Новости

18.11.2020 20:12
Рубрика: Экономика

COVID спутал деньги

На чем регионам придется серьезно экономить в ближайшие три года
Сегодня регионы формируют бюджеты на следующую трехлетку. Им необходимо предусмотреть финансовые маневры на случай нового обострения кризиса из-за пандемии.

Какие потери можно компенсировать, а от каких трат придется отказаться? Как защитить региональные финансы от вируса? Об этом на "Совете с экспертом" в "Российской газете" мы говорили с доктором экономических наук, директором Института реформирования общественных финансов, руководителем Центра региональной политики РАНХиГС Владимиром Климановым.

Вопросы задавали наши собкоры, которых волновала ситуация в регионах, где из-за эпидемии бюджеты потеряли налоговые доходы. Были у нас и предложения, как можно пополнить местную казну в это непростое время. Например, выпустить народные облигации. Задали и отчасти провокационный вопрос, который "витает в воздухе": не пора ли обязать власти регионов закупать товары только у своих производителей.

Владимир Климанов - ведущий эксперт по региональным финансам - провел во время видеоинтервью презентацию "Региональные бюджеты в эпоху пандемии". И подробно рассказал, где самое дорогое лечение, другие бюджетные услуги, а где - самое большое падение доходов. И почему Тверская область даже в пандемию оказалась с прибылью.

Инфографика "РГ"/ Леонид Кулешов/ Ольга Бухарова

Нацпроекты - к финансам

Немалые средства тратят сами регионы и федеральный бюджет на защиту от новой коронавирусной инфекции. Это продолжится и в 2021 году.

Недавно регионам распределили миллиард рублей для тестирования на COVID-19. Есть и другие "вливания на корону". Их эффективно тратят?

Владимир Климанов: В мае был конфуз по доплатам медикам. Около 50 регионов не выплатили им вовремя деньги. О чем это говорит? Если сразу более половины регионов что-то не сделали, значит, система не сработала, а не губернаторы.

За этим надо следить и разбираться, почему и на каком этапе произошел сбой. Главный критерий - срок доведения денег до конечного получателя: медика, лаборатории, а не до региона. Чувствуете разницу? В отчетах фиксируется, как быстро деньги дошли до региона. А на местах их, может быть, не могут раскассировать, потому что нет утвержденных правил. Что и было с медиками.

Следует ли в этой ситуации расширять социальные обязательства? Например, в Калининградской области в 2021 году вырастет число занятых в бюджетной сфере, объем средств на благоустройство, дороги, инфраструктуру ЖКХ.

Владимир Климанов: Не исключаю, что деньги на все это идут в рамках одного из нацпроектов. Например, "Безопасные и качественные автомобильные дороги", "Жилье и городская среда". Там есть наращивание средств, которое обусловлено федеральными трансфертами.

Что касается занятости, то опять, скорее всего, федеральная повестка. Если это так, то бюджету региона ничего не угрожает. А вот с региональными инициативами, вы правы, надо быть осторожнее.

А как дела с расчетом долговой устойчивости регионов? Его хотели ввести с 2021 года.

Владимир Климанов: Принято решение отложить ввод новой системы ранжирования регионов или их групп по степени долговой устойчивости.

Это, конечно, не полный комплект для резильентности (способности противостоять и восстанавливаться от экономических потрясений) или для бюджетной устойчивости в целом. Но хотя бы в части долга - уже хорошо. Но расчет долговой устойчивости опять отложили. И это плохо.

Есть подозрение, что многие регионы пойдут по пути искусственного наращивания объемов, лишь бы потом претендовать на дополнительную финпомощь. Раз все заглушается федеральными деньгами, значит, давайте больше просить дополнительных дотаций.

Народные облигации помогут избавиться от долгов

Если у региона будет дефицит бюджета, значит, и сокращение расходов. Процесс болезненный, предупреждает Владимир Климанов.

Регионы уже начали замораживать свои расходы, чтобы направить деньги на борьбу с распространением COVID-19. Правительство Сахалина, например, прекратило субсидировать авиарейсы Москва - Южно-Сахалинск - Москва.

Владимир Викторович, какие еще статьи расходов замораживают в регионах?

Владимир Климанов: Первое, что сокращают - четвертый раздел расходов бюджета. Это затраты на национальную экономику. В данном случае - региональную.

Здесь значительная часть инвестиций несоциального характера. Строительство не школ и больниц, а дорог, объектов инженерной инфраструктуры. Там же зашиты субсидии производителям. Немало их, например, идет на сельское хозяйство.

Стараются резать и первый раздел - "общегосударственные расходы", в котором зашиты расходы на зарплату чиновников и функционирование органов власти. Но это чаще декларативная вещь, хотя такие расходы нужно сократить.

Но как это сделать адекватно? Многие регионы уже сидят на ограничениях по первому разделу. Минфин при предоставлении бюджетных кредитов или при работе с высокодотационными регионами заключает соглашение, где есть прямой запрет роста расходов на суммарные зарплаты чиновников.

А как вы думаете, в 2021 году регионам придется более активно сокращать расходы? Это будет чувствительно?

Владимир Климанов: Придется. Раз будет дефицит бюджетов, значит, и сокращение расходов. И это может быть чувствительно.

Ведь, если честно, в регионах большая доля того, что сокращать нельзя. До 30-40 процентов - расходы на образование. На среднее и дошкольное. Что сократить? Зарплату учителей? Тем не менее регионы должны будут что-то сокращать.

Правительство готово простить им долги по бюджетным кредитам, если они вкладывают деньги в инфраструктуру. Например, туристическую. А регионы готовы ?

Владимир Климанов: Замечу, речь идет не только о туризме, но и о других отраслях, которые могут дать толчок экономике региона. Но есть исключения, например, добывающие производства.

Все это имеет место быть, но меня волнует то, что на самом деле мы фактически замораживаем ситуацию с долгами. Вместо того, чтобы решить проблему закредитованности, создаем стимулирующие механизмы для новых инвестпроектов.

В моем понимании, задолженность надо бы перевести, например, в дополнительную финпомощь. В любом случае, нужен механизм, чтобы каким-то образом упростить ситуацию с долгами регионов.

Но пока его нет. Подскажите, на чем регионы могут сегодня заработать. На Дальнем Востоке, например.

Владимир Климанов: Мы рекомендуем готовые к реализации новые инвестпроекты с ориентацией на восточные рынки не останавливать, а запускать.

На территории Дальнего Востока действует сочетание самых разных факторов, приемов работы с инвесторами для их локализации в этих местах. Там есть особые экономические зоны, территории опережающего развития, режим свободного порта. Есть поддержка моногородов. То есть все инструменты развития территории.

Владимир Климанов: Облигации регионов, доступные для людей, - это перспективно. Других выгодных вложений у населения сегодня практически нет

Но что-то "не стреляет". Почему? Одна из проблем - на Дальнем Востоке очень затратная энергетическая инфраструктура - и по тарифам, и на строительство. Федерация должна договориться с энергетиками, чтобы они эти повышенные затраты компенсировали внутри своих холдингов, а не перекладывали в полном объеме на плательщиков.

Граждане, которые хранят деньги на депозитах и недовольны процентами, готовы дать в долг регионам. Как, по-вашему, будут выпускать народные облигации?

Владимир Климанов: Было бы перспективно пойти по пути роста государственных ценных бумаг. Всё вы правильно говорите: других выгодных способов вложения средств у населения и предприятий практически нет. А свободные ресурсы есть. 35 триллионов лежит на депозитах. Но у регионов нет свободы проводить долгосрочную политику по доступным для населения облигациям. Вся игра идет в бюджетные кредиты. Было их меньше 900 миллиардов, а стало более триллиона. Рост за три квартала - 150 миллиардов.

В пандемию быть бедным оказалось выгодно

Чем выше зависимость региона от федеральной казны, тем меньше он страдает от снижения своих доходов, делает вывод Владимир Климанов. Мы обсудили с ним ситуацию с региональными бюджетами в период карантина.
Владимир Климанов: Если сразу более половины регионов что-то не сделали, значит, система не сработала, а не губернаторы такие плохие. Фото: Владимир Климанов

Выходит, в пандемию быть бедным регионом выгодно?

Владимир Климанов: Действительно, многие сильные регионы пострадали достаточно активно. Упали их доходы, которые в основном формируют налог на прибыль и налог на доходы физлиц (НДФЛ), а у сырьевых - еще и налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ).

По данным на 20 октября, сбор от налога на прибыль в среднем упал более чем на 18 процентов. НДПИ - почти на 7 процентов. И только с небольшим плюсом - НДФЛ. В конкретных регионах минусы, понятно, значительнее.

И беда, что сильным регионам часто дополнительную финансовую помощь не предоставляют. А слабых Федерация вытягивает. Даже распределение дополнительной дотации на сбалансированность - 200 миллиардов рублей - шло по двум критериям. По остроте падения доходов и по объему приоритетных расходов.

Из общего распределения исключили несколько регионов, посчитали, что им не нужны дополнительные дотации. Это Москва и Московская область, Санкт-Петербург и Ленинградская область, Ханты-Мансийский автономный округ, Ямало-Ненецкий АО, Тюменская область, Ненецкий АО, Сахалинская область. И туда почему-то попали еще Чукотка, Магаданская и Амурская области.

Значит, они, наверное, могут справиться сами.

Владимир Климанов: Мы знаем, в Амурской области экономический бум за счет продолжения строительства газохимического комбината. Прибавьте сюда мост через Амур и газопровод "Сила Сибири". На Чукотке тоже рост, надо сказать, неожиданный. Но все остальные регионы - нефтяные и столичные - просто взяли и исключили из анализа. Почему? Не до конца понятно. Татарстан, Башкортостан или Свердловская область, которые вполне регионы-доноры, тем не менее дополнительную финансовую помощь получили, и достаточно большую.

Но в целом федеральная помощь все-таки является инструментом повышения шокоустойчивости регионов. И это правда. Чем выше зависимость региона от федеральной казны, тем он меньше страдает от снижения доходов. Свои дотации и трансферты он в любом случае получит. Чего не скажешь о регионах-донорах. То есть в условиях кризиса 2020 года быть бедным оказалось выгодно.

Пора, наверное, менять такую систему?

Владимир Климанов: Без сомнения. Сейчас, получается, выгоднее прибедняться, а не гордиться достижениями.

Труднее всего в пандемию пришлось бюджетам сильных регионов, которые живут "на свои деньги". Федеральная казна им почти не помогает

Помню, когда Калужская область лет пять назад влетела в компанию регионов-доноров, ее губернатор (тогда им был Анатолий Дмитриевич Артамонов) сразу сказал: "Мы тут же потеряли в деньгах, потому что перешли на другой уровень софинансирования". Он тогда констатировал: странная вещь - регионом-донором быть невыгодно.

Получается, механизмы, которые существуют, являются антистимулами для повышения собственного налогового потенциала. Так что менять систему нужно, она зашла в тупик, это очевидно. И с долгами, и с повышением целевых трансфертов, и в их излишней детализации.

Так насколько критична сейчас ситуация с бюджетами регионов?

Владимир Климанов: Здесь двоякая ситуация. С одной стороны, долг у регионов вроде бы высокий, а в некоторых субъектах - критичный совсем. С другой стороны, Федерация все время не дает доводить ситуацию до банкротства.

Главное, чтобы у Федерации деньги не кончились?

Владимир Климанов: У федерального бюджета подушка безопасности внушительная - 12 процентов валового внутреннего продукта в Фонде национального благосостояния.

Владимир Викторович, пока мы говорили про трудности регионов и резком снижении их доходов, прошло сообщение ТАСС. Объем налоговых поступлений в бюджет Тверской области с начала 2020 года составил 36,9 миллиарда рублей, что на 2,3 миллиарда больше, чем годом ранее. Выходит, и в пандемию можно развиваться?

Владимир Климанов: Там есть рост в сельском хозяйстве, во внутреннем туризме и смежных отраслях. Росатом, конечно, внес свою лепту.

Кроме того, в этом году в области открылся общероссийский распределительный центр одной из крупнейших логистических компаний. И поэтому область, конечно, выиграла в условиях пандемии.

Новость приятная, но такое не всем по силам?

Владимир Климанов: Да. Но нужно к этому стремиться.

Налоги теряют в лесу и на дорогах

Во многих регионах есть программы и акции "Покупай местное". Они помогают производителям, в основном продуктов питания, попасть на полки крупных торговых сетей. Но эти истории еще и финансовые: налоги, зарплата остаются в регионе. И мы задали отчасти провокационный вопрос.

Владимир Викторович, в сложившихся условиях не пора ли обязать регионы закупать товары у своих производителей и только потом искать на стороне? Как считаете, это поможет бюджетам?

Владимир Климанов: В целом я против. Вообще, надо разбираться, как такие преференции стыкуются с законом о конкуренции, с требованиями антимонопольной службы.

Все-таки единое государство подразумевает единый рынок товаров, свободное их перемещение, как и всего остального. А региональные преференции создают пусть не прямые, но ограничения для этой свободы.

Нельзя регионам закрывать свои рынки от других. Это снизит доступность товаров и конкуренцию

Последний раз я слышал о таком в августе 1998 года, когда все начали устанавливать межрегиональные торговые барьеры. До анекдотов доходило. Когда запретили вывоз сельхозпродукции из Краснодарского края, то не могли производить подсолнечное масло. Подсолнечник нельзя было вывезти. Так что это мы уже проходили.

А как же карантинные меры? Вдруг, как весной, регионам придется ограничить въезд?

Владимир Климанов: Карантинные меры - это одно. А хозяйственные связи, которые должны носить общенациональный характер, другое.

Создавать какие-то преференции для регионального брендирования, безусловно, нужно. Понятно и стремление, чтобы поставщики, производители были местными.

Конечно! Налоги останутся в регионе.

Владимир Климанов: Знаете, я многим финансистам говорил: если вы хотите повысить налоговые поступления, пройдите по своим хозяйственным объектам. И заставьте обособленные структурные подразделения, особенно те, что дороги строят, встать на учет в вашем регионе.

Потому что они, как правило, прикомандированные. И ничего не приносят региону. Вся лесозаготовка идет мимо муниципалитета, где она проводится. Ее НДФЛ в местный бюджет не поступает, он идет в бюджет, где зарегистрирована лесозаготовительная компания. Нужно всячески стремиться локализовать налогообложение.

А делать ставку на замкнутость экономических региональных рынков не стоит. Где-то это, может, и оживит на время экономику. А где-то снизит конкуренцию и доступность товаров.

Инфографика "РГ"/ Антон Переплетчиков/ Ольга Бухарова

Эпидемия оставила территории без закромов

В Югре из Резервного фонда округа выделили средства на бесплатные лекарства людям старше 60 лет и тем, кто имеет хронические заболевания. Нас интересовало, какая ситуация в других регионах. Откуда, кроме бюджета, в пандемию они могут взять деньги?

Владимир Викторович, Югра - регион не бедный. А насколько глубоко залезли в карман с неприкосновенными запасами другие регионы?

Владимир Климанов: Есть два вида региональных резервных фондов, это отражено в законодательстве.

Первый - Резервные фонды субъектов Федерации. Есть такой в Югре. На Сахалине когда-то был большой фонд. Второй - Резервные фонды правительств регионов. Они лимитированы 3 процентами от расходной части бюджета.

У Югры большой бюджет. Есть возможность создавать фонды. У слабого региона фонда либо вообще нет, либо он маленький. Но в любом случае, нельзя назвать их "кубышками", "подушками безопасности". Средства из них очень активно тратят в течение года. Я не слышал, чтобы они были неприкосновенными и куда-то переходили.

Сейчас регионы по максимуму, что можно, из своих закромов уже достали. Поэтому им и дают такие огромные дотации на сбалансированность.

Другой вопрос, что у некоторых регионов есть, например, остатки, образующиеся в конце года. Они переходящие и становятся источником финансирования дефицита бюджета в текущем году. В Тюменской области этот остаток составлял миллиард рублей. Это не то что неучтенка, но эти деньги напрямую не видны.

Триллионы в помощь

В прошлом году 2,4 триллиона рублей ушло в регионы в виде трансфертов из федерального бюджета. В этом - планировали меньше, а по факту уже ожидают 3,5 триллиона, сообщил Владимир Климанов.

Доля трансфертов в бюджетах регионов значительно увеличилась. Северный Кавказ - супердотационен. В Сибири есть такие регионы - это Алтай, Тыва, Бурятия.

На Дальнем Востоке не такая острая зависимость от федбюджета, но тоже очень высокая по сравнению с европейской частью и Уралом.

Экономика Казна Бюджеты регионов