Восхождение на вершину Земли

Двадцать пять лет назад россиянину Михаилу Малахову и канадцу Ричарду Веберу удалось сделать то, чего никто и никогда уже не сможет повторить
Рано утром 15 июня 1995 года из маленького поселка Резолют Бей на Крайнем Севере Канады вылетел небольшой двухмоторный самолет авиакомпании "Брэдли". Самолет взял курс на остров Уорд Хант. Накануне в Резолюте было получено сообщение, что Михаил Малахов и Ричард Вебер выполнили программу похода на Северный полюс и находятся всего в нескольких милях от земли на льду Ледовитого океана.
Ричард Вебер (слева)и Михаил Малахов: первые секунды на Большой земле.
Ричард Вебер (слева)и Михаил Малахов: первые секунды на Большой земле.

Двое и хижина

15 июня к полудню по среднеевропейскому времени они должны были прийти в единственную на острове Уорд Хант хижину. В самолете авиакомпании "Брэдли" было два свободных места для Малахова и Вебера, которых предстояло снять с Уорд Ханта, доставить в Резолют Бей, а оттуда - на Большую землю, где их уже ждали дети, жены, журналисты, вкусная еда, мягкие постели и горячий душ. Там, на Большой земле, их ожидала Слава. Они совершили то, чего не удалось совершить никому на протяжении ХХ века, и вряд ли кому удастся совершить в веке нынешнем.

Полярной ночью они пешком дошли до Северного полюса и пешком вернулись обратно. Без какой бы то ни было поддержки.

Одни.

Пешком.

Арктические льды движутся со скоростью пешехода.

Двое и маршрут

По крайней мере, дважды за время путешествия они делали то, чего не делал ни один арктический путешественник в мире. Во-первых, они начали свой маршрут полярной ночью, в кромешной темноте. Это было нужно, чтобы успеть одолеть весь путь до полюса и обратно до активного таяния льдов. В противном случае им пришлось бы вызвать вертолет и смириться с поражением.

Во-вторых, ни одна лыжная экспедиция не делала на полярных маршрутах складов топлива и провианта. У Малахова и Вебера другого выхода не было. Для того чтобы дойти до полюса и вернуться обратно своим ходом, надо было тащить с собой по 230 килограммов груза на каждого. С такой поклажей пройти намеченный маршрут по льдам и торосам в кромешной темноте на диком холоде было, конечно, невозможно.

Они решили сделать то, чего никто никогда не делал.

Они прошли с грузом сорок четыре мили на север от Уорд Ханта и заложили первый склад с провиантом и топливом. Потом сорок четыре мили шли пешком назад. Отдохнули и снова пошли с грузом на Север. На этот раз шесть миль. Заложили второй склад. Потом снова вернулись на Уорд Хант.

И только после этого, взвалив на себя оставшийся груз, они пошли к полюсу.

Малахов и Вебер уже возвращались назад, когда льды стали интенсивно таять, все чаще и чаще им попадались полыньи. Если бы они столкнулись с открытой водой, им пришлось бы вызывать вертолет. А это означало поражение, коту под хвост четыре месяца тяжелейшего пути на полюс и обратно. И они решили идти, практически не останавливаясь, без сна. По ледяным торосам. Они дошли до точки старта - Уорд Ханта за восемь суток.

Когда я встретил их в самом северном канадском поселке Резолют Бей, то поразился двум вещам: первая - Малахов истощал, вторая - его глаза горели каким-то странным внутренним светом.

Малахов и Вебер в Оттаве, в лучах славы.

Двое и запахи

Много позже он рассказал мне, что, как врач, действительно заметил за собой одну странность. После двух месяцев непрерывного полярного путешествия у него обострились зрение, слух, обоняние, зато притупился вкус: он мог есть все, что было полезно, вне зависимости от того, вкусно это или нет. Человеческий организм вскрывал в себе заложенные, но невостребованные силы, становился совершеннее. Врач Малахов с удивлением наблюдал эти биохимические трансформации Малахова - полярного путешественника. Когда после возвращения с полюса он долетел до родной Рязани и вышел по дороге из аэропорта, чтобы сфотографироваться в березовой рощице, вдруг с удивлением обнаружил, что почувствовал резкий запах березового сока. Никто из стоящих рядом даже не предполагал, как пахнет этот сок. Он чуял этот запах.

Через две недели чувства вошли в норму, но неведомо откуда пришла тоска по Северу, по полюсу, по той необычайной силе, которая несла их как на крыльях.

Фритьоф Нансен. Исследование Арктики во время двухлетнего ледяного дрейфа на корабле "Фрам". Открытка.

Двое и великие

Великий Фритьоф Нансен, стартовавший к полюсу в 1893 году на корабле "Фрам", вмерзшем в лед, прожил в Арктике три года.

Американец Фредерик Кук, пятнадцать лет спустя достигший полюса на собачьих упряжках, потратил на свое арктическое путешествие полтора года.

В какой-то момент Нансен понял, что его "Фрам", вмерзший в льдину, дрейфует мимо полюса. И тогда он принял тяжелое решение: он расстался со своим кораблем и вдвоем с самым сильным членом своей команды Ялмаром Йохансеном попытался пешком достичь заветной точки. Они не смогли одолеть этот путь, он оказался даже для них слишком тяжелым: торосы и открытая вода. Они сумели дойти до одного из островов Земли Франца Иосифа и встали там на зимовку. Больше Нансен на полюс не попадет.

Великий полярник Руал Амундсен, достигший Северного полюса на дирижабле "Норвегия" вместе с замечательным конструктором этого аппарата итальянцем Умберто Нобиле, спустя некоторое время рассорился со своим партнером. Они не хотели больше видеть друг друга. Но когда Нобиле потерпел катастрофу в путешествии к полюсу на дирижабле "Италия", Амундсен не раздумывая вылетел со Шпицбергена на северо-восток спасать своего врага. Через три часа самолет, на котором он летел, разбился в Баренцевом море.

Все, что сделали Малахов и Вебер, в сущности укладывается в одно простое понятие - на исходе века они вернули полярному путешествию формулу, присущую ему изначально: Земля-Полюс-Земля. Отказавшись от самолетов и поддержки, они сознательно поставили себя в один ряд с великими путешественниками Пири, Нансеном, Амундсеном и Куком. В этом отношении им удалось соединить цепь времен, связать концы веков - девятнадцатого и двадцатого, возродив не только формулу арктических путешествий, но и общественный идеал человека, существовавший на исходе золотого ХIХ столетия: интеллектуала с тренированными мышцами, способного совершать поступки в соответствии с представлениями о чести и долге.

Почтовый конверт, посвященный переходу Михаила Малахова и Ричарда Вебера.

Двое и вершины

Прекрасно образованный, великолепно сложенный, умница, Михаил Малахов по общему признанию - самый выдающийся на сегодня полярный путешественник в мире. Он - один из немногих в России, составляющих ее реальную, а не выдуманную политологами и журналистами историю.

В двадцать первом веке Северный полюс стал доступен многим. Не только героям-полярникам, выдающимся одиночкам и хорошо тренированным командам. На полюс поехали туристы. Известны цены: тур на вершину Земли стоит от двадцати тысяч евро. Желающих заплатить такие деньги за возможность постоять на полюсе - предостаточно. Желающих попасть туда и не располагающих такими суммами - в разы больше.

Однажды американский полярник Билл Стигер достиг полюса после многодневного и тяжелейшего перехода по льдам. Когда его навигатор GPS издал характерный сигнал, удостоверяющий, что он находится на полюсе, несчастный Стигер заметил неподалеку русский вертолет, подле которого было расчищено небольшое футбольное поле, на котором (как выяснилось потом) не совсем трезвые "пацаны" из Красноярска разыгрывали полярный матч, изрядно при этом матерясь. Стигер некоторое время понаблюдал происходящее, отвернулся и зарыдал.

Да, полюс стал доступен многим, может быть, даже слишком многим. Но Стигеру просто не повезло. Дело в том, что в отличие от Южного полюса, который представляет из себя земную твердь, покрытую снегом и льдом, Северный - не твердь, а океан. Льды на нем движутся, дрейфуют. Примерно со скоростью пешехода. На Южном полюсе вы можете оставить воткнутый в снег флажок и через год вернуться сюда, найдя свой флажок по-прежнему стоящим в той самой точке. На Северном это невозможно. Через год ваш флажок переместится на достаточно большое расстояние. Нансен доказал наличие в этих широтах сильного течения от Восточной Сибири к полюсу и оттуда к Гренландии.

Руал Амундсен.

Что это означает? Это означает, что полюс Нансена, полюс Кука, полюс Амундсена, полюс Малахова и Вебера уже никто и никогда не сможет оскорбить тупым туристическим весельем, пьяной бранью или брошенным окурком. Их полюса, ушли с этой географической точки и дрейфуют где-то на бесконечных просторах Арктики.

Эти именные вершины земного шара навсегда останутся чистыми и высокими, как дела и мысли тех, кто к ним стремился в разное время из разных стран и городов.

Фредерик Кук.