Новости

22.06.2021 07:30
Рубрика: Общество

Фронтовые дороги юного разведчика

Ветеран Александр Грошенко рассказал о том, как 12-летним мальчишкой дошел до Берлина
Александр Грошенко надевает парадный китель с медалями всего несколько раз в год: 23 февраля, 9 мая, когда приглашают на встречу со школьниками, да по просьбе журналистов. И сразу из обычного уфимского пенсионера с лавочки у дома превращается в подтянутого бравого офицера, которому никак не дашь 88 лет. Он попал в жернова войны мальчишкой, в 12 лет дошел со своим полком до Берлина, не раз спасая старших товарищей от смерти.
У Александра Грошенко множество медалей, но больше всего он гордится благодарственной грамотой Иосифа Сталина. Оригинал потрепался, поэтому теперь ветеран достает только копию. Фото: Айгуль Камаева У Александра Грошенко множество медалей, но больше всего он гордится благодарственной грамотой Иосифа Сталина. Оригинал потрепался, поэтому теперь ветеран достает только копию. Фото: Айгуль Камаева
У Александра Грошенко множество медалей, но больше всего он гордится благодарственной грамотой Иосифа Сталина. Оригинал потрепался, поэтому теперь ветеран достает только копию. Фото: Айгуль Камаева

Без слез не вспомнить

Познакомились мы с ним во время агитационно-пропагандистской акции "Мы - армия страны! Мы - армия народа!". Александр Филиппович смотрел на прибывший поезд-музей со слезами на глазах, ругая себя за излишнюю сентиментальность.

- Наверное, дело в возрасте, - пожимает плечами Александр Филиппович. - На войне я не ощущал страха, потому что был ребенком и недопонимал, не верил, что со мной может случиться беда. Лез куда надо и не надо, хотел солдатам помочь. И никогда не плакал: даже когда фашист схватил меня за шкирку, когда смотрел, как нашу молодую врачиху, в которую был влюблен весь полк, хоронили в братской могиле.

Он как сейчас помнит день, когда громкоговорители на площади Ростова-на-Дону объявили о нападении фашисткой Германии. Ему тогда было восемь. Взрослые стояли как вкопанные, а между ними бегали мальчишки, которые тогда еще не понимали, что случилось.

- Мама схватила нас с сестрой за руки и долго не отпускала, она все осознавала, - вспоминает Александр Грошенко. - Отец ушел на фронт в 41-м, больше мы о нем ничего не слышали. А потом начались ежедневные бомбежки и подготовка к эвакуации. Во время одной из них в начале 1942-го года меня ранило осколком в ногу, в суматохе я потерял маму с сестрой. Был уверен: они погибли.

Юного Сашу Грошенко перевязали и отправили из города вместе с ранеными солдатами, полгода возили в обозе из села в село. Когда нога зажила, мальчику было некуда идти, и он целый год бродяжничал со стайкой таких же голодных беспризорников. В поисках еды ребята перерывали запущенные огороды, бегали на места боев: там было больше вероятности найти брошенные при отступлении воинских частей обозы с провизией.

Юный разведчик

Нашему герою повезло: в 1943 году у города Елецк он, уже 10-летний мальчишка, встретил потрепанный под Курском и направлявшийся на переформирование гаубичный артиллерийский полк. Саша, увидев, что машина заглохла, тут же вызвался помочь, принес воду в котелках, разговорился с водителем - Андреем Бибиковым, который пожалел мальчишку-сироту и попросил командира полка Садыкова: "Товарищ подполковник, давайте возьмем с собой пацана, погибнет ведь!". Так Саша Грошенко стал воспитанником полка, а затем был зачислен в отделение разведки на официальное довольствие.

- Фронтовые 100 грамм мне тоже полагались, но старшина заменял их на кусковой сахар, часто даже свой отдавал, - смеется Александр Филиппович. - Обо мне вообще все заботились, не обижали, даже пальцем не трогали, да и я всегда слушался приказов. В Гроховецких лагерях меня учили с оружием обращаться. Начальник штаба даже усыновить после войны хотел, но был тяжело ранен.

В 1944-м году полк, получивший пополнение, перебросили на 1-й Украинский фронт за Львов. В обязанности Саши Грошенко входила разведка на оккупированных территориях: ведь на ребенка меньше обращают внимания, чем на взрослого. Докладывал, где и какие сооружения есть, сколько орудий и солдат. Бывало, попадался на глаза полицаям, вспоминает ветеран, тогда изображал из себя немого и мычал. Обычно легко отделывался, его обругивали и отпускали. Но один раз Александр слишком близко подошел к орудиям фашистов, и его окликнул немецкий солдат.

- Он схватил меня за шкирку, а потом такой пинок дал, что у меня искры из глаз посыпались. Несколько часов пролежал без сознания, а когда очнулся, орудия уже не было, с трудом дополз до нейтральной полосы. После этого случая меня перевели из разведки на батарею, я помогал обслуживать артиллерийские орудия и был посыльным, документы доставлял, - говорит ветеран.

Пошли на Берлин

Вместе с полком юный Саша Грошенко дошел до Берлина, где участвовал в уличных боях. А в один из дней он спас своих товарищей от гибели. Мальчик вовремя заметил крадущегося вдоль стены мужчину в плаще и цилиндре, наставил автомат и крикнул "хенде хох".

- Я к тому времени знал лишь несколько фраз по-немецки. Но когда услышал в ответ: "Сынок, я свой!", просто обалдел, откуда в Германии русский? Он начал пятиться, тогда я дал очередь из автомата ему по ногам, тот упал. Честно говоря, думал, мне командир за это всыплет по полной, а меня на руках качать стали. Оказалось, под плащ-палаткой человек прятал фаустпатрон - противотанковый гранатомет, который мог бы уничтожить весь наш расчет, - вспоминает Александр Грошенко.

А еще он хорошо помнит белобрысого немецкого мальчика, своего сверстника, с крестом на груди, который шел в колонне пленных вместе с другими военнопленными фашистами после взятия Берлина.

- Мы, не отрывая взгляда, смотрели друг на друга. Я думал: наверное, этот крест он заслужил за наш подбитый советский танк, и тихо ненавидел. Уже повзрослев, стал интересоваться, что стало потом с этим пацаненком, но узнать не смог, - говорит Александр Филиппович.

А вот к рейхстагу подойти в 1945 году ему так и не удалось, хотя полк разместился буквально в 300 метрах от него. После того как 30 апреля на "логово Гитлера" водрузили знамя, вокруг ежедневно собиралась толпа, пройти через которую было практически невозможно, а второго мая полк Грошенко отправили в Прагу. И только в 2002 году Александр Филиппович вместе с делегацией из Башкирии все же добрался до рейхстага, но места сражений не узнал: ведь в 45-м здесь были одни руины.

Конец войне

9 мая 1945 года Александр Грошенко встретил в Праге. Рассказывает, как полк приготовил орудия к бою, но ни одного выстрела так и не сделал: противники сдались без сопротивления. Затем был месяц отдыха, всю дивизию отправили под Будапешт, а оттуда уже Александр Филиппович должен был поехать в Суворовское училище. Но из-за путаницы в документах его туда не взяли и определили в школу-интернат, где в 1947 году его нашли мама и сестра.

- Послевоенные годы - самые счастливые в моей жизни: я выучился в Ивановском военном училище, женился, родились дети, работал энергетиком в ракетных войсках. А в 1958 году после демобилизации мы всей семьей переехали жить в Уфу, и я устроился в "Башкирэнерго", где проработал 40 лет, - рассказал Александр Филиппович.

Сейчас из родных у него остался только сын. Но ветеран все-таки старается не унывать. Он все так же рьяно болеет за футбольный клуб ЦСКА (сам много лет играл, пока не получил травму), веселит шутками соседок-пенсионерок и сражается в шахматы с друзьями во дворе. Александр Филиппович - настоящая душа компании.

- Сегодня многие говорят: "Я патриот!". Но не стоит разбрасываться словами, нужно просто делать все для своей семьи и Родины! Таких, как я, сынов полка, было много, немало пацанов и девчонок помогали фронту в тылу: они работали на станках больше, чем взрослые! Надеюсь, войны больше не будет. Сегодня у нас с вами есть самое главное - мирное небо над головой, его надо сохранить, чтобы дети жили в мире и дружбе и не слышали канонад, - говорит Александр Грошенко.

Цифра

392 участника Великой Отечественной войны живут в Башкирии.

В регионах Общество История Филиалы РГ Башкортостан ПФО Башкортостан ПФО Башкортостан Уфа 22 июня - День памяти и скорби