Новости

29.04.2021 21:45
Рубрика: Культура

Иллюминаторы будущего

Музей архитектуры имени Щусева сделал проект к столетию ВХУТЕМАСа
Когда-то Федор Осипович Шехтель написал "Сказку о трех сестрах Архитектуре, Скульптуре и Живописи и их взаимоотношение в эволюции искусства". Интереснее всего эти отношения наблюдать в переломные моменты. ВХУТЕМАС - плоть от плоти революции, первый свободный университет, где студенты сами выбирали преподавателей, - в этом смысле идеальный объект для наблюдения. Можно сказать, что отношения "трех сестер" во многом проясняла выставка к 100-летию ВХУТЕМАСа в Музее Москвы (ее и сейчас можно увидеть онлайн).

В отличие от нее выставка в Музее архитектуры имени А. Щусева "ВХУТЕМАС-100. Иллюминаторы завтрашних городов. Архитектурный факультет" всем сестрам предпочитает Архитектуру. Впрочем, Живопись на выставке представлена, в частности, работами Александра Веснина. Но в фокусе внимания проекта - легендарный архфак ВХУТЕМАСа, ставший основой отечественной архитектурной школы ХХ века.

Даже среди факультетов ВХУТЕМАСа, каждый из которых был заточен на тесную связь с производством, отклик на потребности дня, архитектурный факультет выделялся готовностью отвечать на вызов современности. Отчасти это определялось родовой чертой профессии (строят всегда здесь и сейчас, даже если речь о воздушных замках), отчасти - запросом времени. Достаточно взглянуть на проекты планировки Магнитогорска, Зеленого города, Новой Москвы, которые представлены на выставке, чтобы ощутить воздух эпохи. Конкурсы на строительство городов вокруг заводов, проекты для ДнепроГЭСа Федора Шехтеля или проекты показательных домов для рабочих, например, сделанные на конкурс Константином Мельниковым, демонстрируют не только диапазон задач, которые решали архитекторы. Они проясняют, почему конструктивистский подход в 1920-1930-х стал доминирующим в проектировании.

Конструктивисты шли от функции к форме, от социальной задачи - к ее архитектурному решению. Нужно массовое качественное социальное жилье для рабочих - строгая красота геометрии и экономического расчета вам в помощь. Никаких финтифлюшек. При этом двухэтажные квартиры для рабочих, придуманные Мельниковым (спальни, детская наверху, внизу - просторная высокая столовая и кухня), как и его же проект первого дома-коммуны, выглядят актуальными до сих пор. "Дом Наркомфина" (проект Моисея Гинзбурга), отреставрированный недавно в Москве, или самарская "Фабрика-кухня" (архитектор Екатерина Максимова), реставрация которой в разгаре, живое тому свидетельство. Справедливости ради надо добавить, что успех конструктивизма не в последнюю очередь подкреплялся тем, что его герои так же рационально решали задачи его продвижения. Было создано Объединение современных архитекторов (ОСА), появился журнал "Современная архитектура", а первая выставка современной архитектуры 1927 года открылась не где-нибудь, а во ВХУТЕМАСе.

Но представления о том, какой должна быть современная архитектура, разнились даже у единомышленников. Выставка дает возможность оценить разницу подходов и архитектурных решений конструктивистов и, допустим, Константина Мельникова, который вместе с Ильей Голосовым вел мастерскую "Новая академия" (до 1925-го). Для этого достаточно взглянуть на проекты здания московского отделения "Ленинградской правды" (1925), предложенные братьями Весниными и Мельниковым. Веснины предлагали возвести 26-метровый параллелепипед из стекла, металла и бетона, на крыше которого бы вращался прожектор, устремляя луч в небеса. Прожектор, к слову, как и громкоговорители, входил в условие поставленной архитектурной задачи. А Мельников воодушевился идеей "живой архитектуры". У него вокруг центральной оси-цилиндра должны были вращаться горизонтальные прозрачные параллелепипеды, в которых работала бы редакция. Получалась головокружительная динамическая конструкция, что-то среднее между стрекозой и вертолетом.

В отличие от мастерской "Новой академии" Николай Ладовский входил в Ассоциацию новых архитекторов (АСНОВА) и был рационалистом. В том смысле, что он рационально просчитывал восприятие человеком пространства здания. Он работал, казалось, не столько с весомыми, грубыми, зримыми конструкциями здания, сколько с невидимой реальностью пространства внутри его. Субъективное восприятие он просчитывал и закладывал в систему архитектурного проектирования. Ладовский был автором курса "Пространство", который был обязателен для студентов первых всех факультетов. Он же предложил идти в проектировании не от чертежа, а от … макета. Иначе говоря, он шел от целостного образа к узлам и деталям здания.

Насколько эффективным был такой подход, можно судить по тому, что проект Международного Красного стадиона (МКС) на Ленинских горах в Москве, в разработке которого принимали участие Ладовский, Кринский, Ламцов (входили в группу АСНОВА) и студенты мастерской Ладовского, получил золотую медаль на международной выставке в Париже в 1925 году. МКС не был построен. Но важно, что студенты ВХУТЕМАСа получали опыт коллективной работы над актуальными проектами.

Впрочем, ВХУТЕМАС оказался не только "школой авангарда". Одной из самых популярных у студентов мастерских была мастерская Ивана Васильевича Рыльского (с 1923-го - декан архфака). Рыльский был основателем школы реставрации архитектурных памятников. С 1890-х годов он обмерял и реставрировал памятники XVII-XIX веков в Ярославе, Ростове, Старице, Москве. Именно он руководил реставрацией сооружений Московского Кремля, пострадавшего от обстрела в октябре 1917-го. Во ВХУТЕМАСе он ввел в учебный курс практику обмеров древнерусских памятников. В свою очередь студенты Рыльского в 1920-1940-х делали копии обмерных чертежей своего учителя. Именно по этим копиям мы сегодня знаем о том, как выглядели многие исчезнувшие шедевры древнего зодчества.

Иначе говоря, "школа авангарда" уживалась на архфаке со школой реставрации древнерусского зодчества. Насколько мирно, мы вряд ли узнаем. Отчасти представление об этом дает цитата из воспоминаний вхутемасовки Н.А. Пекаревой, ученицы С.Е. Чернышева. Рассказывая о своем учителе, она замечает, что Сергей Егорович, "работая в русле новой архитектуры, … в то же время придерживался умеренных взглядов". Говоря о требовательности учителя, она замечает: "Его, убежденного реалиста, как видно, раздражала крайняя левизна большинства проектов в группе, их открытое подражание Ле Корбюзье. Но при явном неодобрении этого он все же сдерживал себя, был терпим и лоялен.

Школа авангарда уживалась на архфаке со школой реставрации древнерусского зодчества

Особенно возмущала его характерная для того времени манера подачи проектов, без отмывки, только в линиях, с изображением теней точками или штриховкой. Генеральные планы модно было выполнять на черном фоне, вычерчивая их белой и цветной гуашью. При виде подобного проекта Сергей Егорович как бы лишался дара речи и, ни слова не произнося, долго, с укоризной смотрел на планшет".

Кстати

В экспозиции демонстрируется более 200 предметов, в числе которых - живопись, графика, фотографии, макеты из фондов Музея архитектуры им. А. Щусева, Российского государственного архива литературы и искусства, Музея архитектуры и дизайна, а также из семейных архивов А. Щусева. Ф. Шехтеля, С. Чернышева. Среди представленных проектов К. Мельникова не только "Дворец Труда" (1923), но и его версия "Памятника Колумбу в Санто-Доминго" (1929).

Культура Арт Архитектура Культура Арт Музеи и памятники Гид-парк Выставки с Жанной Васильевой РГ-Фото