20idei_media20
    09.08.2022 18:10
    Рубрика:

    Федор Лукьянов: Мир находится в опасной фазе, которая требует от всех максимальной осмотрительности

    Все последние дни в центре мирового внимания - Тайвань. Точнее - отношения США и Китая в связи с запутанной и двусмысленной трактовкой статуса острова, которая лежала в основе взаимодействия Вашингтона и Пекина на протяжении 50 лет. Договоренность о сочетании юридического (Тайвань - провинция КНР) и фактического (Тайвань - независимая территория) положения вещей была в начале 1970-х годов элегантной инновацией. Она открыла дорогу развитию очень интенсивных отношений двух огромных держав - сначала в политической, а потом в экономической сфере. Предпосылкой служило молчаливое согласие о странном характере тайваньских границ - реальных и мнимых одновременно. Сейчас наступило время, когда согласие больше не действует.
    Thomas Peter/ REUTERS
    Thomas Peter/ REUTERS

    Вся история международных отношений - установление границ и попытки их преодолевать. И в прямом, и в переносным смысле. Нет столетия, когда границы оставались бы незыблемыми. По крайней мере на пространствах, где в тот момент концентрировалась международная политика. И понятно, что перекраивание разделительных линий никогда не обходилось без применения силы, иногда очень масштабного.

    Конец ХХ века создал впечатление, что геополитические обычаи изменились. Прошлое столетие было бурным - от мировых войн до мировой же деколонизации с образованием десятков новых государств. Однако к семидесятым годам наступил относительный баланс. Колониальные империи смирились со своими и чужими границами. В Европе, центре политического напряжения, достигнута договоренность, выражением которой стал Хельсинкский заключительный акт. Фактически это был раздел сфер влияния между СССР и США с признанием существующих границ - формальных (государственных) и неформальных (политических).

    Звучат призывы зафиксировать новые правила, но фиксировать нечего - весь мир в движении

    Стороны договорились не стремиться менять государственные границы классическим силовым путем. Противостояние перешло в попытки сдвинуть границы незримые, ментально-идеологические. США и их союзники оказались более успешными. Период в конце и после холодной войны стал временем мощного распространения идейного влияния Запада на бывших оппонентов. Менялись и государственные границы, но умереннее, чем это могло бы быть, учитывая масштаб происходившего. И с относительно ограниченным насилием. Эти несколько десятилетий и породили точку зрения, что политическая география меняться больше не будет, даже если границы нелогичны с исторической или стратегической точки зрения. Но не учитывалось важное обстоятельство. Договоренности о неприкосновенности разделительных линий заключались в условиях примерного баланса сил. Окончание холодной войны его устранило, а это не могло не пошатнуть всю систему договоренностей. Соотношение сил не было статичным - от полного доминирования западной стороны оно менялось в сторону большего разнообразия влияний. Изменилась не только обстановка в Европе. Глобализация превратила в сцену действия весь мир - гораздо больше, чем это было в ХХ веке. Все оказалось тесно переплетено. Но европейские принципы, согласованные в последней четверти ХХ века, не действовали в общемировом масштабе. В том числе применительно к границам.

    Как бы то ни было, прежняя система перестала работать. То, что мы наблюдаем в 2022 году, демонстрирует, как проблема границ возвращается в самом что ни на есть классическом варианте. Хитрый компромисс семидесятых годов с признанием/непризнанием Тайваня опять-таки мог работать только в условиях четко обозначенного баланса интересов сторон. Баланс рухнул, проблема вышла на первый план, причем в самом опасном виде - вопиющая двойственность толкования политико-правового статуса крайне важной территории.

    Мир находится в опасной фазе, которая требует от всех максимальной осмотрительности

    Сегодня уже звучат (пока тихо) призывы к новому Совещанию по безопасности на манер Хельсинки. Пора, мол, договориться о новых правилах. Мысль очевидная, однако она не кажется сейчас реализуемой. Хельсинкский договор не установил статус-кво, а его зафиксировал. Сейчас фиксировать нечего - все в движении. Он охватывал большое пространство - Евроатлантику, - но все-таки ограниченное. Сейчас место действия - весь мир, очень много игроков с разными интересами, даже методологически непонятно, как все это учитывать. Созданное в соответствии с решениями 1975 года СБСЕ (потом ОБСЕ) строилось по принципу переживавших тогда время расцвета международных регулирующих институтов. Сейчас они все в упадке, новые не возникают. Ну и, конечно, тогда было стремление к стабилизации. Его и в помине не видно сегодня, ставка делается на силовое достижение целей.

    Вывод простой - никаких волшебных средств нет. Мир находится в опасной фазе, которая требует от всех основных участников максимальной осмотрительности и способности точно понимать последствия своих действий. И в обозримой перспективе других форм существования международной системы нет. Все говорят об этом. Но действовать продолжают, как захотят. Значит, еще по-настоящему не дошло. Не опоздать бы с осознанием.



    Поделиться: