Новости

07.09.2019 06:20
Рубрика: Власть

Кремлевский шаг

Первое интервью нового командира Президентского полка генерал-майора Андрея Филякина
У самого известного полка в стране - Президентского - самый "секретный" командир.

Андрей Филякин уже полтора года в должности, вырос в звании до генерал-майора, но еще не дал ни одного интервью ни одному журналисту. Точнее, так было до сегодняшнего дня.

Андрей Владимирович, у меня к вам много вопросов. Начну с самого простого: как стать командиром Президентского полка?

Андрей Филякин: Для этого надо иметь мечту и соответствующие условия для ее исполнения. К такой мечте нельзя прийти быстро и легко, ее надо сформировать в детстве. Мой случай: родился в семье военного, офицер в третьем поколении. Дед и отец закончили службу в звании "полковник". И особую роль сыграл дед, до армии он был сельским учителем. Я сформировался в военной среде, поэтому вопрос "кем быть?" не стоял. Никогда. Я с детства знал, кем буду. Закончил Казанское суворовское училище. Те два года вспоминаю с теплом и трепетом. Затем закончил Московское общевойсковое командное училище и академию им. Фрунзе, уже служа в полку. И в Кремлевском, а затем в Президентском полку прошел всю командно-штабную лестницу офицера, не пропустив ни одной ступеньки.

Ваши рота специального караула и Кавалерийский Почетный эскорт выступали на фестивале "Спасская башня". Вечером после выступления какие слова от командира полка в свой адрес слышали участники фестиваля?

Андрей Филякин: Никаких! Я сказал им необходимые слова еще до начала фестиваля. Напутствие: мы с вами представляем Российскую Федерацию, и мы сейчас - лицо Федеральной службы охраны. На нас смотрит страна, на нас смотрит весь мир. И самое главное: на вас смотрят ваши родители, ваши близкие.

А после каждого выступления старался с ними не встречаться. Каждая встреча с командиром полка оставляет в душе военнослужащего определенные волнения, я это хорошо знаю. Так что это ни к чему. Что я о них думаю, скажу позже. К тому же они меня видели на центральной трибуне. Ежедневно. И наш визуальный контакт их в должной мере воодушевлял, шел им на пользу. Прекрасно понимаю: вчерашние мальчишки, а сегодня молодые люди, стоящие в строю, конечно, волнуются, выступая перед многотысячной аудиторией. Это нормально.

Среди них ведь много ребят, призванных прошлой осенью?

Андрей Филякин: От полка на Красной площади выступали 67 военнослужащих. Из них 13 - по контракту, включая трех офицеров. Остальные - военнослужащие по призыву. Весь строй работающих с карабинами - это солдаты по призыву, они в декабре 2018 года приняли присягу. В январе мы начали их подготовку в качестве церемониального караула. До апреля проходили строевую подготовку, затем стали участвовать в разводе пеших и конных караулах на Соборной площади. В начале мая заступили на несение службы на Могиле Неизвестного Солдата: пост N1 в Александровском саду. Так что на фестивальной Красной площади вы видели солдат, не прослуживших и полных 9 месяцев.

Обратил внимание: программа выступлений нашей роты едва ли не вдвое короче, чем у зарубежных гостей.

Андрей Филякин: Участие Президентского полка в этом фестивале обязательно. Без нас - не побоюсь этого слова - фестиваль невозможен. За 12 лет объем участия нашей роты специального караула отличался. Были полноценные выступления, были совместные: со 154-м Преображенским полком, с Кавалерийским Почетным эскортом. Все определяет сценарий фестиваля. С мая мы готовились к полноценному выступлению. Но из-за очень большого числа зарубежных участников дирекция фестиваля попросила несколько сократить хронометраж российских участников, в том числе и нас. Оказали уважение гостям, среди которых есть и те, что выступают на Красной площади впервые. У них очень интересная программа.

Второй участник от полка: Кавалерийский Почетный эскорт.

Андрей Филякин: 34 всадника, соответственно 34 головы конного состава. Больше всего (14 лошадей) тракененской породы, далее по нисходящей: русская верховая, ганноверская и др. Среди всадников-контрактников половина - военнослужащие по призыву, половина - по контракту. В том числе пять женщин: сержанты, прапорщики, офицеры.

Одну из них страна знает в лицо: Ирина Мамаева на Портзае. Она - старший лейтенант, Портзай - лихой боевой конь в оптимальном для скакунов возрасте: 9 лет. Ирина - любимица всех журналистов, выступает в Кремле на открытии сезона развода конных и пеших караулов. И каждый раз удивительно видеть, как девушка невысокого роста управляется с тяжелой драгунской шашкой образца 1881 года. Эта шашка почти метровой длины и весом около килограмма. С ней и крепкому мужчине нелегко управляться. Не жалко вам женщин?

Андрей Филякин: Мы бережем кавалеристок: с шашками они только на разводах, сейчас без них. И женщины у нас задействованы только на тех мероприятиях, где им это по силам. Наиболее тяжелые задачи, когда нужна физическая сила, ложатся на плечи их сослуживцев-мужчин. В том числе и по уходу за лошадью.

Оцениваю выступления наших всадников на "отлично". И испытываю гордость от того, что служу с ними в одном полку. В этом году отмечаем юбилей: десятилетие выступлений Кавалерийского Почетного эскорта на "Спасской башне".

У фестиваля нет жюри, все решает зритель методом голосования. Давайте введем еще одну номинацию: приз симпатии командира Президентского полка. Один зарубежный коллектив, один - российский.

Андрей Филякин: Всего два? Сложная задача. Хорошо, раз так, то отдам свой голос Центральному оркестру минобороны. А среди зарубежных мне очень понравился японский коллектив: Центральный оркестр Сухопутных Сил самообороны Японии, он у нас впервые.

И тогда еще одна номинация: какие мундиры вам как военному человеку понравились? Исключим, пожалуй, только египтян: у них форма армии времен фараонов. С фараонами состязаться не станем.

Андрей Филякин: У армии Северной Кореи форма почти наша, советская. Китайцы и японцы в чем-то схожи: темный верх, светлые брюки. Очень хорошо смотрятся. Египтяне - да, форма армии фараонов, она скорее артистическая, а не военная. Больше всего мне понравился марширующий оркестр "Стремсгодсет" из Норвегии. Темно-синяя форма, белая окантовка, белые ремни. Я был на фестивале в Осло. Там еще рота почетного караула произвела очень хорошее впечатление. Но сейчас в Москву эта рота не прилетала.

Вернемся к вашим солдатам. Откуда они, из каких регионов?

Андрей Филякин: В нашем полку проходят службу и по контракту, и по призыву. Я всегда говорю: военнослужащий по призыву в полку у нас главный солдат. Призываем из разных регионов. На Западе - из Калининграда и Санкт-Петербурга, на Юге - Краснодар, Ростов, Ставрополь. В Сибири - Красноярск, Тюмень. Также Урал и вся Центральная Россия. На Севере - Кострома, Вологда, Архангельск. Всего у нас 46 городов призыва. Кандидат в наш полк еще за полгода до призыва проходит необходимую проверку с участием сотрудников ФСО, ФСБ и непосредственно офицеров полка. В сентябре наши офицеры отправятся в регионы, в военкоматы: будут отбирать.

Требования очень жесткие?

Андрей Филякин: Жесткие. Мы сохранили все требования к призывнику, которые были в Кремлевском полку. Конечно, молодой человек должен быть полностью здоров. Все важно: внешние данные, из какой семьи, где и как учился, какой образ жизни вел до призыва. Если не учился и не работал, то сразу возникнут вопросы. Я сам много раз выезжал, проводил личные собеседования. Важно желание. Если молодой человек говорит, что не хочет у нас служить, - все, разговор окончен.

А если, напротив, перед вами спортсмен-разрядник, никакого криминала и административных нарушений. И он сам в полк рвется: хочу служить в Кремле!

Андрей Филякин: Посмотрим. Проверим.

А у кого больше шансов?

Андрей Филякин: Нам, в частности, нужны люди, которые занимались до призыва конноспортивной подготовкой. И с водительской категорией "Д". И еще ряд специалистов. Для таких мы даже небольшие поблажки по здоровью сделаем, правда, очень незначительные. Ведь я должен быть уверен, что служба негативно не отразится на здоровье военнослужащего. Нагрузки у нас серьезные. Можем также в качестве исключения взять парня из неполной семьи. И даже сирот берем. Понимаем, что служба в полку дает им шанс и стимул.

Был ли случай, когда сирота отслужил и остался на контракте?

Андрей Филякин: Бывает. Но статистика по сиротам небольшая, поскольку их самих у нас мало: один-два за призыв. Они получают все положенные льготы, мы им помогаем и опекаем.

А что с близнецами? С советских времен ведь одна из визитных карточек вашего полка.

Андрей Филякин: Близнецы нужны, особенно похожие. Если соответствуют требованиям, то каждый наш офицер знает: надо брать. Будут служить в роте специального караула. Они вызывают у зрителей исключительно положительные эмоции.

А социальный состав? Сейчас армия очень популярна, родители буквально пытаются пристроить детей. Вероятно, в элитные части пристраивают очень настойчиво.

Андрей Филякин: В основном наши солдаты из семей со средним и ниже среднего достатком: дети рабочих и аграриев, а если из Московского региона (самые многочисленные команды), то обычно это дети служащих. Детей министров и депутатов у нас нет. Есть - из семей военных и других силовых ведомств, но с каждым годом таких все меньше. Напротив, резко возросло число призывников с высшим образованием. Больше ста за один призыв! В 1990-е годы таких было один или два за призыв.

У солдата после увольнения есть шанс поступить в вуз, и это тоже стимул. А какой стимул у бойца с высшим образованием?

Андрей Филякин: Многие из них идут на контракт. Имея высшее образование, он может рассчитывать на офицерскую должность. И жизнь показала, что контрактников надо брать из солдат, отслуживших в нашем полку. Проходя службу по призыву в Президентском полку, человек может объективно оценить свои возможности и предъявляемые требования. Мы в структуре Федеральной службы охраны, у нас своя специфика. Происходит это так. Военнослужащий по призыву через шесть месяцев службы может написать рапорт. Если командование считает его достойным, то он проходит проверку. По всем аспектам, только более жесткую, чем когда был призывником. Если все нормально, то первый контракт заключаем на три года.

Жильем обеспечиваете?

Андрей Филякин: Есть служебные общежития. Кроме того, за поднаем жилья доплачивается установленная государством сумма.

Но она такова, что денег хватит на съем комнаты на окраине Москвы.

Андрей Филякин: Если контрактник холостой, то вдвоем-втроем можно снять одну квартиру. Главное - человек должен желать служить и соответствовать нашим требованиям. При успешной службе он со временем приобретет квартиру в военную ипотеку. Есть примеры: часть наших офицеров и прапорщиков уже живут в таких квартирах.

Во время фестиваля я один день у вас работал поваром полевой кухни. Узнал, что кавалеристам и военнослужащим рот специального караула в сутки дополнительно выдают 50 граммов мяса. Там настолько тяжелые физические нагрузки?

Андрей Филякин: Да, нагрузки очень большие. Особенно для рот специального караула. По 6-8 часов ежедневных занятий: строевая и физическая. Но огневая - меньше, чем в других подразделениях. И еще меньше теории.

Вы каждый день встречаете людей, которых мы видим лишь по телевизору. Вот вам навстречу по Кремлю идет Оливер Стоун. Или олимпийский чемпион, кинозвезда... К этому вообще можно привыкнуть?

Андрей Филякин: Прямо скажем, с Оливером Стоуном не каждый день встречаюсь...

Вашего комбата полковника Михаила Сурайкина или командира роты специального караула майора Андрея Петухова в лицо узнает Мирей Матье. Она их видит в России чаще, чем многих других.

Андрей Филякин: Согласен. В целом, конечно, мы в Кремле встречаем много знаменитостей. И со временем есть элемент привыкания. Но все равно каждый раз испытываешь какое-то волнение. И есть понимание, что знаменитый человек с тобой встречается как с представителем воинской части, дислоцированной в Кремле. И свой полк ты должен представить на высоком уровне. Я и остальные командиры воспитываем это в своих солдатах. Объясняем: вы служите в Кремле, а Кремль - сердце страны.

Вот, скажем, солдат несет службу в Большом Кремлевском дворце. Еще зимой он был просто подростком из Архангельска, Красноярска или Вологды. А сейчас - во дворце, который еще недавно только в программе "Время" мог видеть. К нему приближается президент... Как бойца ни инструктируй, а глаза на лоб ведь могут от такого вылезти.

Андрей Филякин: Для того командиры и работают. У командиров подразделений есть свои подходы, свои секреты. У нас нет права на ошибку. Работают не только командиры, еще и психологи, врачи.

Я догадываюсь, какой это огромный и сложный организм - Президентский полк. Вы - его командир, генерал. Но даже на такой должности должно быть хоть немного свободного времени. У вас есть хобби?

Андрей Филякин: (надолго задумывается; это первый вопрос, который озадачил генерала) Хобби?

Подсказываю: вот комендант Мавзолея полковник Александр Александрович Горбунов пишет стихи... Может, и вы пишете? Или рыбачите, охотитесь?

Андрей Филякин: Нет, я стихов не пишу. На охоту звали - вежливо отказался, не мое. Литература, машины - есть интерес, но все-таки и это не то. Пожалуй, лишь одно хобби: моя работа. Для меня полк - это не просто место службы. Это нечто большее: мой дом. Это не высокие слова, а реальность. Жизни вне полка просто не представляю.

Кстати

Все б в таком полку служили

Московский Кремль - одна из резиденций главы государства. Жить в Кремле может лишь президент и... военнослужащие Президентского полка. Одним из потрясений для молодых солдат становится обычная утренняя физзарядка. Их казарма размещается в здании кремлевского Арсенала. Это памятник архитектуры XVIII- XIX веков, заложен еще Петром I, назывался Цейхгауз. Рота выбегает из Арсенала, направляется в сторону Москва-реки и вдоль Тайницкого сада - в спортгородок. А над головами башни с рубиновыми звездами в предрассветном сумраке... Вы можете стать мэром и министром, нобелевским лауреатом и пр. Но ночевать и заниматься спортом в Кремле - нет. Только они.

Власть Безопасность Армия Лучшие интервью РГ-Фото
Добавьте RG.RU 
в избранные источники