20idei_media20
    12.04.2022 19:11
    Рубрика:

    В Театре им.А.С.Пушкина представили русскую версию "Слуги двух господ"

    "Любите жить и жить умейте" - девиз знаменитого слуги Труффальдино на сцене Театра им.А.С.Пушкина воплотили в жизнь задорно, весело, азартно. За постановку известной пьесы венецианца Карло Гольдони "Слуга двух господ" взялся главный режиссер Театра на Таганке Юрий Муравицкий, тонко чувствующий, как сегодня следует ставить давно забытую в русском репертуаре комедию дель арте.

    Кстати, Гольдони не был послушным наследником шаблонной комедии масок: он изгнал из нее грубость, добавил психологизм и решил поражать публику, как он говорил, "смесью смешного и трогательного". Эти посылы знаменитого реформатора итальянского театра в новом спектакле остались, как и белый стих классического перевода Михаила Гальперина 1930 года. Неизменна и фабула - обвиненный в убийстве друга Флориндо бежит из родного города, а его возлюбленная Беатриче, переодевшись мужчиной, следует за ним - сами того не зная, оба нанимают одного и того же слугу…

    Сторонник карнавальной комедийной стихии, к своей постановке Муравицкий добавил важное уточнение: "Слуга двух господ. Russian edition", таким образом открестившись от всего того, что зритель видел ранее на тему находчивого слуги, пытающегося усидеть сразу на двух стульях (а пьесу в свое время со страстью эксплуатировал кинематограф - достаточно вспомнить советскую ленту "Труффальдино из Бергамо" с Константином Райкиным в главной роли). В новом "Слуге…" современный уличный театр, а точнее, современные русские скоморохи рассказывает историю Труффальдино: из русского вертепа зритель практически незаметно попадает в комедию дель арте и обратно.

    Скоморошество на Руси всегда ассоциировались с низким жанром, с ним боролись, его смех выкорчевывали как нечто непристойное. И только философ Михаил Бахтин реабилитировал так называемую низовую смеховую культуру. К его трудам Муравицкий и обратился. "Всегда во все эпохи прошлого существовала площадь со смеющимся на ней народом", - писал Бахтин. Такую площадь в спектакле развернули на наклоненном помосте, имитирующем земную сферу, а небесные светила заменили на дискотечные светильники. На этом декорации заканчиваются: историю Труффальдино в Театре им.А.С.Пушкина играют в очищенном от всего бытового пространстве.

    Все роли режиссер доверил молодому поколению, преимущественно выпускникам курса Евгения Писарева (худрука Театр им. Пушкина) в Школе-студии МХАТ. И что важно - актеры выходят в зал и в то же время прекрасно чувствуют себя на авансцене: подхваченный волной импровизации Труффальдино (Никита Пирожков), перевоплощаясь в Петрушку, несколько раз совершает вылазки в народ - то водички испить, то на жизнь пожаловаться, то найти "козла отпущения" - Василия, который во всех ошибках виноват (в оригинале это пребывавший исключительно в воображении Труффальдино некий слуга Паскуале, который и сундуки хозяев перепутал, и письма не по тому адресу отправил). Пирожков отдал Труффальдино всю свою подвижность и пластичность, начиная с самого первого этюда-знакомства и заканчивая музыкальной исповедью, решенной в стиле хип-хопа. В вертепе Муравицкого нашлось место всем жанрам: и гротескному плачу Ярославны - речитатив "Любовь… какая мука" (последнее слово у скоморохов рифмуется с непечатным словечком) Беатриче (Анна Кармакова) поет, делано утирая слезы платочком - и фрагменту из оперы "Князь Игорь" с хрестоматийным "Улетай на крыльях ветра", и "Яблочку", и даже музыкальной цитате из группы "Руки вверх".

    Гольдони не был послушным наследником шаблонной комедии масок

    Вся сценография (Екатерина Щеглова) явно работает на то, чтобы зрителя ничто не отвлекало от костюмов (автор Галя Солодовникова), зато костюмы вольно или невольно отвлекают от действия. Это буря красок, фактур, отсылающая к театру пантомимы, псевдонародным кокошникам и лучшим клоунским номерам Цирка дю Солей одновременно. На Бригелле (Владимир Зиберев) - кокошник Снегурочки, платье из рушника и сапожки гламурного розового цвета. На Труффальдино - кепка с клоунским помпоном, кроссовки и спортивная куртка. А костюм Сильвио расписан под Гжель. Венецианский купец Панталоне - разбитый ревматизмом старик (его сыграл 29-летний Александр Кубанин) в вязаном жакете до пят с клоунским носом и синей бородой, цепью толщиной в палец, сверкающими перстнями и нарочито большими часами. Он - маска, но из другого времени, классический решала из 90-х годов, который за счастье дочери будет биться, но при этом и с пустым карманом не останется.

    Новый Труффальдино - спектакль трюковой. Знаковая сцена, когда слуга одновременно накрывает два стола, превращена Муравицким в цирковой трюк: Бригелла и Труффальдино так же, как и словами, ловко жонглируют бумажными тарелками, выпрыгивая из люков под сценой.

    За три столетия (пьесу впервые поставили в 1749 году) главный герой не изменился: вечно опасающийся за свое вранье слуга, виртуозно находящий красивый выход из любой некрасивой ситуации, немного обжора, немного плут, творящий беспорядок отнюдь не со зла, благодаря которому влюбленные обретут друг друга. Заместительная терапия смеха в спектакле идеально сработает, а Труффальдино усидит-таки на двух стульях.

    Поделиться: