Турецкий аудит командира полка Бутенко

О праведном отношении русской армии к пленным туркам во время боев на Кавказе в 1916 году

Десять рублей за побег?

Чего только ни обнаружишь в архивах! Казалось бы: сухие финансовые документы, а вчитаешься - увлекательное чтение.

В Российском государственном военно-историческом архиве в фонде 3437 "15-й Туркестанский стрелковый полк" хранится переписка по поводу вымогательства денег у пленного турка одним из русских бойцов во время Первой мировой войны.

Обозы на Кавказском фронте.

Весна 1916 года. Первая мировая война. Кавказский фронт. 15-й Туркестанский стрелковый полк. Русские войска на этом фронте сражались с турками.

После успешного зимнего наступления на Эрзерум русская Кавказская армия под командованием генерала Юденича продвинулась на запад на 150 км. Противостоящая турецкая 3-я армия была разгромлена полностью. Она потеряла больше половины своего состава: 66 тысяч человек убитыми и ранеными, 13 тысяч попало в плен. Своих пленных 15-й полк взял западнее села Ахпуцор1 и отправлял в тыл партиями. Приняв очередную партию, русский комендант Ахпуцора написал 3 апреля 1916 г. командиру 15-го полка о жалобе плененного турка на русского конвойного:

"Представляя при сем 5 руб. доношу, что 2 сего Апреля на вверенный мне этап прибыла партия пленных турок<:> мирных жителей и аскеров; по заявлению одного из них нижний чин их сопровождавший рядовой 9-й роты Павел Москвич взял у него 10 руб. с тем чтобы его отпустить. Пленный показал, что дал одну бумажку в 5 руб. одну в 3 руб. и две в 1 руб. При обыске у Москвича оказалась одна бумажка в 3 руб. и 2 в 1 рубль. Старшим в партии конвойных был рядовой Филипп Ситников. ...".

Обозы на Кавказском фронте.

Доскональное расследование

По докладу Ахпуцорского коменданта в 15-м полку открылось расследование.

Капитан Фарафонтьев2, командир 9-й роты, в которой служил подозреваемый в вымогательстве стрелок Павел Москвич, 4 апреля написал рапорт о происшествии:

"Доношу что ... при сдаче пленных ... один из турок заявил, что конвойные отобрали у тех 10 руб. денег. Конвойные были обысканы - у стр.3 Павла Москвича найдено 5 руб. из которых 4 р. были его деньги, а 1 руб. дал ему стрелок Авазьянц для покупки сахара. ... Считаю действия коменданта Ахпуцора незаконными, так как он не имел данных верить какому-то турку и не верить русскому солдату и отобрать у него собственные деньги, а посему прошу возврата 5 руб. собственных денег стр.4 9 роты Павла Москвича...."

Капитан Фарафонтьев передал рапорт своему непосредственному начальнику, командующему5 3-м батальоном. Тот переслал его командиру полка.

Командир полка полковник П.С. Стефанович-Стасенко6 получил в те дни повышение и был занят сдачей дел преемнику. