости.

С наступлением темноты весь этот странный город погружался в ожидание смерти. Даже собаки переставали лаять. И только рассвет мог принести иллюзию избавления.

Ну и как я могу быть сейчас объективным и непредвзятым? Как, если до сих пор в памяти отпечаталась та ночь в подвале: густая тьма, испуганный шепот по углам, унизительное состояние полной беспомощности перед лицом страшной и несправедливой силы.

Скорее всего, это была самая плохая ночь в моей жизни.

Женщина кормит своего ребенка в бомбоубежище без электричества в центре Белграда после того, как 8 мая завыли сирены воздушной тревоги. Тысячи людей проводят ночи в убежищах с тех пор, как над Югославией начались воздушные полеты сил НАТО.
Фото: Reuters/Stringer

***

Так все-таки отчего западные страны, проявив завидную солидарность, так ожесточенно обрушились на остатки Югославии? Согласно официальной версии, поводом стали этнические чистки, которые Слободан Милошевич проводил в Косово. Якобы в желании вытеснить из края албанское население, он устроил там настоящий геноцид.

Тут следует напомнить, что почти восемь предыдущих лет Балканы находились в состоянии перманентной гражданской войны. Распад Югославии повсеместно сопровождался кровавыми столкновениями. Как сказал мне по этому поводу один белградский политик, "хорваты всегда не любили боснийских мусульман, сербов и косовских албанцев, мусульмане презрительно относились к христианам, православные сербы с подозрением смотрели на хорватов и боснийцев, а католики-словенцы всегда мечтали жить отдельно от всех". Балканы напоминали пороховую бочку, которая вот-вот могла взлететь на воздух, с горечью подытожил политик.

Ко всему прочему в наследство Белграду досталась проблема края Косово и Метохии, где много десятилетий подряд сербы и албанцы не питали друг к другу теплых чувств, жили хоть и рядом, но в двух параллельных, почти не пересекающихся мирах, в каждом были свои общины, свои конфессии, свои школы и даже свои правительства (албанское существовало в подполье). Семена недоверия, вражды, взаимных обид прорастали годами. Потом мина взорвалась, а детонатором послужила - это надо признать - не очень умная и недальновидная политика тогдашнего югославского лидера.

Если Иосиф Броз Тито, умело руливший государством и даже сделавший его центром "третьего мира", предоставил косоварам широкую автономию, то Милошевич, напротив, в конце 90-х годов стал закручивать гайки. Правда, и ситуация тогда стала другой: во-первых, албанское население края к тому времени численно сильно превосходило сербов, местные экстремисты стали откровенно призывать к отделению от Югославии, а, во-вторых, Белград должен был считаться с понесенными ранее территориальными потерями и никак не желал новых.

После бомбардировок силами НАТО.
Фото: Yannis Kontos/Sygma via Getty Images

На самом деле агрессия западных стран началась гораздо раньше весны 1999 года. Ракетным и бомбовым ударам предшествовала мощная пропагандистская атака, задачей которой было промыть мозги обывателю, убедить его в том, что югославское руководство грубо нарушает права человека, проводит широкомасштабные этнические чистки, словом, никак не вписывается в стандарты западной демократии. Западные телеканалы день и ночь крутили сюжеты про косовских беженцев, одни и те же, но очень ловко смонтированные - чье бы сердце не дрогнуло при виде этих несчастных людей?

И задача была выполнена в рекордно короткие сроки. Милошевич в глазах почти всего мира предстал как кровожадный диктатор, и теперь эстафету передали военным. Увы, даже если бы они тогда объявили о своем намерении бросить на Белград атомную бомбу - и это было бы воспринято обывателем как благо.

Юрий Шевчук жаловался: "Я им пою, а мне кричат: Ты бы лучше нам ракеты С-300 привез, а не песни"

Вот как просто в нашей сегодняшней жизни зомбировать население, даже живущее в самых развитых и демократических странах, даже очень образованное и толерантное.

Четырьмя годами позже тот же трюк будет повторен, когда Штаты захотят войти в Ирак. С трибуны ООН высокопоставленный представитель американской администрации покажет пробирку с белым порошком, якобы компонентом страшного химического оружия, и пояснит, что агенты ЦРУ с риском для жизни добыли его в Багдаде. После чего вторжение станет если не вполне легитимным, то очень даже приветствуемым большинством американских граждан. Ну, извинились пентагоновцы спустя много лет за эту "ошибку", ну, признали, что порошок был стиральным - и что? Сотни тысяч погибших, раздолбанная в пух и прах арабская страна…

Разрушенные автомобильный и железнодорожный мосты в городе Остружница вблизи Белграда. Оба были уничтожены в результате бомбардировки НАТО в Югославии в 1999 году.
Фото: Ivan Milutinovic/REUTERS

***

Но вернусь к Югославии-99 и позволю себе высказать личную версию того, зачем понадобилось подвергать избиению государство, которое никому не угрожало, а всего лишь пыталось решить свои внутренние проблемы, пусть и довольно жестким путем. Сразу скажу: американская версия человеколюбия и гуманизма не выдерживает никакой критики. Но тогда что?

Победив в "холодной войне", оставшись теперь, как они считали, единственной силой в новом однополярном мире, янки рано или поздно должны были показать всем, кто в лавке хозяин, послать жесткий сигнал: кто не с нами - тот против нас.

Ситуация в Косово, Югославия в целом и ее тогдашний лидер подвернулись как нельзя кстати. Соседи, только что вышедшие из междоусобных войн и до краев наполненные взаимными обидами, за сербов не вступятся. Россия, поверившая в "новое мышление", в грядущую жизнь без танков и ракет и сгоряча ликвидировавшая почти всю свою оборонку, тоже ограничится дипломатическими протестами - не более. Милошевич оказался подходящей мишенью еще и потому, что в отличие от лидеров других стран, "ступивших на путь демократии и свободы", не побежал стремглав присягать на верность Вашингтону, не запросился в НАТО, а осмелился - вот наглец - иметь свои суждения, а многие ведущие политики из его окружения открыто выказывали симпатии Москве.

И вот вопрос: возможно ли повторение "югославской трагедии" сегодня? Ответа на него у меня нет.

Планируя наказать строптивцев, Штаты попутно решали и важную геостратегическую задачу: надолго дестабилизировать обстановку в сердце Балкан, посеять смуту в умах местных граждан, еще больше рассорить их с соседями.  

Приступив к разработке операции, хитрые американцы решили повязать кровью своих союзников по военному блоку НАТО. И без особого труда сделали это. Даже вполне самостоятельный и - более того - категорически не приемлющий диктата Милош Земан, возглавлявший в 1999-м правительство Чехии, поддержал тогда агрессию против Югославии. Сейчас, спустя двадцать лет, он, можно сказать, покаялся в том грехе, недавно назвал бомбардировки "актом державного высокомерия", но из песни слова не выкинешь, было.

***

Еще одно воспоминание. В поезде, который шел к Белграду от венгерской границы, моим соседом по купе оказался темпераментный осетин по имени Альберт. Вначале этот парень удивил меня тем, что отправился в дальний путь, мягко говоря, налегке: он путешествовал по европам в спортивном костюме, кроссовках и с двумя потертыми полиэтиленовыми пакетами. В одном держал голубую шляпу типа канотье, в другом два вареных яйца и журнал "Солдат удачи". Все.

Альберт ехал в Югославию, чтобы помочь сербам отразить натовскую агрессию.

- Пива хочешь? - предложил я ему, желая закрепить наше вагонное знакомство.

- Нет, я крови хочу. Америкосов буду мочить, - сказал он и отвернулся к окну. Затем, слегка оттаяв, долго и в подробностях посвящал меня в тонкости искусства убивать, которому, судя по всему, дома обучился неплохо.

- Да, - ошеломленно протянул я в ответ. - Боюсь, югославы тебя завтра же вышлют. Зачем им такие отмороженные нужны?

- Не вышлют, - убежденно возразил Альберт. - Я же не деньги зарабатывать еду, а идеалы защищать. У нас на Кавказе говорят, что милосердие надо проявлять только к достойному противнику. Эти агрессоры недостойны.

Таких, как Альберт, много тогда просачивалось сквозь границы. Потом я даже нашел лагерь в воинской части, где из них пытались сформировать некое подобие спецподразделения. Однако офицеры-сербы наотрез отказались комментировать сей факт и не позволили встречаться с добровольцами.

Это, пожалуй, и была едва ли не единственная помощь нашей страны жертве агрессии. Нет, все помнят, конечно, знаменитый "разворот над Атлантикой", который совершил российский премьер Е. Примаков, направлявшийся с официальным визитом в США. Известны и усилия наших дипломатов на переговорах по Косово в Рамбуйе. Еще в Белград приехал Юра Шевчук со своей группой. По вечерам, завершив свои дела, мы, журналисты и музыканты, встречались за рюмкой грушевого шнапса в старой крепости Келемегдан, обменивались новостями. Шевчук жаловался:

- Я им пою, а мне кричат: "Ты бы лучше нам ракеты Р-300 привез, а не песни".

