Новости

01.07.2021 07:46

И гости сыты и тигры целы

Может ли заповедник сочетать природоохранную деятельность с приемом туристов
Предложение президента России задуматься об организации гостевой инфраструктуры на Камчатке возродило давний спор: возможно ли (да и нужно ли) развитие туризма на заповедных землях? Отрицательная реакция главы государства на сентенцию "нельзя пустить в десять раз больше народа в уникальную Долину гейзеров" усилила тренд на путешествия по родной стране. И уж точно есть что предложить в этом плане всем регионам Дальнего Востока. Об особенностях открытия природоохранных территорий для посетителей рассказывает Светлана Сутырина, директор Сихотэ-Алинского государственного биосферного природного заповедника, расположенного в Приморском крае.
Надо дать людям возможность увидеть своими глазами красоту территории, животных, и тогда через эмоции, через личную вовлеченность они поймут, зачем нужны заповедники. Фото: Евгений Табалыкин Надо дать людям возможность увидеть своими глазами красоту территории, животных, и тогда через эмоции, через личную вовлеченность они поймут, зачем нужны заповедники. Фото: Евгений Табалыкин
Надо дать людям возможность увидеть своими глазами красоту территории, животных, и тогда через эмоции, через личную вовлеченность они поймут, зачем нужны заповедники. Фото: Евгений Табалыкин

Светлана Викторовна, вашему заповеднику удалось увеличить туристический поток именно в десять раз. До 2013-го территорию посещали 200-300 человек в год, сейчас - три тысячи. Зачем ООПТ столько гостей? Ради финансовой выгоды?

Светлана Сутырина: Для нас туризм - один из инструментов экологического просвещения, возможность, как ни парадоксально, не столько заработать, сколько сохранить природу. Да, раньше заповедники и посетители считались чем-то несовместимым. Но подход поменялся, и это хорошо. Надо дать людям возможность увидеть своими глазами красоту территории, животных, и тогда через эмоции, через личную вовлеченность они поймут, зачем нужны ООПТ.

Экологический туризм основывается на важных принципах. В его рамках оказывается минимальное и контролируемое воздействие на природу. Мы смотрим, как посещение территории влияет на экосистему. Если видим негативное влияние, например, в каком-то месте вытоптали растительность, принимаем меры: оборудуем дополнительные настилы. Следующая функция - природоохранная. Наша задача - не просто провести людей по красивым уголкам, но и рассказать, чем мы занимаемся, что такое заповедная система России в целом. Без сопровождения работников нашей организации, кстати, ходить по территории нельзя - ни научным сотрудникам сторонних организаций, ни туристам.

И есть еще один принцип - интегрированность в экономику местности.

Вы имеете в виду, что такой туризм должен быть не только нужен заповеднику, но и выгоден жителям окружающих районов?

Светлана Сутырина: Конечно. Я убеждена, что мы должны вовлекать представителей местных сообществ в развитие туристической отрасли. Люди не всегда понимают, почему мы не строим гостиницы на заповедной территории, не ставим здесь киоски с гамбургерами. Но возвращаюсь к тому, что для нас главная цель - не прибыль. И обслуживание туристов, их размещение, питание мы отдаем на откуп населению района. Для них это возможность заработать, для нас - снять с себя часть задач.

Рядом с природоохранной территорией находится поселок Терней - это "ворота" заповедника. Один из местных предпринимателей понял потребности времени, и лет пять назад там появилась первая гостиница с кафе. Появилась именно потому, что негде было размещать приехавших на экскурсии - раньше их устраивали в домах людей, на летних кухнях.

Вы подталкиваете людей к подобным решениям?

Светлана Сутырина: В какой-то степени, да. Мы целенаправленно проводим встречи с местным бизнес-сообществом. Последняя прошла в июне. Наша задача - показать, как можно вписаться в процесс приема и обслуживания туристов. Ну вот смотрите, есть два основных момента в работе с приезжими: поселить и накормить. Но даже накормить можно по-разному - и построить кафе, и организовать питание для гостей у себя на дому из блюд местной кухни. Ведь для тех, кто приехал издалека, даже привычный нам папоротник будет экзотикой!

Но, судя даже по тому, что гостиница так и остается единственной, что-то мешает активно развивать бизнес по обслуживанию туристов. Что?

Светлана Сутырина: Экономические проблемы. Начнем с того, что в отдаленном северном Тернейском районе электроэнергия обеспечивается дизелями: юридические лица платят 26 руб­лей за киловатт. Для любого кафе затраты на электричество будут достаточно серьезными, а перебои с ним способны свести на нет все начинания. Но в этом году опять активизировалось строительство ЛЭП к поселку Терней. Оно начиналось несколько раз - предыдущий пришелся на 2008-2010-е, но ничем так и не заканчивалось. Я надеюсь, что планы все-таки реализуются: власти обещают, что начало строительства намечено на следующий год, а запуск - на 2023-й. Часть линии протянется через заповедник. Это сопряжено с получением множества разрешений и проведением экологической экспертизы. Мы заинтересованы в том, чтобы провели электричество, и сделаем все, что от нас зависит.

Один из важнейших принципов экологического туризма - интегрированность в экономику местности

Еще одна болевая точка - транспортная недоступность территории. От Владивостока до нас 14-15 часов на рейсовом автобусе. Правда, в хорошую погоду летают самолеты - время в пути всего два часа. Рост турпотока в заповедник связан и с развитием малой авиации. А вот качество автодороги (есть и 70-километровый участок грунтовки) - сдерживающий фактор. Но в этом году заповедник дважды посетил губернатор Олег Кожемяко. Он был впечатлен увиденным и понял, что наша природоохранная территория - точка притяжения для туристов и возможность развития региона. Глава края пообещал решить проблему с дорогами - на следующий год запланирован капитальный ремонт трассы Терней - Пластун.

А что еще, кроме заповедника, может привлечь туристов в район?

Светлана Сутырина: Это как раз одна из тем, которую мы обсуждали на последней встрече с населением поселка. Здесь нетронутая природа, что притягивает людей. В Тернейском районе есть много удивительных уголков. Местные жители уже активно пользуются этим - например, возят туристов на север территории к чудесным водопадам. Представьте, приехал человек из Москвы. Провел четыре дня в заповеднике, но хочет увидеть что-то еще. У посетителей большой спрос на экскурсии по Тернею - его история интересна и богата. Многие хотят порыбачить, посетить баню, организовать шашлыки. Но заповедник по понятным причинам такие услуги предоставить не может, и здесь опять же появляется возможность заработать у местных жителей.

Вы привлекаете население района к работе в заповеднике?

Светлана Сутырина: Да, у нас трудятся местные жители. Мы привлекаем штатных сотрудников и внештатных. У людей в Тернее не так много возможностей заработать. Раньше в поселке было куда больше производств - здесь развивалось сельское хозяйство, функционировали звероводческая ферма и рыбколхоз... Сейчас люди живут тайгой в прямом смысле слова - большая часть мужского населения работает в лесодобывающей компании. Кроме того, выручает заготовка орехов, охота.

Заповедник как организация испытывает кадровый голод?

Светлана Сутырина: К сожалению, да. У нас работает 61 человек, а по штатному расписанию должно быть 79. Нехватка кадров - проблема не только наша, но и всей заповедной системы России. Привлечь молодых специалистов очень сложно, а на такую отдаленную территорию сложно вдвойне. Кроме того, далеко не все горят желанием трудиться за столь невысокую заработную плату. Сотрудники в заповеднике получают 25-30 тысяч рублей в месяц. Местные жители на заготовке леса - несопоставимо больше. С развитием туризма нам стало не хватать не только инспекторов, но и тех, кто будет сопровождать посетителей в прогулках по экологическим тропам. Но эту проблему мы пытаемся решить: открыли для жителей района при заповеднике "Школу экскурсовода". Набираем группы, обучаем.

Выпускники этой школы работают у вас за финансовое вознаграждение?

Светлана Сутырина: Конечно. Правда, мы можем платить не так уж много - 650 рублей за день экскурсии. Выделяем их как раз из средств, заработанных на обслуживании посетителей.

Эти "туристические" деньги - серьезная статья доходов заповедника?

Светлана Сутырина: В прошлом году мы заработали чуть больше полутора миллионов руб­лей. И в масштабе такой организации это небольшая сумма. Ведь у нас есть техника для работы, которую подарили друзья и партнеры - Центр "Амурский тигр", Всемирный фонд дикой природы. Содержать все это можем только на внебюджетные деньги, основная часть которых идет на покрытие именно таких расходов.

Сколько туристов заповедник может принять в год?

Светлана Сутырина: Мы с сотрудниками обсуждали это. Я предположила - десять тысяч человек. Коллеги сказали: нет, это много. Но, глядя на опыт других заповедников, думаю, что все проблемы решаемы, если есть стратегия развития туризма. А мы сейчас работаем над ее созданием. Это нужно, чтобы понимать, куда мы хотим двигаться дальше, и что для этого нужно. Каждый год растет протяженность настилов на наших тропах, количество наблюдательных вышек. Такая инфраструктура дает регулирование турпотока и помогает принять больше посетителей. Лимит есть, но пока мне сложно сказать, какой он. Понятно лишь, что нам есть куда расти.

Справка "РГ"

Сихотэ-Алинский государственный биосферный природный заповедник - самый большой из расположенных в Приморском крае. Его площадь - 401600 гектаров, включая 2900 гектаров акватории Японского моря. Заповедник стал первой в России и второй в мире ООПТ, прошедшей сертификацию тигриных место­обитаний CA|TS. Этому он обязан достижениями в охране и изучении своей главной гордости - амурского тигра. Кроме того, здесь обитает еще несколько десятков видов животных, включенных в Красную книгу РФ.

В регионах Филиалы РГ Дальний Восток ДФО Приморский край