Новости

20.06.2019 13:28
Рубрика: Культура

Эксперт: К сожалению, на конкурсе мало девочек в номинации "фортепиано"

А разве кто-то гарантировал, что первый тур у пианистов будет идти по нарастающей? И не то чтобы жеребьевка неумолима - второй день по составу действительно обещал быть еще ярче первого, тем более что играли даже не восемь, а девять человек.

Опытнейший 32-летний Андрей Гугнин, давно дающий незабываемые сольные концерты, славится своей позитивностью, теплой искренностью. На конкурсе он почти вызывающе начал свое выступление ля-бемоль мажорной Прелюдией и фугой Баха (I том), которые кто же не играл в… музыкальной школе? Можно было бы ждать, что бетховенская "Аврора" изменит картину мира, однако она прозвучала без открытий. Как ни парадоксально, лучшим в программе стал заоблачно-идиллический Этюд Шопена (№1, соч. 25). Отличным контрастом к нему последовала "Дикая охота" Листа, где пианист в волнении пропустил такт. Оригинальности оставалось ждать у заключительной "Думки". Но в бегстве от штампов Андрей слишком затянул темп и пригасил звучание. И получились какие-то заунывные напевы засыпающих после работы бурлаков.

Александр Гаджиев (24 года), родом из Азербайджана, но представляющий Италию, - ученик члена жюри, знаменитого Павла Гилилова (не думала, что это еще разрешено где-нибудь на конкурсах). В игре это ему мало помогло. Продолжилось сонное царство, и обидно было думать, что сегодня явно не день Баха и "Авороры" (которая также была у него в программе). Удручающе бесцветно выглядела "Тема с вариациями" Чайковского. А добила зал смертельная схватка пианиста с "Мазепой" - труднейшим этюдом Листа, в котором и так, по-моему, головоломные средства изначально не оправдывают цели (по легендам, за всю историю конкурса "Мазепу" чисто сыграл только Лев Власенко в 1958 году).

Днем хорошее впечатление произвели три россиянина подряд. Двое из них, как и Гугнин, подходят к последним возрастным пределам конкурса, но мы, в конце концов, рады были услышать Алексея Мельникова (29 лет), совершенно затмившего Гаджиева и крепким профессионализмом, и оригинальностью творческого лица. Так что к трем часам дня зал наконец проснулся. Программу, составленную со вкусом, украсила и "Осенняя песнь", самая "простенькая" из обязательных когда-то на первом туре "Времен года". Именно поэтому зарубежные участники когда-то часто выбирали ее, небрежно выучив за пару дней, и… не справлялись с рафинированно-тонкими и одновременно надрывными эмоциями Чайковского.

В отличие от Мельникова, Филипп Копачевский (29 лет) - закаленный боец, раскрученная звезда. Редко кто на этом конкурсе выбрал Гайдна - уверенный в себе Филипп сыграл его Сонату ясно, точно, хотя финал выглядел немного монотонно. Последовали популярные "Белые ночи", "Баркарола" и "Песня косаря" из "Времен года", бисовые украшения концертов любого филармонического пианиста (повторю, этот цикл на XVI конкурсе совсем не популярен). Нелишним в программе оказался и редко исполняемый Этюд-картина ре минор (соч. 33, №5) Рахманинова, и очень эффектно завершил ее популярнейший ля-минорный Этюд Листа по Паганини.

Единственное настоящее открытие второго дня конкурса - Антон Яшкин (21 год). Некоторые любители мессенжеров даже наконец подняли глаза к сцене. Высокий, физически сильный пианист, пальцам которого подвластно звучное фортиссимо (его игра наверняка импонировала председателю жюри Денису Мацуеву), сразу заставил себя слушать. Вот за чьи октавы можно было не волноваться в "Мазепе"! Ученик Натальи Трулль, Антон оказался прекрасно подготовлен к конкурсу и сполна проявил свою музыкальность. Ему удалось даже "Русское скерцо" Чайковского, требующее большой ловкости и умения изящно подать то, что большим изяществом изначально не отличается.

Вечернее прослушивание открыл Александр Канторо́в (22 года) из Франции, ученик Рены Шерешевской, подарившей нам на прошлом конкурсе совершенно неожиданного Люку Дебарга. Канторов - также один из любимейших ее учеников, он музыкален, серьезен, умен, но программа прозвучала не ровно. После эффектно острой, цепкой фуги Баха в "Метели" Листа не хватило темпа, зато был избыток педали на форте. Но, конечно, хотелось бы дождаться его "Жар-птицы" Стравинского во втором туре, которую он однажды уже исполнял в Москве, проявив страстный темперамент.

Арсений Тарасевич-Николаев (26 лет), четвертый (!) ученик Сергея Доренского на конкурсе, выиграл у Канторова в исполнении "Метели" (правда, с заметной помаркой), но проиграл ему в музыкантском обаянии. Досадно скучно и пусто прозвучала 2-я часть си-бемоль-мажорной Сонаты Моцарта. Великолепно подкованный технически, Арсений словно чуть отстранен от музыки и замкнут на себе, будто не ведая, что такое в искусстве "гибель всерьез".

У Алима Бейсембаева (21 год, Казахстан) Бах показался не столько сосредоточенным, сколько грубоватым. Крайне разочаровала вторая часть Сонаты №7 Бетховена - мощнейшее скорбное откровение композитора, до исполнения которого, наверное, надо еще дорасти. И снова - "Метель" Листа! Но, увы, проигравшая в этот день двум предыдущим.

Зато совсем поздно вечером зал дождался утешительного приза - Моцарта (Соната №10 до мажор) в исполнении японца Фудзито Мао (21 год). Напряжение в зале наконец развеялось, доказав, что свобода приходит, когда ее совсем не ждешь. А конкурс Чайковского все еще сопротивляется олимпийским стандартам "быстрее, выше, сильнее!", позволяя иногда просто насладиться музыкой.

Прямая речь

Павел Гилилов, член жюри, профессор Университета Моцартеум в Зальцбурге, основатель и художественный руководитель Конкурса им. Бетховена в Бонне.

- Вы уже 12 лет проводите конкурс Бетховена в Бонне. Чем на ваш взгляд отличаются конкурсанты Чайковского?

Павел Гилилов: Уровень Конкурса Чайковского очень и очень высокий, и много очень талантливых ребят. К сожалению, мало девочек. Но все, кто выступают очень разные, поэтому их интересно слушать, они все с идеями. Это просто букет талантов. На моем конкурсе Бетховена в Бонне прежде всего программа отличается от программ Конкурса Чайковского: немецкая музыка. Но мне кажется, все это очень хорошо обогащает музыкальный ландшафт: я вообще за разнообразие.

Как на ваш взгляд звучит у конкурсантов Бетховен в первом туре? Вчера, например, многие играли Апассионату, а сегодня - Аврору. Чем объяснить такой ограниченный репертуарный выбор?

Павел Гилилов: Да, выбор очень ограниченный. Мне кажется, что самые большие проблемы сегодня у молодых исполнителей именно в классической музыке, потому что они ее боятся и играют ее как-то скованно. Хорошую Апассионату  я пока на конкурсе не слышал. Сегодня я слушал очень хороший опус 2, №2 (Соната № 2 ля мажор, исполнял Александр Канторов. - прим. И.М.). А вчера была хорошая Аврора (Соната  №21 до мажор, исполнял Дмитрий Шишкин. - прим. И.М.). Но если говорить о впечатлении в целом, то с Апассионатой есть проблемы. Это вообще очень сложная соната. Прежде всего, там проблемы темпового характера. Как правило, играют слишком быстро последнюю часть и забывают о том, что это Allegro ma non troppo (cкоро, но не слишком). Это требует опыта. Может быть, это вопрос возраста.

 Подготовила Ирина Муравьева

Культура Музыка Классика Конкурс имени П.И. Чайковского-2019
Добавьте RG.RU 
в избранные источники