Новости

14.05.2020 23:00
Рубрика: Общество

Думать позвоночником

Член-корреспондент РАН Николай Коновалов: Российские технологии востребованы в ведущих клиниках мира
Не люблю, когда опаздывают. Но на сей раз опоздание моего собеседника не только не огорчило, а, напротив, даже улучшило настроение. Объясню. Он - всемирно известный нейрохирург, ученый, член-корреспондент РАН, член правления Европейской ассоциации нейрохирургических обществ, заместитель директора НМИЦ нейрохирургии имени Бурденко, автор уникальных операций Николай Александрович Коновалов.
Николай Коновалов проводит очередную операцию. Центр нейрохирургии работает в условиях карантина. Фото: личный архив

За сорок минут до назначенной встречи Николай Александрович позвонил: "Только что вышел из операционной. Потому приеду на полчаса позже". Обычная ситуация? Что в ней радует? А то, что в этой ковидной пандемии, когда кажется, что вся медицина перепрофилирована на борьбу с СOVID-19, медики продолжают оказывать плановую и экстренную помощь. И люди, страдающие хроническими болезнями, пациенты, нуждающиеся в экстренной помощи, не брошены. И наша беседа с Николаем Александровичем началась с информации о проведенной операции.

Николай Александрович, это была плановая или экстренная операция? Обычная или уникальная? Какая?

Николай Коновалов: Сегодня это была вторая операция. Обе плановые. Первая продолжалась минут сорок. Вторая больше двух часов. Кто был на операционном столе? На первой молодой москвич с острейшим болевым синдром в ноге, вызванным грыжей диска в поясничном отделе позвоночника. Мы провели малоинвазивное удаление выпавшей грыжи. Кстати, когда я шел на вторую операцию, прооперированного пациента уже подняли. А завтра он уйдет домой. Вторая операция более сложная. У женщины был рак щитовидной железы с метастазами в двенадцатый грудной позвонок. Это вызывало сдавление спинного мозга и сказывалось болями в ногах. В общей сложности нам понадобилось четыре часа.

Что вы столько времени делали?

Николай Коновалов: Мы удалили опухоль. Освободив этим спинной мозг. Вместо удаленной опухоли поставили титановую конструкцию, которая обеспечивает стабильность позвоночника.

Так все просто? Откуда титановая конструкция? Отечественная или?..

Николай Коновалов: Когда как. Не могу четко отдать кому-то предпочтение. Иногда больше подходит импортная конструкция, иногда наша.

Николай Александрович, значит, в это "вирусное время" вы продолжаете работать в штатном режиме и вас не коснулось перепрофилирование?

Николай Коновалов: Непосредственно не коснулось. Но мы работаем в режиме карантина.

СOVID-19 влияет на наш позвоночник? В него не проникает вирус? Или таких данных пока нет?

Николай Коновалов: Данных о том, что коронавирус поражает позвоночник, практически пока нет. А вот данные о том, что он поражает центральную нервную систему, к сожалению, есть.

И что делать?

Николай Коновалов: Еще не пришло время комментирования этих данных. Их предстоит внимательно изучать.

Позвоночник, мне кажется, такой орган, который, как и головной мозг, никогда не откроет всех своих тайн. Вот как объяснить, что человек, который всегда нормально передвигался, вел здоровый образ жизнь, а потом стал передвигаться с трудом? Его начали мучить боли в этом самом позвоночнике. Даже считается, что о возрасте человека можно судить по его походке. А походка напрямую зависит от его позвоночника.

Николай Коновалов: Не только от позвоночника. К сожалению, я не могу сказать, что у здоровых людей с возрастом не наступят некие изменения в позвоночнике. Говорить, что такое происходит со всеми, неправильно. Но вероятность высокая.

Мы приговорены к палке?

Николай Коновалов: Ни в коем случае! Очень важна генетическая предпосылка развития изменений в позвоночнике. Если мы проведем МРТ людям в возрасте шестидесяти лет, то у одних вовсе не будет никаких изменений. У других они будут настолько выражены, что могут привести к глубокой инвалидности. Факторы риска развития тут и образ жизни, и склонность к стрессам, и занятия спортом, и лишний вес. Даже у людей, занимающихся физической культурой, следящих за собой, своим здоровьем, могут развиваться выраженные изменения не только в пожилом, но и в молодом возрасте.

Картина отнюдь не маслом! Значит, чуть ли не все мы в зоне риска. А вы можете нам помочь? Ведь здесь не может быть речи о некой вакцине или ином снадобье, которые нас избавят от позвоночных бед. Есть, конечно, болеутоляющие препараты. Их много. Но все они далеко не безразличны для нашего здоровья.

Николай Коновалов: Болеутоляющие не лечат. Они лишь сглаживают симптомы, не устраняя причины.

Спинной мозг и нервные окончания требуют самого деликатного обращения. А это не по силам ни одному роботу

Вы - признанный специалист не только в нашей стране. Вы не однажды стажировались в ведущих центрах США, Европы. Там лучше справляются с позвоночными проблемами?

Николай Коновалов: Отвечу не ради красного словца. Ради истины. Поверьте, на данный момент наши специалисты ничуть не уступают, а в некоторых направлениях превосходят иностранных коллег. А технологии... Сколько бы сейчас ни ругали глобализацию, она существует. Мир неделим. И то, что появляется в одной стране, неизменно используется в других.