Ночное небо над Белградом освещено зенитным огнем во время авиаударов воздушных сил НАТО.
Фото: Reuters/Stringer

Про эти ракеты тогда в Белграде ходило много разговоров. Любой человек, узнав, что ты из России, обязательно спрашивал: "Когда же вы, наконец, пришлете нам Р-300"? Официант в кафе. Солдат в окопе. Чиновник в министерстве. Крестьянин в поле. Все поголовно отчего-то были убеждены в том, что российское оружие немедля даст им перевес, и бомбардировки тут же закончатся. Спорить было бесполезно. А между тем, даже если забыть все политические и иные преграды, то поставки ракет были попросту невозможны. С-300 без обученного персонала представлял собой груду железа. А обучение занимало год. Да и как было транспортировать такие громоздкие системы в условиях полной блокады? Воздухом? Но все аэродромы разбиты. По суше? Но венгры даже грузовики с мукой не пускали через свою границу.

Югославская ПВО была оснащена давно снятыми у нас с вооружения старыми комплексами С-75, С-125, "Куб", "Квадрат" - их ограниченные возможности хорошо изучили натовские спецы, поэтому их авиация (более пятисот самолетов!) практически без проблем хозяйничала в балканском небе.

Правда, даже с такими почти музейными раритетами югославские зенитчики умудрялись воевать и даже иной раз сбивали чужие бомбардировщики. Сделав залп, дивизион немедля менял позицию, уходил в другой район. Научились вводить противника в заблуждение: создавали ложные цели, строили фальшивые аэродромы, выставляли напоказ фанерные ракеты… Так же тщательно они берегли и свою боевую авиацию. Истребители попрятали в крестьянских дворах и лишь глухими ночами выкатывали их на бетон, но не на аэродромный (взлетные полосы натовцы разбили едва не первым делом), а на автострады, которые были заранее размечены для полетов.

Местная жительница танцует на американском истребителе F-117, разбившемся в селе Будьяновцы в 40 километрах от Белграда.
Фото: Petar Kudjundzic/REUTERS

***

Безнаказанная атака на Югославию оставила глубокий шрам в душах людей, которые способны думать и сопереживать. Именно те события окончательно похоронили недолгие иллюзии относительно "нового мышления", грядущей жизни без войн и конфликтов, мир опять стал обретать прежние контуры глобального противостояния.

Да, если иметь в виду краткосрочную перспективу, то Запад тогда одержал победу на Балканах. "Злодеи-сербы" были изгнаны из конфликтного региона, а их жилища заняли якобы гонимые албанцы. Жесткий правитель Милошевич через год после бомбардировок проиграл президентские выборы, вскоре был арестован и передан Гаагскому трибуналу. Малые страны услышали прозвучавший с небес сигнал: теперь есть только один хозяин и он поступит точно так же с любым отступником - трепещите!

Другой совершенно очевидный триумф США и НАТО заключался в том, что победой закончилась и развязанная ими пропагандистская война. Огромные ресурсы, брошенные на ее проведение, вполне окупились: еще и по сию пору подавляющее большинство граждан западных стран убеждено в том, что их бомбы, самолеты, спутники сражались за правое дело.

Зато, если говорить об игре в долгую, то тут нападавшая сторона потерпела явное поражение. Два десятилетия назад бомбы сплотили сербов, нанесенная им обида останется в сердцах поколений. Да и мир назавтра стал совершенно другим: по большому счету именно с того момента благодушие уступило место недоверию. Многие страны напряглись: кто станет следующей жертвой "борьбы за права человека"?

15 октября, 2000. На здании посольства США в Белграде - следы антиамериканских протестов против бомбардировок Югославии силами НАТО весной 1999 года.
Фото: Scott Peterson/Liaison/Getty Images

В Приштине - а я приехал туда снова спустя пять лет после натовских бомбардировок - царило спокойствие. Только там не осталось ни одного серба, их святыни были разгромлены, и даже вчерашние натовские начальники теперь сквозь зубы признавали, что имеет место "этническая чистка" в отношении славян. То есть геноцид все-таки случился, только это был геноцид наоборот. Один народ расширил свое жизненное пространство за счет другого народа, поправ при этом и нормы международного права, и мораль. Именно тогда и началась перекройка сложившихся европейских границ, а маневры с двойными и тройными стандартами вошли в международную практику.  

И вот вопрос: возможно ли повторение "югославской трагедии" сегодня? Ответа на него у меня нет.

От редакции

А как сейчас сербы относятся к трагическим событиям 20-летней давности? Что происходит в этой стране и ее столице сегодня? В ближайших номерах читайте репортажи нашего специального корреспондента из Белграда.

Выбор редакции