20idei_media20
    25.04.2021 22:28
    Рубрика:

    В "Зарядье" прошла церемония вручения премии "Золотая маска"

    "Золотая маска" подвела свои итоги
    Церемония вручения премий "Золотой маски" в "Зарядье" стала своеобразным апгрейдом неслучившейся церемонии 2020 года. Театр выжил и, судя по всему, будет жить, хотя во время карантина так уже казалось не всем.

    Обозреватели "РГ" Лейла Гучмазова (член жюри), Алена Карась (председатель жюри) и Ирина Муравьева (музыкальный критик) прокомментировали итоги.

    Опера

    Парадоксально, но пандемия не отразилась на качестве оперной афиши "Маски". Причем все ее названия, кроме классического "Садко", оказались раритетными: "Дидона и Эней" Перселла, "Лолита" Щедрина, "Жестокие дети" Гласса, новейшие партитуры Курляндского и Белоусова - что свидетельствует о репертуарном прогрессе на российской оперной сцене. Беспрецедентная ситуация сложилась по итогам: все оперные "маски" поделили академический Большой театр и экспериментальный Электротеатр Станиславского. Четыре премии получил "Садко" Дмитрия Чернякова: лучший спектакль, режиссура и работы певцов (приглашенные солисты Екатерина Семенчук и Нажмиддин Мавлянов). Пятую "маску" Большому театру принес британский дирижер Кристофер Мулдс, представивший обворожительную и трогательную музыкальную трактовку "Дидоны и Энея". В том, что "Садко" - большой зрелищный спектакль, вписавшийся, как влитой, в традиции исторической сцены, станет лидером фестиваля, не было сомнений. Досадно, что никак не был отмечен выдвинутый в пяти номинациях филигранный спектакль Театра Сац "Жестокие дети" Филиппа Гласса по роману Кокто (режиссер Георгий Исаакян). Не отметили жюри и "Лолиту" Мариинского театра (четыре номинации) с ее новым сценическим акцентом "преступления и наказания". Между тем еще одним лидером фестиваля стал Электротеатр Станиславского. Три "маски" получил спектакль Бориса Юхананова "Октавия. Трепанация": за работу композитора - Дмитрий Курляндский, художника - Степан Лукьянов, вокальную работу (спецприз жюри) - Арина Зверева. Юхананов придумал арт-форму, в которой тема партитуры - тирания больших империй - воплотилась в грандиозной инсталляции: терракотовые статуи воинов династии Цинь (хор), голова Ленина, раскрывающаяся, как шкатулка, римская колесница с Нероном, которую тащит из древнего прошлого тройка всадников-скелетов. Цель этой визуально-музыкальной конструкции - изживание тиранического мышления, преодоление дискомфорта звуковой среды, где поперек вокального интонационного слоя, размытого электронного звука, речитаций солистов и хора звучат вскрики, хлесты, удары. Электротеатр Станиславского создает новые формы. А четыреста лет назад такой новой формой была сама опера.

    Оперетта мюзикл

    Триумф Музыкального театра Новосибирска стал сенсацией. Мюзикл "Фома" в режиссуре Филиппа Разенкова строится на песнях Юрия Шевчука, сюжетная канва - путь к славе нонкомформиста из провинции. Спектакль обаял одновременно жюри и подпевавший зал, неудивительно, что и персональных "Масок" удостоились исполнитель главной роли Александр Крюков и второстепенной роли - Никита Воробьев. Но, пошатнув пьедестал, "Фома" не застил достоинств своего главного конкурента - "Сильву" Театра музыкальной комедии Екатеринбурга. За лучшую режиссуру получил приз Дмитрий Белов, а за работу дирижера - опытный Дмитрий Волосников. На этом фоне кажется необычным уход приза за лучшую женскую роль "на сторону", но Мария Евтеева в роли капитанской дочки из одноименного мюзикла Алтайского музыкального театра (Барнаул) подкупила непосредственностью и качеством вокала.

    А всеобщий любимец оказался непредсказуем. "Серебряное копытце" Театра музыки, драмы и комедии Новоуральска при разборе по частям не поразил открытиями. Но весь спектакль - легкий, веселый, с лихим Кокованей и дробью по ведру для общей кадрили - очаровал безусловно. За что и получил спецпремию жюри Музыкального театра.

