Новости

14.10.2019 17:30
Рубрика: Общество
Проект: В регионах

Первая, кто рядом

Скорой медицинской помощи Москвы - 100 лет
Вот уже сто лет подряд достаточно набрать короткий номер: раньше - 03, теперь - 103, и человек абсолютно уверен: помощь придет. Неважно, что на дворе: день, ночь, гроза, жара… "Скорая" работала и тогда, когда над Москвой летали фашистские самолеты, и город нещадно бомбили. Пострадавшим, как правило, первую помощь оказывали именно работники "скорой". Она уязвима, эта помощь. К примеру, вызвали ее, а машина приехала не через положенные по нормативам 20 минут, а из-за пробок - через 25. И "скорую" уже готовы чехвостить на все лады. И редко спасенный бригадой "скорой" говорит спасибо, тем, кто спасал... Но сегодня все это - в сторону! Сегодня у "скорой" - юбилей. Мы беседуем с главным врачом московской скорой медицинской помощи, профессором Николаем Плавуновым.

Николай Филиппович! Трудно чувствовать себя юбиляром?

Николай Плавунов: Век - большой срок для работы любой организации. Но, учитывая работу "скорой помощи", а это работа в пути, работа на колесах, мы не ощущаем груза прожитых лет.

Не ощущаете лично вы? Или вся команда, которую вы возглавляете?

Николай Плавунов: "Скорая помощь" - команда единомышленников. Если такой команды нет, то нет и самой службы, потому что у нас особая, специфика. Член такой команды не должен смотреть на часы, не должен знать слова "нет", когда его призывают на помощь. В московской команде 11 тысяч человек. В среднем каждый день мы выполняем 12 тысяч вызовов. На улицы Москвы выходит 1040 бригад "скорой". Это в среднем. Когда нет ЧП. Но, к сожалению, без экстрима не обойтись в любом городе, тем более, в таком многомиллионном, как Москва.

В выходные болеют реже. А в новогодние праздники больше всего вызовов второго января. Дает о себе знать обильное застолье

Не раз была свидетелем, как в подобных ситуациях, где бы ни произошло ЧП, немедленно появляются машины "скорой", бригады спасателей. Они приходят первыми. Поражает, как они умудряются проезжать в плотном транспортном потоке. Не все в это время думают о том, что в "скорой" может быть пострадавший, которому срочно, на ходу, оказывают самую современную помощь. Но мне кажется, что столичные водители осознали: у "скорой" зеленый свет. И московское правительство внимательно к проблемам транспортной доступности города. Все это во благо "скорой".

Николай Плавунов: Нынешние машины совсем иные: они быстрые, с проблесковыми маяками и спецсигналами. Оснащены современным оборудованием.

У меня в руках документ из архива "скорой" о первом заседании, на котором решался вопрос создания этой службы в Москве. Среди участников тогдашний нарком здравоохранения Николай Александрович Семашко. В части "постановили" записано: "Организовать в Москве Станцию скорой медицинской помощи, куда передавать кареты бывшей скорой". Николай Филиппович, эти кареты были запряжены лошадями?

Николай Филиппович: Конечно! Заседание же было 18 июля 1919 года, и количество автомобилей в Москве можно было сосчитать по пальцам. Первые бригады "скорой" везла не тройка лошадей, о которых сложено столько песен, а одна несчастная лошадь, на которую было впору молиться. Она умудрялась в минимальные сроки доставлять бригаду к пострадавшему. "Скорая" выезжала только на улицы и в общественные места. На дом она стала выезжать в 1926 году, когда по предложению Александра Сергеевича Пучкова были созданы пункты неотложной помощи на дому в вечернее и ночное время.

А днем?

Николай Плавунов: А днем эту помощь оказывали поликлиники. 1926 год я упомянул не случайно. Именно этот год стал началом службы неотложной помощи, которая присоединилась к службе "скорой".

Не кажется ли вам, что этим мы избаловали пациентов? Что-то случилось дома, и многие не считают необходимым обращаться в поликлинику. Проще набрать заветные "103", и "скорая" тут же приедет, и помощь тут же окажет.

