Новости

24.03.2020 22:22
Рубрика: Культура

Сказка Венского леса

О новой повести Андрея Анпилова
В апрельском номере журнала "Новый мир" выходит повесть Андрея Анпилова "Зримый ветер". Стихи Андрея уже давно знакомы нашим читателям, а вот о прозе замечательного барда и поэта мы говорим сегодня впервые.
Художник Дмитрий Степанович Анпилов за работой на студии "Союзмультфильм". 1960-е Художник Дмитрий Степанович Анпилов за работой на студии "Союзмультфильм". 1960-е
Художник Дмитрий Степанович Анпилов за работой на студии "Союзмультфильм". 1960-е

Эта проза ближе всего к черно-белой фотографии. В ней та же благородная простота. Скупая подсветка любимых лиц.

Повесть "Зримый ветер" посвящена человеку, которого мы знаем с детства по титрам любимых мультфильмов "Умка", "Золотая антилопа", "Снежная королева", "Серая шейка", "Каникулы Банифация" и "Каникулы в Простоквашино". Среди многих имен в титрах мелькнет: Д. Анпилов.

Художник-мультипликатор Дмитрий Степанович Анпилов - отец поэта Андрея Анпилова.

Андрей вспоминает: "В раннем детстве я верил в мультипликацию, как в Деда Мороза. Тем более что и тем и тем был один и тот же человек - папа. Как потом оказалось..."

Андрей всегда вспоминает об отце на своих бардовских вечерах. Это не по сценарию происходит, а просто в какой-то момент Дмитрий Степанович оказывается в сюжете рассказа, стихов или песни.

Так, в прошлом году на вечере в детской библиотеке Андрей спел песню "Голубой Дунайчик", а перед этим рассказал одну историю. На днях я написал Андрею письмо, чтобы узнать, вошла ли эта история в повесть. Оказалось, нет, не вошла. И тогда я попросил Андрея рассказать ее читателям "Календаря поэзии".

Прежде чем предоставить слово Андрею, надо еще сказать: точка в истории про "Голубой Дунайчик" еще не поставлена. Андрей по семейным обстоятельствам живет сейчас в Вене. На берегу голубого Дуная.

Итак, рассказывает Андрей Анпилов:

"Отец окончил войну в Таллине, он был авиамеханик в эскадрилье ночных бомбардировщиков "Тазуя". И до 1946-го оставался на службе там же, в Эстонии.

Вспоминал, что в Таллине после войны недорогие пивные назывались "Голубыми Дунайчиками". Были такие "Голубые Дунайчики" и в других городах. И в Москве, конечно.

По выходным отцу вручали меня, маленького, и отправляли гулять по городу. Мама знала, что с ребенком отец не пойдет в компанию к бывшим фронтовикам. Так и было - отец мне издали показывал заведение в районе Марьиной Рощи, где мы жили - вот "Голубой Дунайчик". А внутрь мы не заходили.

Больше всего отец любил в музыке Моцарта. Но и Штрауса близко к сердцу держал и насвистывал и "Сказки Венского леса", и "На Голубом Дунае". И однажды повел меня в Кинотеатр повторного фильма, чтобы я увидел "Большой вальс", довоенный американский фильм, отец его обожал, как клочок мирной веселой жизни.

В кино я увидел, как Штраус едет с подругой утром по Венскому лесу и вдруг начинает сочинять на ходу.

На самом деле Венский лес - это не плоскость, а гора, заросшая лесом и виноградниками. Там даже две горки - Каленберг и Леопольдберг. Я был поражен, когда много лет спустя увидел их впервые, так фильму верил...

А Вену освобождал старший брат отца, полковник Иван Анпилов, командир артиллерийского полка. Он с довоенных времен был профессиональным офицером, война и служба были его работой, он ей подходил.

А отцу в мирное время больше шла мирная жизнь".

Кстати, совсем скоро, 13 апреля, исполнится 75 лет со дня освобождения Вены.

Перед вами песня

Голубой Дунайчик

  • Чёрно-белый мир,
  • скупой, послевоенный,
  • Еле выживший,
  • глядит на белый свет,
  • Как в измученной шинельке
  • немец пленный,
  • Нету слов,
  • да и губной гармошки нет.
  • Кроме флагов,
  • всё вокруг родного цвета
  • Штукатурки или снега,
  • всё подряд.
  • Что мой папа молча
  • думает про это,
  • Я не знаю, я всему на свете рад.
  • Он художник и солдат, я только
  • мальчик,
  • И помельче в лужах делаю шаги,
  • Знаешь, есть тут Голубой
  • один Дунайчик,
  • Там пьют пиво вечерами мужики.
  • Говорит мне это папа, улыбаясь,
  • Только мы пойдём
  • сегодня не туда.
  • Не сегодня я в Дунае искупаюсь,
  • Не сегодня и не завтра, никогда.
  • Мне мерещится неведомо откуда,
  • И за каждым возникает за углом
  • Голубое мироздание, как чудо,
  • Хрусталём переливаясь и теплом.
  • Там, где мужики
  • сметают пира крошки,
  • Празднуя победу вечно над судьбой,
  • Ангелы играют на губной гармошке
  • Пленный вальс,
  • Дунайчик этот Голубой.
Пишите Дмитрию Шеварову: dmitri.shevarov@yandex.ru
Культура Литература Календарь поэзии