20idei_media20
    11.08.2022 08:00
    Рубрика:

    Эксперимент: Можно ли за год отучить подростка от употребления наркотиков

    Статью, связанную с наркотиками, сегодня в судах, колониях и тюрьмах называют "народной". Потому что число сидельцев, связанных с их хранением, употреблением и распространением обычно превосходит все остальные. И в это активно втягиваются (как правило, запутавшись и случайно свалившись в страшный опыт) подростки. Можно ли уменьшить поток завтрашних обреченных? В Петербурге попробовали - в церковном центре. Корреспондент "РГ" побывала там.
    iStock
    iStock

    Левый приговор

    - У меня было два лучших друга - парень и девушка. Однажды они "употребили" и поругались, она его очень резко толкнула. Он упал и разбился. Поняв, что наделала, она ушла из жизни. Я был в ужасе. Я понял, что в моей жизни не должно быть "веществ".

    Андрею на вид лет 15, есть в нем что-то вечно мальчишеское, прекрасно неуклюжее, большая голова, повернутые вперед плечи, много сидит за компьютером.

    Хочется прибить коллегу-журналистку за уточняющий вопрос: "А семья у тебя неполная? Отца нет?" - "Кошка есть, - говорит Андрей. - Прошу записать ее как члена семьи".

    "Холодная мать, сбежавший отец" - формула обстоятельств, толкающих молодых людей к алкогольной зависимости, которую вывели петербургские психологи, занятые их реабилитацией.

    "Замороженные чувства" - назовет главную психологическую причину еще более жесткой и опасной наркозависимости психолог Анна Криводуб. И матери, бабушки, девушки, одноклассники, никто, никто (и ты сам тоже) не находят путей их разморозки. И тогда появляются "вещества". Закончиться это все должно быстрой гибелью. Но мы живем не в самые раздолбаистые времена, и, к счастью, это кончается сначала фразой "Встать, суд идет". Стучит молоток, оглашается приговор. Но суд неожиданно объявляет очень необычное место отбывания наказания - Центр святителя Василия Великого.

    Вместо наручников и этапа провинившихся ждет большое помещение с кофейней и комнаты семейного типа на одной из линий Васильевского острова.

    Такой приговор выносят не каждому. Но у тех, кто судьям, как мне Андрей, упорно напоминает хорошего мальчишку и чьи обстоятельства взывают к сочувствию, есть шанс.

    Этот эксперимент начался с готовности пойти на это председателя Василеостровского суда Николая Шилова. По мне, так он в этой истории главный герой. Работой общественных центров и героизмом волонтеров сегодня никого не удивишь (молоденькая москвичка Серафима Иванова, например, несколько лет ждала, когда ее возьмут на работу в петербургский центр св. Василия Великого). А вот судья, который решается вынести обычно никогда не выносимый приговор… Правда, он был полностью уверен в репутации тех, с кем имел дело. У центра Василия Великого она, действительно, безупречная. Его учредитель, протоиерей Александр Степанов практически начинал "все социальное служение в постсоветской России", в том числе и церковную помощь подросткам, отбывающим наказание в колонии. А еще он человек с безусловным культурным и интеллигентским бэкграундом, основатель знаменитого в северной столице радио "Град Петров".

    В залах Эрмитажа экскурсовод Наталья Шадхан пытается увлечь ребят античностью. Фото: Святослав Акимов

    Гнев, богиня, воспой

    - "Гнев, богиня, воспой Ахиллеса, Пелеева сына" - кто помнит продолжение? - спрашивает экскурсовод.

    Впущенные в Эрмитаж через директорский вход мальчишки - вчерашние наркоманы - должны сейчас не в шутку блеснуть эрудицией. В центре Василия Великого очень краток список возможных наказаний для проштрафившихся: дежурство вне очереди и учить наизусть "Илиаду" в переводе Гнедича.

    Толкаю локтем воспитанника Игоря: читай! "Я не знаю", - отпирается. "Неужели ни разу не проштрафился?" - "Много раз, - гордо уточняет, - но мне разрешили учить "Евгения Онегина".

    Эрмитажный экскурсовод на ходу переводит рассчитанную на высшее образование слушателя речь в истории, способные завоевать их внимание. Но они смотрят отсутствующим взглядом. А у двух еще и лица с опухшими веками, страшно с ними вообще заговорить, не то что об античном искусстве.

    Один из лучших керамистов Петербурга Сергей Соринский учит ребят своему ремеслу. Фото: Святослав Акимов

    "Многие души могучие славных героев низринул/ В мрачный Аид", - выручает воспитатель Юрий Андреевич Морозов (кажется, это он и придумал заучивание "Илиады" в наказание).

    Экскурсии в Эрмитаж - одна из важных линий реабилитационной программы центра Василия Великого, с музеем подписан об этом специальный договор.

    А вообще в центре с ребятами случается то, чего бы, наверное, никогда не случилось в их обычной жизни - даже без наркотиков. К ним приходят в гости ученики Александра Сокурова, показывают кино. Затем один из лучших художников-керамистов Петербурга Сергей Соринский пытается, пока ты разрисовываешь тарелку, разглядеть в тебе Матисса. Воспитатель Юрий Морозов, лично бывавший в Бразилии, берет тебя на тренировку по модной капоэйре. А лучшие программисты города вытаскивают из парня, закончившего 9 класс, невероятный талант программирования и зовут его на работу (да, был такой реальный случай).

    Так им пытаются задать другой поток жизни, другой круг общения.

    Ну и кормят здесь так, что не приходит даже мысль о добавке (еда же еще и способ уйти от напряжения, расслабиться). И можно спуститься в кофейню "Просто" и заказать баристе Федору (тоже когда-то употреблявшему, но твердо остановившемуся) кофе или чай. И погладить лежащую под вешалкой кошку Мелиссу.

    И, наконец, сесть за вечерний стол на "свечке" (итоги дня, разбор происшедшего) и глянуть в глаза еще 7 таким, как ты. И свечка обязательно будет гореть, а стол будет накрыт красивой скатертью. "Мы способны любое место сделать атмосферным", - говорит исполнительный директор центра Юлиана Никитина.

    То есть город дает вступившим на страшную дорожку подросткам лучшее, что в нем есть, - от Эрмитажа до капоэйры. Мир как бы говорит им: "Смотрите, как много всего необычного и интересного, и тут можно найти себя". И они осваивают кучу навыков - от кулинарных до стеклодувных, от программистских до участия в рыцарских боях во время ролевых игр.

    За 10 лет существования центра доказано, что это все действует на подростков гораздо лучше колонии и тюрьмы. 80 процентов прошедших через центр реабилитируются. То есть не возвращаются к наркотикам. Тюрьмы же и колонии, увы, часто только усугубляют гибельный порок. А здесь - 80 процентов справляются. Того же, кто не справляется, центр, в общем-то, может взять на новый курс реабилитации.

    Конечно, не все здесь в жанре буколик и идиллий. Первые недели приходится лежать в состоянии постнаркотической измотанности у городских наркологов под капельницами, чтобы вывести из себя "эту дрянь". Но ты уже понимаешь, что есть Эрмитаж, ученики Сокурова, психологи, тщательно ищущие вместе с тобой золотые залежи и "скелеты в шкафу" твоей души.

    А потом довольно быстро надо включить - мальчишки же! - физические занятия. Важен выброс агрессии, ее сублимация в экзотику капоэйры, прекрасной забавы под видом боевого латиноамериканского искусства. И вот уже каждый из них под музыку и хохмочки делает на твоих глазах что-то вроде боковых сальто.

    Кто-то скажет, что группа в 8-12 человек - это капля в море. Но это дрожжевая капля. Когда лучшие люди города оказывают помощь детям, оказавшимся в самом ужасном положении, - это, если хотите, момент рождения технологий гуманности. С возможностью куда больших и серийных воздействий в будущем. Получилось же когда-то у Макаренко, на которого здесь часто оглядываются. Именно эти технологии и пыталась разглядеть во время недавнего визита в центр сосредоточенная на теме подростков детский омбудсмен Мария Львова-Белова.

    Андрей Богданов из отдела "Арсенал" Эрмитажа учит воспитанников центра настоящему рыцарскому бою. Фото: Святослав Акимов

    Нацизм чем-то похож на наркоманию

    Экскурсию по центру ведет Игорь. Он выглядит взрослее и серьезнее всех. В Эрмитаже, на экскурсии по античному залу, я сказала ему: "Вот когда ты поедешь в Грецию, и не думай, пожалуйста, что это невозможно и запредельно дорого…". Он сразу стал задавать уточняющие вопросы: "А как вы считаете, я смогу в Греции сам объясниться?" - " Ну 10 фраз на английском выучишь и 5 греческих на месте запомнишь… Главное, зайди там в античный музей". Я, правда, считаю, что время от времени им надо обозначать, что их возможности в этой жизни - общемировые. В постижении античности уж точно.

    Проходим с Игорем спальни, кухню, библиотеку. В ней на самом верху "Несвятые святые", пониже "Абсурд у Кафки", Джек Лондон, Дюма, Конан Дойль. В комнате для занятий с психологом - афоризмы воспитанников: "Я хоть и хулиган, но культурный", "Бездарность это когда тебе не хлопают даже двери".

    - А там наверху, - испуганно шепчет коллега-журналистка, - я видела комнату парня, всю исписанную нацистскими лозунгами. Чуть ли не в стиле нацбатов "Азова" (организация запрещена в РФ - прим. ред.). Он попросил меня "это" не фотографировать.

    Судорожно соображаю, кто из ребят может быть поклонником такого. А вечером во время рыцарского боя во дворе, когда мы заговорим об Украине, подойдет мальчишка, которым я чуть ли не весь день любовалась (самостоятелен, независим, развит, тарелку расписал в стиле Матисса) и скажет мимоходом, но твердо: "А я считаю, что "Слава Украине" и одновременно "Слава России!" И фанатичная зависимость от невыверенных логикой мыслей и чувств шевельнется буквально на моих глазах.

    - Этот мальчик у нас недавно, - объяснит воспитатель, - и он из очень хорошей семьи. Родители хотят, чтобы в центре он освободился и от "этого".

    Флажки в петербургском дворе, кофейня "Просто" - в Центре Василия Великого все становится "атмосферным". Фото: Святослав Акимов

    У центра два места дислокации. Первое - с круглосуточными воспитателями и 6 психологами на 8 человек - для ребят, нуждающихся в серьезной реабилитации. Второй адрес - для подростков с большим кредитом доверия и нуждающихся в более тихой, домашней атмосфере. Здесь один воспитатель на всех, и идет уже полусамостоятельная предвыпускная жизнь с большей свободой и нащупыванием возможного рода занятий.

    Сегодня, кстати, встреча выпускников центра. В ДК им. Кирова, который выделил центру две комнаты для клуба (в этом помог давно дружащий с центром комитет по молодежной политике Санкт-Петербурга). В клубе сделали отличную студию для звукозаписи, где можно записать свой рэп.

    Сюда сегодня позвали тех, кто реабилитировался год-два назад.

    - Ну если даже М. пришел! - довольна Юлиана Никитина, только что коротко обнявшаяся с одним из мальчишек. - Никто ведь их к этой встрече не принуждал и не заманивал.

    Выпускник К. пришел с девушкой, она из Туркмении, студентка петербургского вуза, красивая, но стеснительная, К. объясняется за нее.

    Выпускник Лев, благодаривший в разговоре со мной психолога центра, серьезно и обстоятельно помогавшего ему разобраться в себе, говорит, что скоро займется бизнесом: "Я уже все продумал, это будет бизнес по доставке". На всякий случай не уточнив по доставке чего, иду слушать рэп. В комнате за стеклом мне дают наушники, и я слышу, как в рэп-самозабвении Лев проговаривает все-все - свою готовность всем отозваться, каменный холод мира, его тупую помешанность на деньгах…

    И кто бы как ни морщился в сторону рэпа, это вообще-то их живая поэзия. Их отношение ко всему. Хотя бы отчасти размороженные чувства.

    Рыцарский бой

    В конце дня в увешанном флажками питерском дворе-колодце, где почти как арт-объект стоит огромный двухметровый стул, на который забраться может только очень храбрый подросток, устраивается настоящий рыцарский бой. Первоклассный, как и все здесь, потому что его устраивает хранитель Рыцарских залов Эрмитажа по имени Андрей.

    - Чем дрались рыцари? - спрашивает он, облачаясь в латы и надевая шлем. - Кто сказал "пиками"? Это верный ответ.

    "Какие же эти дети интересные! С незабываемыми лицами!", - говорю стоящей рядом женщине чуть мальчишеского вида. "И добрые, - отзывается она. - Мой целыми ночами выслушивал исповеди друзей, ко всем бежал на помощь. По доброте и втянулся". И показывает мне своего Федю, симпатичного, как все они, с веснушками и все время пробивающейся сквозь улыбку секундной грустью.

    Всему происшедшему с ними часто настолько нет объяснений, что остается только вспоминать блистательного философа Владимира Бибихина, написавшего в своем знаменитом "Лесе", что наркомания, пьянство - проявление в нашей жизни недостатка "леса" - неметрической системы мира, древнего, давнего, начального человека. С почти автоматически действующими внутренними Божьими законами. Это ПО НЕМУ тоска. По потерянным, но изначально всем нам известным Божьим законам и по знанию, что мир, как лес, не метричен. В разлинованной принуждением и ложью современности всегда будет тоска по нему.

    Бибихина не все читали, не все готовы сквозь него смотреть на происходящее. Но я точно целый день наблюдала, как в центре все, от Эрмитажа до капоэйры, от стеклодувства до росписи гончарных тарелок, от кино учеников Сокурова до рэпа выпускника Левы строится по неметрическим законам творчества.

    Исключают ли кого из центра, спрашиваю напоследок.

    Да, отвечают мне, и основание для этого обычно одно. Человек нашел способ опять попробовать, но категорически не признается в этом. Срыв возможен (по району, увы, снуют активные закладчики Васильевского острова), но он не повод исключать человека из центра. Повод - если попробовал и категорически не сознаешься. И это не раздражение отчаявшихся воспитателей, и не моральное насилие: тому, кто врет, помочь труднее всего.

    Вечером спрошу самого веселого парня, чуть бесшабашного Максима, почему он на днях уходит. "А я работу нашел". - "А с зависимостью как?" - "А у меня ее не было"… Не классический ли передо мной случай исключения из центра, подумаю, но выяснять не стану. Потому что здесь настолько нет училок и школьников, правильных и неправильных людей, настолько естественен ход жизни, что как есть, так и есть.

    Рыцарский бой - это "отвальная". А завтра большинство из них соберут тяжелые рюкзаки и уйдут на два месяца на Кольский полуостров, где с тобой будут горы, лес, ночевки в монастырях (не из-за желания религиозной пропаганды, как опасались мои коллеги-атеисты, а потому что никуда, кроме монастырей, их бесплатно не пустят). Уже знаменитая здесь "школа странствий", в которую еще не было не влюбившихся.

    Центр им. Василия Великого в Санкт-Петербурге, занимающийся бесплатной реабилитацией наркозависимых подростков, нуждается в нашей помощи. Реквизиты центра - Благотворительный фонд "Центр святителя Василия Великого (сокращенное наименование организации: БФ "Центр свт. Василия")

    • Юридический адрес: 199034, Санкт-Петербург, 16-я линия В.О., д.1/33, пом.12Н
    • ОГРН 1047800020542
    • ОКПО 72459170
    • ИНН 7801262480
    • КПП 780101001
    • р/счета 40703810955040099198
    • Северо-Западный Банк ПАО "Сбербанк России"
    • БИК 044030653
    • к/с 30101810500000000653

    Справка "РГ"

    Благотворительный фонд "Центр святителя Василия Великого" - церковный социальный проект, учрежденный православным приходом святой великомученицы Анастасии Узорешительницы в 2004 году. Единственный в России негосударственный открытый социальный центр по реабилитации подростков, совершивших уголовные преступления. За 18 лет работы центра курс реабилитации прошли 400 воспитанников. Только 20 процентов из них совершили повторные правонарушения. Мониторинг воспитанников ведется в течение трех лет после прохождения курса реабилитации.

    Поделиться: