Новости

23.02.2021 19:07
Рубрика: Власть

Без пафоса

Обсуждение проекта Федерального закона "О внесении изменений в Федеральный закон "Об образовании в Российской Федерации" вызвало немало критических замечаний и в научной среде, и в среде представителей просветительских организаций, что естественно, когда профессиональные сообщества пытаются довести до сведения депутатов и сенаторов свои опасения о негативных последствиях принятия того или иного законодательного акта.
 Фото: Рамиль Ситдиков/РИА Новости  Фото: Рамиль Ситдиков/РИА Новости
Фото: Рамиль Ситдиков/РИА Новости

Суть поправок достаточно проста - просветители должны доводить до школьной и студенческой молодежи лишь проверенные и достоверные знания, а также быть защищенными от любых иностранных влияний, в том числе и финансовых, которые могут внести сумятицу в неокрепшие сердца и души подрастающих поколений. Подобный подход продиктован абсолютно благородными побуждениями, которые не хотят замечать критики этого законопроекта. Причем побуждениями, продиктованными духом времени, когда отношения с Европейским союзом и США не вызывают сомнения в том, что "коллективный Запад" ведет против России серьезную пропагандистскую кампанию.

Но все же предлагаемые поправки порождают весьма серьезные проблемы, которые, как мне кажется, требуют внимательного отношения со стороны авторов этого законопроекта и всех, кто причастен к его принятию. Как человек, никогда не изменявший марксистскому постулату о том, что бытие определяет сознание, могу заметить, что вряд ли стоит недооценивать здравый смысл российских граждан, в том числе и самых юных. Советский анекдот о мужчине, который жужжал потому, что хотел заглушить в себе передачи "Голоса Америки", не утратил своего значения и по сей день. Тем более что количество информации - правдивой и ложной, обрушивающейся на современного человека, куда больше, чем в советское время. Тут не только зажужжишь! Но пропаганда пропагандой, а жизнь жизнью. И, как известно из другого анекдота, который не рискую пересказывать читателям, чтобы не испытывать их моральные чувства, жизнь жестче.

Правовые аспекты образования эксперты "РГ" разбирают в рубрике "Юрконсультация"

Во-вторых, еще один куда более сложный вопрос: кто будет оценивать недостоверность сведений об "исторических, национальных, религиозных и культурных традициях народов"? Эксперты, назначенные министерством просвещения? Вопрос не праздный. Ведь если в начальной школе усвоить, что дважды два равно четырем, то потом, столкнувшись с квантовой механикой, надо будет привыкать, что дважды два - это, возможно, четыре. Для судебного разбирательства такой же непростой случай, как и другой, когда детям вместо эвклидовой геометрии начнут излагать концепции Лобачевского. Знание множественно. Даже в естественных науках. Не говоря уже об истории и культуре. До сих пор идет дискуссия о роли Орды в пору российского Средневековья, и далеко не всегда мы придем к единству позиций в Москве, Казани или Улан-Баторе. Надо понимать, что просветительство - это пограничье между образованием и наукой, а научное познание нередко разрушает общепринятые в образовании представления. Так что экспертам не позавидуешь.

Повторю еще раз: солидарен с благородными намерениями авторов законопроекта. Но реальная жизнь, что называется, "подбрасывает", как любил говорить М.С. Горбачев.

Предлагаемые поправки к закону порождают серьезные проблемы, требующие внимания

В заботе о подрастающем поколении никто не обратил внимание на то, что вся культурная деятельность может быть истолкована как просветительская. К тому же обращенная не только к молодежи, но и к людям старшего поколения, которые не чужды новому знанию. Что такое выставка в музее или галерее? Конечно же, просветительство, как и сама основная музейная экспозиция. А что такое работа экскурсоводов? Разумеется, просветительство. А что такое показ спектаклей или фильмов в Отечестве или за его рубежами, не говоря уже о дискуссиях после показов?

Вынужден еще раз повторить: просветительство. Как и многие программы ТВ и радио. И все это должны лицензировать эксперты министерства просвещения, или минобрнауки, или специального института экспертов, определяемого правительством РФ? То есть каждая выставка в Эрмитаже или Третьяковской галерее должна получать соответствующую лицензию. Где в министерстве просвещения или в министерстве науки и образования найдут высокопрофессиональных специалистов? И сколько их потребуется, чтобы охватить весь массив культурно-просветительских инициатив? Для реализации поправок будет необходим огромный штат новых бюрократов, которому, в свою очередь, понадобятся немалые бюджетные средства.

Практически любая культурная деятельность может быть истолкована как просветительская

Ну и наконец об иностранных источниках финансирования. Нет ни одной сколько-нибудь серьезной международной культурной акции, в которой не появлялись бы значительные спонсорские бюджеты, в том числе и зарубежные. Приведу лишь один пример, который включает в себя два выставочных проекта - уже состоявшееся представление коллекции Щукина и предстоящая выставка коллекции Морозова в Музее Фонда Луи Виттона в Париже. В обоих проектах принимают участие Эрмитаж, ГМИИ им. А.С. Пушкина и Третьяковская галерея, но значительная часть финансирования является ответственностью всемирно известного фонда поддержки искусств. Оба проекта носят просветительский характер.

Они просвещают французскую публику не только о художественных ценностях, с безупречным чутьем приобретенных на рубеже ХIХ и ХХ веков, но и создают образ России как страны с высочайшим уровнем музейной культуры. Ту же функцию выполняют и многочисленные фестивали русского и мирового искусства. После принятия поправок они окажутся в весьма уязвимом положении. Ни Эрмитаж ни Большой театр не собираются становиться иностранными агентами. Но и свою деятельность по пропаганде русской культуры в мире им вряд ли разумно прекращать.

Пишу обо всем этом без пафоса, лишь с надеждой.

Власть Позиция Колонка Михаила Швыдкого