Новости

17.03.2021 19:40
Рубрика: Культура

Виола во тьме

Пушкинский музей открыл цикл встреч для полуночников
Нет, это не ночь в музее. Это вечерняя встреча с искусством. Цикл камерных встреч "Наедине с Биллом Виолой", который ГМИИ им. А.С.Пушкина запускает по выходным, будет начинаться тогда, когда музеи обычно готовятся к закрытию - в 20.30, и продолжаться два часа. Формат простой - совсем мало посетителей, опустевший музей, возможность беседы с кураторами и историками искусства, и шанс увидеть произведение искусства так, как его видят музейщики и коллекционеры. Почти приватно.
Не меньше природных стихий Билл Виола ценит технологии. Фото: пресс-служба Государственного музея имени А. С. Пушкина Не меньше природных стихий Билл Виола ценит технологии. Фото: пресс-служба Государственного музея имени А. С. Пушкина
Не меньше природных стихий Билл Виола ценит технологии. Фото: пресс-служба Государственного музея имени А. С. Пушкина

Это цикл Пушкинский придумал специально для выставки "Билл Виола. Путешествие души". Первая большая ретроспектива мастера в России включает работы, созданные с 2000 по 2014 год. В том числе четыре произведения из серии "Мученики" (2014), которые делались для лондонского собора Святого Павла, и видеоинсталляции для оперы "Тристан и Изольда" (2005) в постановке Питера Селларса.

Первое, что вы видите, поднявшись по лестнице Пушкинского, - "Огненную женщину", которая перед лицом пылающей стихии бросается в море. Огонь и вода - его любимые стихи. Впрочем, и другие - землю и воздух - он тоже не забывает. Но не меньше природных стихий он ценит новейшие технологии видеосъемки, которые позволяют запечатлевать стихии.

Билл Виола работает с видео. При слове видеоарт у многих из нас возникает представление о камерном формате, бросающим вызов, с одной стороны, "большим экранам" IMAX кинотеатров, с другой - вездесущей ангажированности ТВ-шоу. Билл Виола, которого по праву именуют "пионером видеоарта" наряду с Нам Джун Пайком, от камерного формата эпохи первоначального видеоарта ушел далеко. Его работы не просто "вписываются" в пространство музея, собора, оперного спектакля, они во многом формируют его. И "Огненная женщина", которую вы видите в глубине Белого зала Пушкинского, и "Квинтет изумленных", который притягивает себе на другой стороне, за колоннадой, работы монументальные. Они "работают" даже не с залом, а с пространством всего музея, акцентируя два полюса, соединенные колоннадой. На одном - человеческие страдания, мучения, повседневная жизнь, встреча с неизбежностью смерти. На другом - выход за пределы видимого. Как раз этот переход: от "Квинтета изумленных" к "Вознесению Тристана" ("Звук горы под водопадом)" и "Вознесению Изольды" - и образует маршрут экспозиции и "путешествия души", вынесенного в заглавие.

Но интересно, что этот маршрут для Билла Виолы, еще и способ перекинуть мостик от монументальной "фрески" к опере. Опера сопрягает условность и эмоциональное переживание. Опера - искусство синтеза. Здесь сплавляются эффектное зрелище, условность либретто, в котором театралы знают назубок все драматические повороты судеб героев. Наконец, красота музыки и голосов сами по себе становятся сильнейшим переживанием. Инсталляции Виолы стремятся к такому же эффекту синтетического воздействия.

Но в отличие от оперы, "либретто" видеоработ остается за кадром. Мы не узнаем, куда уходят три женщины в одноименной инсталляции, что оплакивают мужчина и женщина, опускающие лица в круглую чашу с водой ("Чаша слез"), какое зрелище разворачивается перед глазами людей, приближающихся к зрителям поочередно со слезами во взоре ("Церемония")... Выстраивание сюжета отдается на откуп воображению зрителя. Словно из всей картины художник выделяет фрагмент, берет мгновение и, почти как Фауст, останавливает его. Правда, у Билла Виолы вместо остановки - торможение, замедление. Длящийся саспенс должно переключить в режим "стоп" не столько событие, сколько прежде всего зрителя, погрузить его в созерцание "прекрасного и ужасного" зрелища.

Точнее, в режим наблюдения за тем, как это зрелище наблюдают другие. И в "Квинтете изумленных", и в "Церемонии" лица персонажей становятся тем "зеркалом", в котором отражается невидимое нами событие. Невозможно поверить, что актеры, участвовавшие в съемках "Церемонии", двигались навстречу камере, не спуская глаз с вазы с цветами на столе. Мимика, жесты, слезы на глазах, сочувствующие жесты, - великолепие воспроизведенной эмоции оказывается убедительнее, чем любая информация о том, "как это сделано".

Из всей картины художник выделяет фрагмент, берет мгновение и, почти как Фауст, останавливает его 

Речь идет о виртуозном перформансе, в котором актеры должны исполнить целую гамму эмоций "крупным планом" в очень сжатое время. И если отвлечься от зеркального эффекта сопереживания, то одним из ключевых моментов перформанса "Квинтет изумленных" становится превращение обычных людей, одетых почти так же, как любой прохожий в уличной толпе, в узнаваемую неповторимую индивидуальность, в личность со своей судьбой. "Квинтет изумленных" проводит нас по пути от "фланера" большого города назад, к зрителю старинной картины, способному сопереживать изображенному на портрете незнакомцу.

Можно сказать, что Билл Виола впечатляет зрителя спецэффектами в духе Джорджа Лукаса (в его студии он снимал некоторые работы), чтобы предложить ему возвращение к тайнам искусства барокко и маньеризма. Он отсылает на самом деле не к "прекрасному и ужасному", а к художникам прошлых веков. В этом смысле его искусство традиционное и постмодернистское одновременно.

Культура Арт Актуальное искусство Выставки с Жанной Васильевой