Николай Плавунов: Мне так не кажется. Каждый человек по-разному реагирует на недомогания. И задача наша в том, чтобы определить, насколько это серьезное состояние, и какая помощь нужна в данный момент. Для этого и существует единый номер "103". И единый городской диспетчерский центр, куда поступают все звонки. Мы первые в нашей стране с февраля 2017 года работаем в формате единого диспетчерского центра скорой и неотложной медицинской помощи. Мой врачебный стаж почти 40 лет. И я убежден: врач всегда, во все времена, во всех ситуациях должен быть человеком гуманным. Роботы не заменят врача в общении с пациентом. Робот не может быть гуманным. Робот - машина. А человеку, прежде всего, нужна человеческая помощь. Вот я начал приводить цифры. Могу дополнить. За сто лет существования сделано почти 150 миллионов вызовов. Спасены миллионы.

А кому 100 лет назад была оказана первая помощь, когда к пострадавшему бригаду доставила лошадь?

Николай Плавунов: Это произошло 15 октября 1919 года. Мы не случайно именно 15 октября считаем днем рождения московской "скорой", и сегодня отмечаем юбилей. Врача, который выехал на место беды, звали Леонид Григорьевич Овосапов. Его вызвали к пострадавшему с переломом голени. Помощь была оказана. А пациента доставили в Шереметевскую больницу, которую теперь мир знает как Институт скорой помощи имени Склифосовского.

В начале века все вызовы поступали куда?

Николай Плавунов: Вызовы поступали на два телефона. Диспетчеров не было. И те, кто принимал вызов, сами выезжали к пострадавшему. Это были врачи и фельдшеры. Звонили, как правило, с какого-нибудь телефона-автомата или вовсе со случайного телефона.

А во время Отечественной войны, когда Москва была погружена в темноту, как умудрялась "скорая" ориентироваться в этой темноте, приезжать вовремя и выполнять свою главную функцию: спасать?

Николай Плавунов: Наши коллеги оказались в тяжелейшей ситуации. Половина сотрудников были призваны в армию. Вся тяжесть помощи легла на тех, кто остался. Спасал профессионализм медиков и очень ответственные водители наших автомобилей. Их не останавливали обстрелы, бомбежки. Они мчались к пострадавшему. Руководил службой Александр Сергеевич Пучков.

Замены человеку на "скорой" быть не может. Компьютер, робот никогда не проникнется чувством и состраданием

У входа в ваше здание бюст Пучкова…

Николай Плавунов: Александр Сергеевич достоин не только бюста. Ему уместен памятник. Его имя должна носить улица в Москве. Без него не было бы современной "скорой". Ему мы обязаны созданием такой службы, разработкой ее идеологии, введению принципов централизованного управления. И не только в Москве, и не только в России.

В день юбилея не обойтись без экскурса в историю. Но мы-то с вами живем сегодня, и потому: что такое московская "скорая" 2019 года?

Николай Плавунов: Каждый год мы выполняем 4 миллиона вызовов. Вас удивляет, что "скорая" прибывает через считанные минуты. В этом нет тайны. У нас есть подстанции. Их сейчас 60. Они практически в шаговой доступности. И потому не опаздывают. Мы работаем по расчетному времени прибытия. Это время определяет информационная система и передает ее на планшет бригаде "скорой". На это время ориентируется бригада. Информационная система позволяет знать местоположение каждой бригады в любую минуту. И на вызов направляется ближайшая к пациенту.

У вас в кабинете четыре компьютерных экрана. Все городские ЧП со здоровьем на этих экранах отражены: сколько вызовов поступает, какие бригады выезжают и по какому адресу. Все-таки случается, что бригада, как кажется пациенту, могла бы приехать быстрее. Не приехала. Возникает жалоба. Как вы на это реагируете?

Николай Плавунов: Удивлю, много лет нет особых претензий к срокам, да и к качеству работы бригад.

Каждый день вы приезжаете в свой кабинет в центре Москвы в 8 утра. Когда уезжаете?

Николай Плавунов: Обычно в половине десятого, десять вечера. Не надоело ли мне жить в таком режиме? Не надоело! Возможно, потому что это не какое-то однообразие, а постоянное ощущение востребованности. Ни один день не похож на другой. Такая работа не может надоесть. Вот сегодня день 100-летия "скорой". Но это не отразилось на количестве бригад, на обращениях больных. "Скорая" всегда будет нужна людям. А завтра мы начнем готовиться к 150-летнему юбилею. Мы лично вряд ли доживем до него. Но сама служба, уверен, будет жить. И будет востребована.

100 лет бывает раз в 100 лет. Правительство Москвы готовит вам подарок?

Николай Плавунов: Конечно. Многие сотрудники отмечены наградами. А 24 октября в Государственном Кремлевском Дворце торжественный вечер-концерт. "Российскую газету" пригласим обязательно.

Бригада 491

Мои собеседники врач анестезиолог-реаниматолог Иван Бокарев и фельдшер бригады реанимации Михаил Шилин. Оба работают на 48-й подстанции. Она на улице Инженерной, дом 7. Трудятся тут с двухтысячного года. Каждый день в любое время дня и ночи они в среднем выполняют 12-14 вызовов. И как подсчитал наш фотокорреспондент, за 20 лет они выполнили почти 40 тысяч. Рекорд? Мои собеседники так не считают. Не надоело ли 20 лет оказывать экстренную помощь? Отвечают почти хором:

- Нет. Потому что это "жизнь - сутки-двое".

- Расшифруйте!

-Треть жизни проводим на "скорой". Мы убеждены, что занимаемся не только важным, но и очень интересным делом. Что может быть интереснее спасения жизни? И престижно работать в московской "скорой". Вот мой сын, - говорит Михаил Васильевич, - уже фельдшер 46-й подстанции. Младший учится в медицинском колледже. Наверное, и он придет работать на одну из подстанций.

А Иван Анатольевич добавляет: "Мои дети еще маленькие. Но часто приходят ко мне на работу. Не исключено, что со временем станут трудиться на "скорой". Это очень важно, когда появляются в "скорой" династии.

- А что самое сложное для вас в работе?

- Пропускать через себя боль пациента. Но при этом оставаться полностью мобилизованным для оказания помощи.

- А случалось, что вам не удавалось спасти человека?

- Не без этого. И это всегда страшная трагедия, личная боль.

Главный по вызовам

"Главный по вызовам" - это мой собеседник Александр Баютин. Если официально - заведующий оперативным отделом московской скорой помощи. Эту должность занимает с 2012 года. Видимо, есть какая-то притягательная сила в "скорой". Даже если она связана с самым уязвимым - приемом вызовов.

Александр Михайлович, на каждый вызов нужно откликаться или отказы возможны?

Александр Баютин: Отказы невозможны. Надо регистрировать каждое обращение, и тут же принимать решение о направлении той или иной бригады. Обычно в день 15 тысяч обращений. В нашем оперативном отделе 860 человек.

В основном мужчины или женщины?

Александр Баютин: 90 процентов - женщины.

Может, поэтому вам так нравится ваша работа?

Александр Баютин: В том числе. Но если всерьез, женщины, априори, более внимательны и милосердны.

Когда больше всего вызовов? Днем, ночью, в праздники, в будни. Когда?

Александр Баютин: Зимой вызовов больше. В праздничные дни, в выходные болеют реже. А в новогодние праздники больше всего вызовов 2 января. Сказывается обильное застолье 31 декабря и 1 января, отдых от праздника. А 2 января дает о себе знать обильное застолье, и вызовов больше.

Без сплетен

Наталья Лозинская, фельдшер по приему, передаче вызовов выездным бригадам. На "скорой" с 1979 года. Все время на одном и том же месте. На работу приезжает в начале девятого утра. И так уже сорок лет. Потому и ее спрашиваю: вам не надоела эта однообразная работа?

Наталья Леонидовна удивляется моей бестактности. О своей работе говорит с любовью: "Для меня "скорая" - коллектив, общение с людьми, ощущение постоянной возможности помочь. Такое надоесть не может. А коллектив у нас хороший, без сплетен. Хотя, казалось бы, что у нас преимущественно женщины, а женщины без сплетен не могут… Но, поверьте, так бывает".

Красавица Галина Васильева фельдшер по приему и передаче вызовов бригадам. Пришла на скорую в 2013 году.

- Что для вас самое трудное в работе?

- Помощь пациентам, живущим в домах без лифта. Вернее, не сама помощь, а необходимость нести по лестницам аппаратуру, укладки… Но никогда не было желания уйти. Потому что, когда поднялся на эти лестницы и человеку помог, забываешь, что нес такой груз.

Общество Здоровье Филиалы РГ Столица ЦФО Москва Колонка Ирины Краснопольской РГ-Фото
Добавьте RG.RU 
в избранные источники