Те же роботы пришли в спинальную хирургию? Вы в своих операциях робот Да Винчи, иную роботоаппаратуру используете?

Николай Коновалов: Робот Да Винчи, который так пришелся ко двору во многих областях хирургии, в спинальной нейрохирургии не применяется. У нас используются не менее выдающиеся аппараты для операционной визуализации и навигации. Спинной мозг и нервные окончания - такая нежная структура, требующая самого деликатного обращения. А это не по силам ни одному роботу. Только рукам нейрохирурга.

Откуда берутся такие руки? Вы сын великого нейрохирурга, Героя Труда, академика Александра Николаевича Коновалова. Выходит, сам Бог дал вам такие руки? Или этому все-таки можно научить? Вы выпускник Московской медицинской академии имени Сеченова. Вы стажировались в лучших нейрохирургических клиниках мира. Когда я смотрю подобные операции, у меня невольно возникает ощущение некоего уникального таланта хирурга. Я не права? Уникальность можно тиражировать?

Николай Коновалов: Я бы на первое место поставил долгие годы обучения и тренировок. Думаю, что при должном старании большинство хирургов могут добиться тех или иных выдающихся результатов. Что и доказывает наш центр нейрохирургии имени Бурденко. У нас много выдающихся специалистов мирового уровня в различных направлениях нейрохирургии.

Но так уж заведено: нет пророка в своем отечестве. Могут даже сказать: вот и Коновалов учился в зарубежных центрах...

Николай Коновалов: Просто не знают, что в наше время немало молодых иностранных специалистов из различных континентов земли хотят стажироваться в нашем центре. Мы участвуем в европейской ассоциации нейрохирургических обществ, во Всемирной федерации нейрохирургических обществ. Это позволяет нам не только приобретать международные знания, но и внедрять российские разработки и технологии в клиниках мира.

А то, что вы, Николай Александрович, член правления Европейской ассоциации нейрохирургических обществ, отвечающий за постдипломное образование и рекомендательные протоколы в Европе, как-то сказывается на образовании наших специалистов? Или это только на пользу иностранным коллегам?

Николай Коновалов: Для нас в приоритете образование российских нейрохирургов, приумножение традиций российской нейрохирургической школы. И у нас есть возможность вводить в российскую практику нейрохирургии разумные аспекты зарубежной.

Житейские вопросы возможны? У человека диагностирована опухоль спинного мозга. Перестают работать ноги, руки. Куда обратиться? Искать по интернету зарубежную клинику?

Николай Коновалов: Ни в коем случае! Хотя в идеале каждый человек имеет, во всяком случае должен иметь право выбора места лечения, доктора спасения. Но... По большому счету - и он проверен практикой - делать этого не надо. У нас, поверьте, есть специалисты, есть возможности справиться с этим страшным недугом. В нашем центре это делается ежедневно.

Скажем, моей любимой героине тете Маше из подъезда нужна операция по поводу грыжи шейного отдела позвоночника. Как ей попасть именно в ваш центр? Или это можно сделать в другом медучреждении Москвы? Или подобная операция нужна человеку, который живет за тысячи километров от Москвы?

Николай Коновалов: У нас хорошее поликлиническое отделение. Туда может обратиться любой нуждающийся в лечении.

Телемедицина задействована в нейрохирургии?

Николай Коновалов: Задействована давно. Мы проводим консилиумы с участием пациентов и различных специалистов.

И все-таки... Все-таки: палки бросить можно? Или походка выдает возраст сегодня и во веки веков?

Николай Коновалов: Не отвечу за "во веки веков". А сегодня... При большом желании можно все. Но с возрастом смущаться палочки не нужно. Ее надо воспринимать как дополнительную точку опоры, которая помогает дальше счастливо жить.

А скандинавская ходьба? Она действительно полезна или это очередная дань моде?

Николай Коновалов: Думаю, что полезна. Две спортивные палки в руках улучшают координацию и включают в ходьбу мышцы всего организма.

Вы с малых лет катаетесь на горных лыжах. Обойдетесь на старости лет без палок?

Николай Коновалов: Вот этого точно никто не знает. Но буду к этому стремиться.

Визитная карточка
Член-корреспондент РАН Николай Коновалов. Фото: личный архив

Николай Александрович Коновалов родился в Москве в 1971 году.

В 1994 году окончил ММА имени Сеченова. После окончания вуза начал работать в НИИ нейрохирургии имени Бурденко.

Проходил повышение квалификации и стажировку в США, четырехгодичные курсы Европейской ассоциации нейрохирургов, курсы Всемирной ассоциации нейрохирургов.

Специалист в области спинальной нейрохирургии. Под его руководством разработаны направления малоинвазивных вмешательств с применением эндоскопических техник, интраоперационной томографии, роботизированной навигации для сложнейших нейрохирургических операций.

Автор более двухсот научных работ, 10 монографий по нейрохирургии.

Жена Николая Александровича София экономист. В семье трое детей: восьмилетний Саша, пятилетняя Ева и четырехлетняя Николь.

Общество Здоровье Медицина и здоровое питание Интервью Ирины Краснопольской