    Балет и танец

    Балет и танец оказались самыми уязвимыми во времена локдауна: тут репетиции онлайн невозможны. Но и при скудости афиши фаворит был бесспорным: "Жизель" Алексея Ратманского Большого театра. Даже при давней моде на раскопки балетных архивов этот выглядит особенно. Здесь скрупулезен подход - мизансцены, танцевальный текст, великая наука балетных жестов отсылают к оригиналу, ставшему некогда знаменем романтизма не вдруг, а на мощной барочной базе. Причем новая "Жизель" парадоксально точна в психологии персонажей. "Золотая маска" за лучший спектакль безусловна.

    Театр выжил и, судя по всему, будет жить, хотя во время карантина так уже казалось не всем

    Максим Петров из Мариинского театра получил "Маску" лучшего хореографа за "Русские тупики - II", что скорее не признание победы, а одобрение тренда и аванс.

    Мужская роль Артемия Белякова из Большого театра дана не лучшему Графу Альберту "Жизели", но лучшему танцовщику сезона. Женская роль Оксаны Кардаш из МАМТа за Китри в "Дон Кихоте" Нуреева - отличное попадание и торжество справедливости: эта балерина не первый сезон равно хороша в классическом и современном репертуаре.

    В современном танце ситуация сложилась грустная. Получивший "Маску" как лучший спектакль "Последнее чаепитие" Ксении Михеевой из Санкт-Петербурга, интересен по посылу, но некрепко сшит. А его конкурент "Зеркало" Павла Глухова Воронежского Камерного театра сделан ровно наоборот.

    Драма

    В начале века (вечность назад) театр тосковал по новым темам, новому материалу. У сочинителей сегодня - нескончаемый вал нового материала! Спектакль Галины Зальцман "Я нанял убийцу" (главный спецприз жюри) исследует кинематографический язык Аки Каурисмяки средствами "бедного" театра и создает человечные, исполненные неясной тоски образы. Что касается второй спецпремии за сайт-специфический проект "Север", то спасибо его руководителю Виктору Панову: в пространстве старого морского вокзала средствами современного искусства и док /мокьюментального театра исследуется дух места.

    Трудный выбор был в актерских номинациях. Между трагической экстравагантностью Евгении Крегжде (Озе в "Пер Гюнте" Юрия Бутусова и Вахтанговского театра), интонационной симфонией Пиноккио, сыгранного в унисон актрисами Марией Беляевой и Светланой Найденовой, хрупкостью существования Сони - Кристины Лапшиной в спектакле Георгия Цхвиравы "Дядя Ваня" (Омская драма). Экстравагантные и гротескные, роскошные и хрупкие - эти женские образы будто соединились в отчаявшейся и отчаянной героине Анны Антоновой в спектакле "Экстремалы" Петра Шерешевского ("Чехов-центр", Южно-Сахалинск). Она и получила "Золотую маску".

    "Искусство не создают. Искусство выделяют телом", - эти слова Яна Фабра полностью применимы к существованию Андрея Феськова в спектакле БДТ "Ночной писатель". Актер играет рефлексию современного художника, пародируя его жертвенные и самовлюбленные жесты. Но эта виртуозная работа оказалась в тени завораживающей актерской индивидуальности Тимофея Трибунцева. Его работу в спектакле Дмитрия Крымова "Борис" блестяще описал актер Александр Новиков: "...ему удается быть центром и быть окраиной, быть энергией и быть вакуумом, быть содержанием и быть пустотой, быть царем и не быть никем".

    Что касается спектаклей малой формы, то "Пиноккио. Театр" Бориса Юхананова вызвал единодушное изумление мистически-напряженным и технически головокружительным способом рассказа о театре как духовной вселенной.

    Еще большим единодушием отмечена награда в номинации "Эксперимент". Художник и актер Никита Касьяненко, как итальянский дзанни, буквально всасывает вас в рассказ, сопрягающий топографию, мир граффити, истории людей. За два часа променада спектакль перенастраивает наше зрение, взгляд на современный город.

    Поделиться: