Новости

14.09.2021 08:18

Машина времени

Что мешает появлению на рынке отечественного электромобиля
Не менее десяти процентов в общем объеме производимых в России транспортных средств к 2030 году должен составить электротранспорт. Такая цель поставлена в Концепции по развитию производства и использования электрического автомобильного транспорта в Российской Федерации на период до 2030 года, утвержденной федеральным правительством в августе текущего года. Тем же распоряжением утверждены целевые показатели по производству электротранспорта и развитию зарядной инфраструктуры, а также дорожная карта по развитию производства и использования электрического автотранспорта до 2024 года.
Современный легковой автомобиль состоит примерно из 20–25 тысяч деталей и узлов, для его проектирования и производства используется обычно 15–20 тысяч патентов. Фото: Пресс-служба АВТОТОР Современный легковой автомобиль состоит примерно из 20–25 тысяч деталей и узлов, для его проектирования и производства используется обычно 15–20 тысяч патентов. Фото: Пресс-служба АВТОТОР
Современный легковой автомобиль состоит примерно из 20–25 тысяч деталей и узлов, для его проектирования и производства используется обычно 15–20 тысяч патентов. Фото: Пресс-служба АВТОТОР

Как считают разработчики - Минэкономразвития и Минпромторг России, реализация этой концепции позволит не только создать в стране новую высокотехнологичную отрасль по производству электромобилей и сформировать инфраструктуру для их комфортного использования. Она также стимулирует развитие отечественных "вытягивающих" технологий в сфере производства электроавтомобилей, включая силовую и управляющую электронику, батарей и их компонентной базы и водородных топливных элементов.

Своим видением ключевых вопросов, касающихся основных направлений развития отрасли и барьеров на пути перехода к автотранспорту будущего, поделился в недавнем интервью "Российской газете" авторитетный эксперт - доктор экономических наук, академик Российской академии естественных наук, создатель первого в России контрактного производства автомобилей АВТОТОР Владимир Щербаков ("Автомобиль оденут в пластик", N 205 (8556) от 8 сентября 2021 года). Но исчерпать эту актуальную тему невозможно, и мы ее продолжаем.

По эксклаву на электромобиле

Стимулирование развития зарядной инфраструктуры для пилотных территорий - одно из ключевых направлений государственной политики в сфере развития производства и использования электротранспорта в России. Концепция ставит задачу определить эти пилотные территории. Одним из "пилотов" станет Калининград, имеющий высокую концентрацию производства транспортных средств и компонентной базы, согласно презентации программы "Высокоавтоматизированный электротранспорт в городах", разработанной рабочей группой при Минэкономики РФ.

Предложения полностью перевести Янтарный край на экологически чистый электротранспорт звучали во время недавно прошедшей в Светлогорске научной конференции "Рубежи России: геополитика, регионалистика, историческая память", на круглом столе, посвященном стратегии развития региона. Ведь самый западный регион с его компактными размерами (весь он равен по площади одному городу Москве) и развитой сетью автомобильных дорог с хорошим покрытием как нельзя лучше подходит для отработки всех нюансов, связанных с массовым использованием электромобилей. Ведь здесь просто нет расстояний, не позволяющих доехать до нужной точки на таком транспорте. А кроме того, если соседняя Европа пойдет по заявленному пути полного отказа от двигателей внутреннего сгорания, то в не столь далекой перспективе жители Калининградской области, окруженной границами, попросту не смогут выехать за ее пределы на машине.

Создание независимого производства компонентов на подлежащих конверсии заводах ВПК открывает огромные возможности

Важные аргументы для превращения Калининграда в электротранспортную столицу - наличие здесь высокотехнологичного автопроизводства на предприятиях АВТОТОР и уже действующая зарядная инфраструктура. Крупнейшая энергокомпания региона начала создавать ее еще несколько лет назад, когда в области было всего три электромобиля. Сейчас в Янтарном крае шесть электрозарядных станций "Россети-Янтарь": по две в областном центре и курортном Светлогорске, по одной - в Янтарном и на Куршской косе. До конца года должны появиться еще три ЭЗС: в Калининграде, Советске и Гусеве.

20 тысяч узлов

В концепции развития электротранспорта отмечается, что в России есть проекты производства электромобилей, в частности, в Калининграде на базе ООО "АВТОТОР Холдинг" в 2023 году планируется запуск сборки электромобилей KIA и Hyundai. А насколько реально разработать собственный электромобиль и наладить его выпуск и ставится ли такая задача специалистам инжинирингового центра АВТОТОР?

- Современный легковой автомобиль состоит примерно из 20-25 тысяч деталей и узлов, при его производстве используется свыше тысячи различных металлических, химических и нефтехимических и других материалов, - поясняет Владимир Щербаков. -

Для проектирования и производства используется обычно 15-20 тысяч патентов (как правило, практически на каждый компонент какие-то параметры запатентованы) и большое количество ноу-хау, иначе говоря - производственно-технологических секретов.

Поэтому для создания полностью собственного, оригинального автомобиля, от проекта до производства, для выпуска каждой его детали, каждого материала необходим очень высокий уровень научно-исследовательской, конструкторско-технологической, производственной и финансовой компетентности. Потом нужно еще создать оборудование, способное обеспечить стабильность количественных и качественных характеристик всех материалов, компонентов и самого процесса изготовления автомобилей.

Владимир Щербаков: АВТОТОРготовится выполнить обязательствав рамках СПИК и в 2023 годувыпустить пилотную партиюглубоколокализованныхэлектромобилей и несколькомоделей на газомоторноми, возможно, на водородном топливе. Фото: Пресс-служба АВТОТОР

- Утверждаю, что ни одна страна, а тем более компания не может быть "впереди планеты всей" по такому количеству параметров, - говорит Владимир Щербаков. - Никто в мире на такой основе не проектирует и не производит автомобили. Да, честно говоря, и не вижу в России компаний и сил, способных сегодня решить подобную задачу.

Пока в нашей стране, по мнению основателя АВТОТОР, нет возможности создать завтрашний новый автомобиль мирового класса, а ниже создавать просто нет смысла. Но как же гордость отечественного автопрома - Aurus? А это, считает Владимир Щербаков, не массовое, и даже пока не серийное производство - скорее, малосерийное производство особого модельного ряда автомобилей. "Это показатель достижений отдельной команды специалистов, - говорит он. - С такой важной для всех нас победой я их от всей души поздравляю и желаю успешного развития проекта. Но нужно иметь в виду, что в масштабах отрасли пока подобный опыт носит единичный характер. Может, в некоторой мере близким по значению для грузовых автомобилей достижением является производство кабин на КамАЗе и его работа над беспилотниками, но нужно дождаться результатов этой работы".

По чужому ноу-хау

Может быть, целесообразно пойти другим путем и купить отсутствующие у отечественных производителей права, лицензии, ноу-хау на готовую конструкцию и компоненты? А в этом случае, объясняет эксперт, нужно понимать, что цена такой интеллектуальной собственности составит не одну сотню миллионов долларов. И еще миллиарды, если не десятки миллиардов, долларов нужно будет вложить в технологическое оснащение, поскольку отечественное станкостроение в сегодняшнем состоянии не способно обеспечить требуемые технологии и параметры.

-?Нужно также осмыслить - реально ли с политической, экономической, организационной и технологической стороны для России сейчас решить такую гигантскую задачу, - говорит Владимир Щербаков. - Прекрасно понимаю, о чем идет речь, мне довелось участвовать в создании АвтоВАЗа и КамАЗа, построенных на таких основах. Для реализации этих проектов только под два производства СССР в 1966-1975 годах потратил более десяти миллиардов долларов, сейчас цифры нужно увеличить минимум втрое. А потом было принято более сотни постановлений ЦК КПСС, правительства СССР, тысячи приказов министерств и ведомств, чтобы построить сотни производств по изготовлению материалов и комплектующих. Но даже при такой концентрации сил и средств около четверти комплектующих оба завода закупали по импорту. Вряд ли сейчас актуален этот путь.

Кроме этого, у такого решения очень много рисков, прежде всего - политико-экономических, считает Владимир Щербаков:

- Если, например, АВТОТОР является производственным партнером мирового автопроизводителя, вписан в производственную цепочку глобального игрока мирового рынка, забота о качестве своих автомобилей понуждает партнера раскрывать технологические особенности, показывать все тонкости конструкции, производства и тому подобное. Но, как только начинаешь серьезно говорить о собственном автомобиле, из партнера превращаешься в самостоятельного игрока, потенциально нацеленного на какую-то часть рынка. И тогда у партнера возникает резонный вопрос - зачем выращивать себе конкурента? Для чего бесплатно передавать ноу-хау, которые стоят иногда миллиарды долларов?

В такую ловушку, по словам Владимира Щербакова, уже попали несколько компаний. Характерный пример - Magna. Одно их подразделение производило для Mercedes, BMW, Peugeot свыше 180 тысяч автомобилей, а другое было на одном из первых мест в мире по производству автокомпонентов.

- Когда Magna попыталась вместе с ГАЗом купить Opel, все заказчики и автомобилей, и компонентов стали рассматривать их как возможных конкурентов, резко обострили ситуацию с заказами по обоим направлениям, - говорит Владимир Щербаков. - Кроме того, помним, что в гораздо лучших политических взаимоотношениях США приняли решение не допустить продажи компании российскому производителю, чтобы закрыть допуск к современным технологиям и наработкам. Эта стратегически очень опасная ошибка едва не привела к банкротству одной из лучших в этой сфере мировых компаний. АВТОТОР несколько лет назад попал в подобную ситуацию, когда купил долю в совместной с Magna компании и подписал соглашение о создании в Калининградской особой экономической зоне мощностей по изготовлению автокомпонентов. Канадские власти и акционеры, так же, как с ГАЗом, не допустили реализации проекта.

Технопарк для локализации

Больше АВТОТОР не хочет попадать в такую ситуацию. Здесь готовят выпуск нового, глубоколокализованного электромобиля, но совместно со своими традиционными партнерами. В кооперации с ними для этого создан научно-внедренческий центр электромобилей, начато строительство технопарка из семи основных заводов для локального производства автомобиля и основных компонентов. Закупаются технологии, оборудование. Правда, ожидаемый рыночный годовой спрос в пять-десять тысяч электромобилей, да еще в условиях жесткой конкуренции с ведущими мировыми брендами, не слишком вдохновляет: это недостаточный объем для хорошей экономики производства и конкурентной цены автомобиля. Такие небольшие партии высококачественных компонентов и узлов по приемлемой цене очень сложно заказать.

Тем не менее АВТОТОР готовится выполнить обязательства в рамках специального инвестиционного контракта (СПИК), подписанного с федеральным и региональным правительствами, и уже в 2023 году выпустить пилотную партию глубоколокализованных электромобилей и несколько моделей на газомоторном и, возможно, на водородном топливе.

Если производить российский электроавтомобиль, то очень рискованно изготавливать и эксплуатировать его без локализации главных частей

- Что касается собственных разработок, то мы видим свою задачу прежде всего в том, чтобы глубоко адаптировать любую конструкцию, которая будет взята за основу, - объясняет Владимир Щербаков. - Мало кто знает, но в 1999 году при постановке на производство в АВТОТОР BMW 5-й серии, которая шла первой по очереди, в конструкцию было с нашим участием и по нашим рекомендациям внесено более 30 конструкторских и около 20 технологических изменений.

Конструкция адаптировалась к географическо-природным, климатическим условиям страны и условиям эксплуатации. Технология изменялась, потому что оборудование, последовательность операций и прочее при производстве 150 тысяч автомобилей в год и 15 тысяч различаются радикально. Тогда, двадцать лет назад, у специалистов BMW еще не было опыта организации малого производства, нарабатывался он на калининградском заводе.

Аналогичные действия потребуются и теперь по модели любого бренда при глубокой локализации компонентов и технологий. Именно под решение такой задачи АВТОТОР создал Инжиниринговый центр в Калининграде и сейчас занимается укреплением его потенциала. Ведутся переговоры с несколькими производителями об изготовлении электробатарей - как организации сборки, так и создания совместного производства топливных элементов по полному циклу. Разговор идет не только с иностранными партнерами, но и с Газпромом и Росатомом, которые собираются делать топливные элементы.

- Оба усиленно работают над емкостью, надежностью, качеством и безопасностью батарей, - отметил Владимир Щербаков. - Посмотрим, чем это закончится, пока все в начале пути. Будут конкурировать - тоже замечательно, появится реальный рынок, всем только лучше.

- Пока рано еще говорить о том, что АВТОТОР может быть производителем натурального типа - сами разрабатываем, сами изготавливаем, - считает основатель компании. - Здесь даже мировые бренды не выживают, не случайно идет такая концентрация различных брендов в руках одних инвесторов. Существует прогноз, что примерно к 2030 году на рынке останется реально пять-семь глобальных автомобильных компаний, у каждой из которых будет по пять-восемь-десять брендов, но реально это одна компания.

Время новых материалов

Время жизни металлического кузова стремительно заканчивается. Наступает время новых материалов, уверен Владимир Щербаков. Поэтому автопредприятие ищет возможности изготовления кузовов из новых материалов и по принципиально новым технологиям. И решения практического плана нашлись, как из числа уже довольно широко используемых в мире, так и новые, которые еще серийно в мире не применяются. Научные разработки над их развитием для практического применения уже далеко продвинулись, остаются в основном технологические и производственные проблемы. Над ними АВТОТОР работает с авторитетными иностранными партнерами, в том числе дизайнерами мирового уровня, и начинает привлекать также отечественных специалистов. В том числе - из московского Политеха, Балтийского федерального университета им. И.?Канта в Калининграде. В этом перспективном проекте все автомобили, в том числе бескаркасные, разрабатываются в трех вариантах: с электрическим и газомоторным двигателем, а также - с водородным, если его удастся ввести в экономические параметры к 2023 году, когда планируется выпуск пилотной партии.

Сети есть, нужны батареи

Каковы основные трудности создания в нашей стране электромобиля? Отсутствие и дороговизна создания сети электрозаправок, по мнению Владимира Щербакова, надуманный аргумент, учитывая, что в России одна из самых разветвленных в мире электрических сетей:

- Что такое заправка электричеством? Это для энергетиков возможность продавать за живые деньги энергию, хоть от каждого столба. Даже в тайге - от высоковольтного. Не забывайте, что у нас вся энергосеть закольцована, регулируемые перетоки через всю страну - от Владивостока, Норильска и Камчатки до Калининграда. На бензозаправку или газовую заправку еще и привезти топливо нужно, противопожарные мероприятия... А здесь - просто приставка к столбу. Погода на нее не влияет, работает от плюс 70 до минус 70 градусов. Эксплуатационных затрат практически ноль. Так что проблема не в этом.

Главное - отсутствие современных тяговых электродвигателей, надежных емких аккумуляторов, надежных и высокоэффективных батарей для легковых и коммерческих автомобилей при характерном для нашей страны диапазоне температур и климатических условий.

- Если есть телега, это не значит, что есть продукт для авторынка, хотя телега - это тоже вид транспорта... Примерно так и с нашими электробатареями, - считает Владимир Щербаков. - Если производится российский электроавтомобиль, то очень рискованно изготавливать и эксплуатировать его без локализации главных частей. Потому что вчера, когда вступали в производственную кооперацию, были с Японией, Южной Кореей, ЕС и Америкой в одних отношениях, сегодня - в других, а завтра можем быть в совсем иных. Яркий пример - судовые двигатели, энергетические турбины, самолет М21, многослойные платы, электроника высоких параметров. К великому сожалению, список можно продолжить. А кто может утверждать, что с Китаем не может произойти то же самое и нам не будут диктовать квоты на поставки, регулируя объемы нашего производства и цены, обеспечивая этим контроль конкурентоспособности нашей продукции? Поэтому правительство правильно говорит: "Нужна высокая локализация". Да, может быть, не по всем моделям, может быть, не на сто процентов, вряд ли оправданно заводить свое полностью натуральное хозяйство. Но у страны должна быть возможность с точки зрения транспортной безопасности производить у себя достаточное количество автотранспорта, чтобы выдержать любую блокаду и санкции. Прежде всего - при производстве общественного и грузового транспорта, военной передвижной техники, отдельных видов легкового транспорта.

Патент на компонент

Каковы перспективы отечественного производства компонентов для новых видов транспорта? Ведь сегодня, по данным Владимира Щербакова, от 25 до 60 процентов компонентов российские производители импортируют, а их собственные изделия малопригодны для жесткой конкуренции с автокомпонентщиками за рубежом. Как ни парадоксально, но сейчас сведений о состоянии и достижениях этой отрасли в мире у российских специалистов гораздо меньше, чем во времена СССР.?Тогда научно-технические, исследовательские, конструкторские разработки в мире внимательно отслеживали специальные отраслевые институты.

- Очевидно, что им помогала и внешняя разведка. Эта система работала очень сильно. Раз в две недели каждый руководитель серьезного предприятия в СССР получал для служебного пользования (степень секретности зависела от тематики предмета и уровня допуска получателя) специальные обзоры, а при необходимости получал подробную информацию. Мы всегда были в курсе, что и где делается в мире, - рассказал Владимир Щербаков. - Правда, нам самим это в ускорении научно-технического прогресса не сильно помогало, но это уже не по причине отсутствия информации о новых технологиях или материалах. Сегодня таких организаций, системно отслеживающих изменения в мировой экономике, в гражданской промышленности практически нет. Поэтому получается, как у Жванецкого: кто чужих ботинок не видел, для того наши - лучше всех.

В таких условиях могут выиграть производители, имеющие мировых партнеров - как, например, Волжский автозавод с Renault-Nissan или КамАЗ с Daimler. Иностранные концерны могут принести свои компетенции на российские заводы.

- Но они их приносят сами себе, на свое производство, в компании, где они активные акционеры, и тоже не бесплатно, - поясняет Владимир Щербаков. - А другим производителям такие компетенции никто пока, особенно бесплатно, передавать не собирается. Для нашей группы компаний эти правила также действуют, все патенты на компоненты принадлежат не брендам, а независимым производителям компонентов, и договариваться нужно с ними. Конечно, твердое обещание головной компании закупать российские компоненты (хотя бы для российского производства) облегчает эти переговоры, но не делает их легкой бесплатной прогулкой.

Свое литье

АВТОТОР, продолжая сотрудничество со своими партнерами, повышает собственный потенциал при организации производства как компонентов, так и самого электромобиля. Наработки партнеров здесь намерены использовать как основу конструкции, модернизировать и обязательно провести локализацию этих моделей. Цель - добиться глубокой локализации в России не только конструкции, но и компонентов, как того требует постановление правительства N 719, требующее выйти примерно на 75 процентов локализации.

- Это означает, что в России должны изготавливаться кузов, двигатель, приводы, сиденья, приборы, обивки, панели, - объясняет Владимир Щербаков. - Будет все это спроектировано российскими или иностранными конструкторами и технологами, лично меня мало волнует. Важны высокий технический уровень, европейская сертификация, качество и цена поставки. Надеюсь, такой автомобиль тоже можно назвать "своим", российским.

Дальше встают вопросы производственной локализации. Теоретически для этого многое в стране еще или уже есть, например, Владимир Щербаков не видит производственно-технических препятствий по многим металлическим заготовкам или серьезных причин, почему на КамАЗе, в Калуге, Ярославле или Тольятти не освоить производство электродвигателя. Не хватает специализированного оборудования? Так его всегда не хватает, можно закупить. А все виды современного литья там есть. Появится заказ - будет и исполнение. Вопрос в объемах этого заказа.

- Например, на годовой выпуск пять тысяч отлить такое количество заготовок для литейки ВАЗа или КамАЗа (я там работал, хорошо знаю возможности) - на день-два работы, - говорит Владимир Щербаков. - Поэтому экономически для них малоцелесообразно кооперировать с нами даже для исполнения годового заказа. Понятно, что у них нет горячего желания делать такие объемы продукции, а помесячно, разливать полпечки в формы - вообще одна головная боль. Но если потребуется - они это сделают. Конечно, такой заказ обойдется для нас гораздо дороже, чем купить по импорту у производителя, изготавливающего подобные отливки сотнями тысяч. Это скажется на цене автомобиля. Продажи и наши заказы отечественному производителю увеличатся или уменьшатся? Добавит перца и вопрос мех-

обработки литьевых деталей. Вручную невозможно добиться стабильности качественных параметров, а закупать автоматическую линию для производства 10-15 тысяч изделий - это неокупаемая инвестиция.

Газ для русской зимы

С другой стороны, есть мнение, что в России пока нет четкого представления о перспективном внутреннем и экспортном авторынке 2023-2024 годов, не говоря уже о десятилетнем горизонте. Утвержденную концепцию развития электротранспорта до 2030 года Владимир Щербаков считает большим шагом вперед, который поможет автопроизводителям. Концепция дает ответы на многие вопросы, но не на все.

И, по его мнению, развивая это направление, нельзя не учитывать, что перспективы электротранспорта связаны в первую очередь с регионами, в которых благоприятные климатические условия, без экстремально низких и высоких температур и хорошо развитая качественная дорожная сеть. В нашей же огромной стране из 11 часовых поясов есть регионы с экстремально низкими и экстремально высокими температурами. В суровом климате Сибири, Урала, Севера преимущество однозначно за газовым двигателем.

- Мы можем и обязаны сделать современный автомобиль на газомоторном и водородном топливе, - уверен Владимир Щербаков. - Это не раз подчеркивал глава государства. Готовятся национальные программы по этому направлению. Мы целиком поддерживаем эту идею. Появятся новые подходы, которые уже начинают просматриваться и в электрических, и в водородных технологиях, и более выгодные и практичные решения. Пока же нужно сконцентрировать ресурсы на президентских программах. АВТОТОР к этому тоже готовится. Уже выпустили первые партии коммерческих автомобилей на газомоторном топливе. К 2023 году в разы увеличим их выпуск.

Кто должен делать автокомпоненты?

Почему в России мало производителей автокомпонентов? На это мало кто решается, по словам Владимира Щербакова, поскольку все, кто занимался этим бизнесом, попали в очень сложное положение - сначала финансовое, а теперь и производственно-технологическое. Мало кто из компонентщиков выживает, в том числе потому, что новые разработки у них отсутствуют, основные технологии закуплены 30-50 лет назад и не способны дать конкурентные качество и цену, в том числе и из-за объема заказа, не оправдывающего затраты на создание современного производства. Логика тех, кто отстаивает позиции, что делать автокомпоненты должны сами автопроизводители при финансовой помощи бюджета, состоит в том, что за счет перераспределения средств господдержки смогут модернизировать построенные 40-50 лет назад мощности, адаптировать их к современным требованиям.

На АВТОТОР готовят выпуск нового,глубоколокализованногоэлектромобиля совместносо своими традиционнымипартнерами. Фото: Пресс-служба АВТОТОР

- Втягивающие автопроизводителей в производство автокомпонентов, при всем к ним уважении, видимо, не вполне знакомы с практическими проблемами организации и функционирования такого производства. Мне много довелось заниматься этими вопросами в советское время, - делится опытом основатель АВТОТОР. - Начинать нужно с материалов. Значит, предполагается, что автопроизводитель будет обладать компетенцией для производства или хотя бы оценки и испытаний различных материалов и сумеет оценить перспективы развития каждого из них? Обеспечит проектирование, испытания и международную сертификацию более 20 тысяч компонентов из примерно 1000 материалов, существенно и нередко радикально отличающихся по технологиям изготовления и свойствам самого продукта? Сможет обеспечить современное оснащение всех этих производств и их эффективную конкурентоспособность прежде всего по параметрам качества и цены? И все это будет на уровне 20 тысяч запатентованных решений? Работая 55 лет в этой отрасли, постоянно отслеживая тенденции развития этой промышленности, не нашел информации о таких примерах в мире. Убежден, что их просто нет.

Автопроизводители, которые создавали свои предприятия с учетом рыночных условий, в том числе АВТОТОР, настаивают на другом подходе, считая, что делать современные компоненты сложно, затратно и рисковано. Ведь их конструирование и производство сопоставимы по сложности и стоимости с подготовкой автомобиля. Малоизвестно, что даже крупные концерны мира крайне редко сами проектируют и тем более производят двигатели, мосты, коробки перемены передач, электронику и другие элементы. Все это считается компонентами и закупается на открытом рынке. Нередко жестко конкурирующие бренды покупают у независимого поставщика и даже друг у друга одни и те же двигатели и КПП, лишь меняя логотип на изделии.

Получается, что техническая база отечественного производства на относительно небольшом российском авторынке должна перекрыть технологию мировых автоконцернов, которые уже сегодня изготавливают компоненты сотнями тысяч и миллионами штук. А в нашей стране такие объемы даже не рассматриваются, лишь через несколько лет ожидается заказ на производство только нескольких тысяч (в лучшем случае десятков тысяч) штук. При этом у отечественного производителя качество должно быть лучше, а цена более приемлемая, потому что иначе, как новичок на рынке, он не сможет составить конкуренцию традиционным производителям.

Необходимо идти по другому пути, считает Владимир Щербаков, и создавать в стране объединение независимых производителей автокомпонентов, изготавливающих их для всех основных потребителей. То есть сформировать современный рынок автокомпонентов, на котором работают независимые от автопроизводителей компании. Только так можно создать мощные научно-исследовательские лаборатории, дизайнерские ателье, другие институты, ведущие поиск новых материалов, технологий и конструкций, в том числе воссоздать институты научно-технической информации, позволяющие поддерживать компетенции производителей.

Печальный опыт советских автогигантов

Дискуссия о том, должен ли автопроизводитель сам выпускать компоненты, велась в 1970-е годы, вспоминает Владимир Щербаков. И так же, как сейчас, возобладала точка зрения, что в целях развития производства компонентов нужно понудить автомобилестроителей заниматься компонентами самостоятельно. Что и привело к печальному опыту падения советских автогигантов. Закупленные конструкции автомобилей, технологии и оборудование для АвтоВАЗа и КамАЗа - пожалуй, на тот момент одни из лучших в мире, специально созданные 22 самых современных завода по производству компонентов без развития очень быстро отстали от требований не только расширенного, но и простого воспроизводства.

- В объединение АвтоВАЗ входило свыше 40 заводов, в КамАЗ - более 50, - вспоминает Владимир Щербаков. - Очевидно, что все старались поднять качество автомобилей и компонентов, поскольку, кроме гордости, премий и знамен, за эти вопросы был жесткий административный и партийный спрос. Но, как сказал на парткоме один из сильно наказанных начальников: "Что я могу сделать, автоматические линии - беспартийные".

Быстро устаревающие технологии и изношенное оборудование не обеспечивало параметров, входящие в объединения заводы производили малопригодные по качеству для изготовления автомобилей компоненты. Прежде всего по этой причине качество советских автомобилей быстро ухудшалось, а ситуация с запчастями для техобслуживания и устранения заводского брака была просто неприемлемой. Новые модели десятилетиями не ставились на производство, потому что для изготовления новых автокомпонентов не было ни новых материалов, ни новых конструкций, ни современных мощностей, а сами автозаводы не могли обеспечить обновление технологического оснащения производства требуемых материалов и компонентов ни научно, ни технологически, ни конструкционно, ни финансово. А купить компоненты на стороне было не только сложно, но и означало остановить свой собственный завод и погубить всю экономику объединения, подставить головы всего руководства под топор и наказать тысячи человек безвинно.

На АВТОТОР создан научно-внедренческий центр электромобилей, начато строительство технопарка из семи основных заводов. Фото: Пресс-служба АВТОТОР

- Именно стратегически неверное решение, по моему мнению, опирающемуся на 55-летний опыт работы на лучших предприятиях автопрома и опыт работы председателем Госплана СССР, стало одной из основных причин резкого ухудшения положения всех автозаводов в СССР, привело в итоге к банкротству московских (ЗИЛ, АЗЛК) и ижевского автозаводов, близкому к банкротству состоянию АвтоВАЗа, ГАЗа, КамАЗа, УралАЗа, КрАЗа, запорожского и белорусского автозаводов, - уверен Владимир Щербаков.

Он опасается повторения этого опыта, так формулируя суть новой методики субсидирования: "Если такие-то компоненты и технологии локализованы, можно получить субсидии, что поможет снизить финансовую нагрузку от уплаты этим же заводом утилизационного сбора. Без локализации критических технологий и компонентов на субсидию не рассчитывай".

- Это называется стимулирование: с одной стороны, висит морковка в виде возможной субсидии, которая выплачивается не за счет налогов населения, а за счет заплаченного самим предприятием неналогового сбора на утилизацию; с другой стороны - пистолет: цена твоего автомобиля будет неконкурентная на рынке, а у предприятия не будет средств на развитие производства и модернизацию, и стрелять в тебя будет рынок, покупатель. Ну так иди, как все, по камням и выживешь, - рассуждает Владимир Щербаков. - Как говорил один очень умный руководитель СССР: есть логика намерений, и есть логика конкретных обстоятельств. Логика обстоятельств всегда сильнее. Мы понимаем, что у правительства сегодня нет ресурсов для реализации дорогостоящей глубокой стратегии, нет средств и возможностей создать современную для ближайших хотя бы пяти лет компонентную базу.

Конверсия для автопроизводства

Автостроители много раз обсуждали проблему производства автокомпонентов на разных уровнях. В числе их предложений в соответствующие ведомства - создание независимого производства компонентов на подлежащих конверсии заводах ВПК.?Многие заводы в этой сфере сейчас по решению президента страны обязаны нарастить производство гражданской продукции до 50 процентов объема, они готовятся к техническому перевооружению и перепрофилированию. Это открывает огромные возможности для создания производства автокомпонентов и очень выгодно для предприятий ВПК.?Ведь потребление этой продукции стабильно - автоконвейерам требуются десятки тысяч компонентов ежедневно, а требования к качеству и технологии изготовления продукции близки. И обойдется это гораздо дешевле строительства новых заводов: инженерная, дорожная, энергетическая инфраструктуры, корпуса, станко-инструментальные мощности, квалифицированные рабочие, инженерно-технологический и управленческий персонал - все уже есть.

- Новых заводов по производству компонентов за последние годы почти не появилось, - подчеркивает Владимир Щербаков. - Вновь в основном ссылаются на вопрос о финансировании инвестиций. Но автомобиль для госбюджета выгоднее водки. Водка, конечно, дает доход бюджету, но однократно, а производство автомобилей - постоянный и полезный в социальном плане источник бюджетных поступлений.

Эксперт подсчитывает: бюджет получает огромные доходы от таможенных пошлин и утилизационного сбора с автомобилей прямого импорта, доходы от работы длинной производственной цепочки, налоги с зарплаты работающих во всех сопряженных отраслях - добыча руды, нефти, переработка сырья и материалов... Плюс каждодневный доход при эксплуатации: от акцизов и других налогов при покупке бензина, техобслуживания, запчастей, таможенных пошлин на импортные запчасти и масла, транспортных, дорожных налогов и сборов...

- Говорят, что эти средства уже учтены при формировании бюджета. Тоже понятно. Но, может, пришла пора использовать их целевым назначением как источник создания новых производств, обеспечивающих увеличение этих самых поступлений в бюджет? - задается вопросом Владимир Щербаков. - Иначе справедлив вопрос: если хозяин потратил доход от продажи золотых яиц на другие цели и нет средств на корм для кур, несущих эти золотые яйца, то в чем виновата конкретная курица, когда перестает приносить яйца?

Ракурс

О возможностях экспорта

Если говорить об экспорте в Европу, то здесь пока больше вопросов, чем ответов, все очень туманно, считает Владимир Щербаков. И первый вопрос - пустят ли туда российские автомобили и компоненты? Инвестор автопрома опасается попасть в такую же ситуацию, что и производитель вакцины "Спутник": первыми сделали, первыми заявились, первыми представили документы. Но сертификацию и разрешение на применение до сих пор не получили. Когда получат, на какой период, смогут ли отозвать эти сертификаты и разрешения при очередных санкциях?

- Там есть, кому производить автомобили, нам открыто говорят: "Пожалуйста, производите у нас, у вас никаких проблем не будет". А автомобили российского производства могут иметь серьезные барьеры для входа на рынок, - говорит Владимир Щербаков. - Хорошо помню, как выводили на экспорт "Лады", "Волги", "Москвичи", ГАЗы и КамАЗы. Остановить технически сложный продукт нетрудно - на любых испытаниях на раз-два-три. На основании отрицательных испытаний не дать сертификат. Когда потребовалось, "Москвичи", "Волги" и ГАЗы выкинули из Европы в один год, а мы в СССР выпускали и эксплуатировали их еще 15 лет. УАЗ ("буханка") уже моего возраста, но все еще востребован.

Если ставка делается исключительно на отечественный рынок - это одни решения, если на открытый рынок - другие, уверен Владимир Щербаков. И в любом варианте очень рискованно делать ставку на большой экспорт в развитые страны автомобилей, да еще изготовленных из исключительно российских материалов и компонентов. И очень долго ждать результата.

Поэтому на АВТОТОР сейчас рассчитывают прежде всего на рынок стран бывшего СССР, Африку, Кубу. Для них обязательными условиями покупки должны быть правовое решение вопросов интеллектуальной собственности, а также глубокая локализация - над ней сейчас в первую очередь работает автоконцерн. Как только появляется глубокая локализация, конструкция может быть стилистически адаптирована под любой бренд. Это расширяет возможности, именно потому этим путем намерен пойти АВТОТОР в сотрудничестве со своими опытными и профессиональными партнерами.

Кстати

Ключевые целевые показатели реализации Концепции по развитию производства и использования электрического автомобильного транспорта в РФ на период до 2030 года

Первый этап (2021-2024 годы):

* производство не менее 25 тысяч электротранспортных средств;

* запуск в эксплуатацию не менее 9,4 тысячи зарядных станций, из которых не менее 2,9 тысячи штук - быстрые зарядные станции.

Второй этап (2025-2030 годы):

* производство электротранспортных средств в количестве не менее десяти процентов общего объема производимых транспортных средств;

* запуск производства ячеек для тяговых аккумуляторных батарей;

* запуск производства катодных и анодных материалов;

* запуск в эксплуатацию не менее 72 тысяч штук зарядных станций, из которых не менее 28 тысяч штук - быстрые зарядные станции;

* запуск в эксплуатацию не менее 1000 водородных заправок;

* создание дополнительно не менее 39 тысяч высокопроизводительных рабочих мест по всей технологической цепочке производства электрохимии, электромеханики, электроники.

В регионах Филиалы РГ Северо-Запад СЗФО Калининградская область Калининград