Новости

20.08.2020 06:13
Рубрика: Общество

Как оживала Тымь

Сахалинские предприниматели спасли нерестовую реку от браконьеров
Несколько жителей поселка на северо-востоке Сахалина сделали невозможное: справились с браконьерством там, где оно процветало долгое время, принося кому-то огромные нелегальные доходы и уничтожая экосистему региона.
В это лето Тымь неожиданно стала рекой, не обезображенной браконьерскими сетями. Фото: Дмитрий Лисицын В это лето Тымь неожиданно стала рекой, не обезображенной браконьерскими сетями. Фото: Дмитрий Лисицын
В это лето Тымь неожиданно стала рекой, не обезображенной браконьерскими сетями. Фото: Дмитрий Лисицын

Чем удивить эколога

Нынешним летом в притоки Тыми зашла горбуша. Вроде бы, что тут странного, на то она и нерестовая река - богатейшая, вторая по важности после Пороная на Сахалине. Само название происходит от нивхского слова "тымы" - ямы на дне, куда рыба откладывает икру. Вот только в последние годы браконьеры выгребли лосося подчистую, не пропуская его в верховья, ни о каком нересте в пустой реке не могло быть и речи. Активисты-экологи совместно с правоохранителями пытались усилить охрану Тыми, но уголовные дела в отношении незаконных рыбодобытчиков успешно разваливались, а остатки горбуши, все еще заходящей в реку, истреблялись так же, как раньше.

- В начале августа мы провели очередную экспедицию по оценке заполнения нерестилищ горбушей, - рассказывает руководитель общественной организации "Эковахта Сахалина" Дмитрий Лисицын. - Прошли сплавом по Тыми и увидели крайне необычную для последних лет картину: на протяжении более чем 200-километрового маршрута нет ни одной браконьерской сети.

Сахалинцы поймут. Это не просто необычная картина - немыслимая. Впрочем, по словам Лисицына, две скромные попытки незаконного вылова в самых глухих местах на глаза экологам все-таки попались. В обоих случаях "рыбаки" немедленно сбежали, увидев незнакомую лодку. И это в краю непуганых браконьеров, традиционно чувствующих себя хозяевами!

- Даже в нивхском поселке Чир-Унвд, где в это время обычно кипит рыбалка, друг за другом заводят закидные невода множество бригад аборигенов и маскирующихся под них нелегальных добытчиков, а по берегу снуют машины скупщиков рыбы, на этот раз абсолютно тихо и пустынно, - продолжает Лисицын. - Зато много было горбуши, поднимающейся вверх по реке.

Посты на берегу

Нет, у браконьеров не проснулась вдруг совесть. Все проще. В этом году за дело взялись мужики из поселка Ноглики, который стоит на реке Тымь. Владелец автотранспортного предприятия Олег Путинцев с группой единомышленников закупил несколько легких лодок с мощными водометными моторами, несколько внедорожников "УАЗ Патриот" и жилых вагончиков со всем необходимым, а потом пригласил три десятка отставных спецназовцев. В итоге получились пять стационарных постов, две мобильных автомобильных группы на берегу и несколько ведущих контроль по воде на лодках. Дополнительная команда на катере работает по всему Ныйскому заливу, в который впадает Тымь, а еще две ведут борьбу с браконьерством на реке Набиль и в Набильском заливе. Плюс автомобильные группы регулярно проводят рейды на реках Даги и Вал.

Помощь пришла вовремя, убежден Дмитрий Лисицын.

- В Ногликской инспекции рыбоохраны на весь огромный район в 2020 году, в разгар лососевой путины, остался один-единственный инспектор, он же начальник, - рассказывает эколог. - И по технике безопасности он даже не может выехать на реки в одиночку. Двое других ногликских инспекторов под арестом ждут суда по обвинению в коррупции и "крышевании" браконьеров.

Вопрос "Зачем лично вам это надо было?" Путинцев воспринимает почти с обидой.

- Но ведь мы живем в Ногликах и уезжать отсюда не собираемся! - отвечает он. - Чем здесь занимаются? Охотой и рыбалкой. И я рыбак. Хорошо вижу, что происходит. Было время, когда косяки лосося поднимались на нерест на 150 километров вверх от устьев рек. Это удивительное зрелище, любовались им каждый год. А сейчас? Браконьер на браконьере, сетка на сетке. Люди живут одним днем. Нарезали рыбы, забрали икру, продали. Получили какой-то сиюминутный гонорар. И успокоились. А что будет дальше, когда лосося не станет, никто не задумывается. А ведь прецеденты в наличии. На юго-западе Сахалина, в реке Поронай рыбы уже нет, всю повырезали, в заливе Анива осталось совсем немного. Без охраны водоемов не будет заполнения нерестилищ. Разговаривали об этом с мужиками, разговаривали и решили заняться защитой Тыми сами. Нашу точку зрения разделили представители КМНС - и это приятно. Очень повезло, что поддержали правоохранительные органы. Иначе бы ничего не получилось. В рейдах мобильных групп нередко принимают участие сотрудники полиции.

В Ногликской инспекции рыбоохраны остался один-единственный инспектор. Двое других ждут суда по обвинению в коррупции и "крышевании" браконьеров

В связке с силовиками

- Своими действиями Олег Путинцев оказывает помощь в пресечении браконьерства, - рассказывает руководитель Сахалино-Курильского территориального управления Росрыболовства Самир Кулиев. - При обнаружении противоправных действий привлеченные им работники сообщают в правоохранительные органы.

Еще они снимают нелегальные сети, следят за тем, чтобы неводы у представителей коренных народов были должным образом маркированы, а улов отражался в специальных листах учета. Задержания, конечно, не проводят - это работа силовых структур. Но с подачи добровольных помощников наряды полиции составили уже девять протоколов. А в большинстве случаев и протоколы не нужны: кому захочется доказывать свое право на нелегальную ловлю бывшим спецназовцам…

- Впервые за 17 лет в верховья реки Тымь массово зашла сима, сейчас - горбуша. Пограничное управление активно ведет борьбу с браконьерством в море. Но самая большая беда для Сахалина - это незаконная добыча тихоокеанских лососей на нерестилищах, - подчеркивает руководитель агентства по рыболовству Сахалинской области Иван Радченко. - Полномочия по пресечению браконьерства в реках относятся к территориальному управлению Росрыболовства. Но на Сахалине тысячи нерестовых рек, и проконтролировать их все инспекторам, которых в районах иногда всего по два человека, к сожалению, не удается.

Кто должен?

Уникальность ногликской истории в том, что ни сам Олег Путинцев, ни его друзья не имеют отношения к рыбному бизнесу. А вот охрана рек рыбопромышленниками, ведущими на них промысел, - довольно распространенная на Дальнем Востоке практика. Например, в 2016 году на Камчатке была создана ассоциация "Река Большая". На западе полуострова рыбопромышленники объединили усилия, чтобы вести борьбу с нелегальным промыслом в бассейнах рек Большая и Опала, находившихся под самым сильным браконьерским прессингом. Общественные инспекторы работают совместно с сотрудниками Росрыболовства, пограничниками и полицией. Только за одну декаду августа они провели 265 рейдов и 499 проверок. За четыре года удалось добиться такого заполнения рек на западе Камчатки, какого не было давно.

Обеспечивают охрану нерестовых рек и сахалинские рыбопромышленники. Но не все и не везде. В любых регионах эти инициативы добровольные. Перевести их в обязательные не удается.

- Правительство Сахалинской области неоднократно обращалось в Росрыболовство, говоря о необходимости законодательного закрепления охраны рек не только органами государственной власти, но и пользователями рыболовных участков. Пока эти предложения не приняты, - резюмирует Иван Радченко.

В регионах Общество Природа Общество Экология Филиалы РГ Дальний Восток ДФО Сахалинская область