20idei_media20
    03.07.2019 17:00
    Рубрика:

    В Казани озаботились судьбой надгробий с разоренного древнего погоста

    В Казани озаботились судьбой исторического склона, укрепленного древними надгробиями
    В Казани власти намерены благоустроить склон на улице Ульянова-Ленина, историческое название которого "Первая гора".
    Олег Тихонов/РГ
    Олег Тихонов/РГ

    Место это тихое, хоть и расположено в центре, и редко, кто сюда заходит. И уж тем более не многие знают, что укреплен этот склон, помимо обычных камней, фрагментами старинных могильных плит…

    Признаться, не догадывался об этом и я, притом что хожу мимо много лет. Мой путь в редакцию пролегает именно через этот крутой холм. Зато обратил внимание на осколки надгробий представитель Музея старообрядчества города Казани Роман Царевский. К слову, с горы открывается замечательный вид на Кафедральный храм Казанско-Вятской епархии Русской православной старообрядческой церкви.

    В итоге Роман выложил фото плит в соц­сети, чем привлек внимание казанцев, неравнодушных к истории города. Как пояснил он, надгробия вывезли в 1930-е годы с древнего погоста Спасо-Преображенского монастыря. Он был основан в 1556 году архимандритом Варсонофием и располагался в юго-восточной части Казанского кремля (слева от Спасской башни). И обитель, и кладбище в итоге были разрушены. А расколотые могильные плиты использовали при укреплении того самого склона на Улья­нова-Ленина.

    Позже Роман Царевский затронул эту проблему на приеме у помощника президента РТ Олеси Балтусовой. И она предложила обсудить судьбу склона непосредственно на месте. На встречу пригласили представителей Музея старообрядчества Романа Царевского и Ивана Султанова, краеведа Андрея Шритта и сотрудников "Татинвестгражданпроекта" и "Татдорпроекта".

    Оказалось, обустройством холма в свое время озаботились и власти республики. Во время одного из обходов исторических улиц Казани президент Татарстана поставил перед городскими властями вопрос о благоустройстве Первой горы. Есть проектное предложение институтов по созданию пешеходного спуска через холм.

    Но, как заметила Олеся Балтусова, "быстро такие проекты не делаются, и это к лучшему". В нем не учтено укрепление склона и мемориализация плит. И вообще, что с ними делать, сложный вопрос. По словам помощника президента РТ, здесь есть два варианта решения проблемы. Либо не тревожить плиты, но найти способ склон укрепить, либо обратиться за помощью к археологам и реставраторам. Они исследуют место и постараются отыскать все оставшиеся фрагменты плит. А затем в процессе благоустройства Первой горы из них можно будет выложить что-то вроде панно.

    Роман Царевский считает, что было бы хорошо сделать спуск с горы почти до самого подножия храма. Когда здесь прокладывали новую улицу, изменили направление склона, и теперь привычной старой дороги по прямой линии больше нет. А она была удобной для местных жителей.

    - Было бы прекрасно сделать и небольшую смотровую площадку на вершине холма над храмом, - считает он.

    Также Царевский предложил, опираясь на труд "Казанский некрополь" краеведа XIX века Николая Яковлевича Агафонова, установить имена тех, кому эти надгробия принадлежали. Как он говорит, на том погосте было захоронено много людей, оставивших след в истории не только нашего края, но и всей России. В частности, стрелецкий голова Гордей Пальчиков, пленивший Марию Мнишек. Там же покоится инок Тютчев - предок знаменитого русского поэ­та. К счастью, их надгробия уцелели и до сих пор находятся на территории Казанского кремля.

    Кто знает, возможно, нас ждут интересные открытия. Но, как бы там ни было, оставлять части надгробий в их нынешнем состоянии точно нельзя. Это оскорбительно для предков и унизительно для нынешнего поколения казанцев.

    Комментарий

    Анатолий Елдашев, казанский историк и краевед:

    - Я еще в 1982 году заинтересовался этими могильными камнями. У меня более сорока фотографий их обломков. Там есть армянские надгробия, плиты с захоронений Георгиевской церкви и, возможно, с Богоявленской. А потом они оказались под угрозой исчезновения. Часть вообще вывезли на свалку. Помню, Николай фон Эссен, представитель немецкой дворянской фамилии, обеспокоился: "Что делать?" Я говорю, бери машину и увози. И где-то два-три десятка этих камней увезли в подворье Раифского Богородицкого мужского монастыря в Казани. Там они и находятся сейчас.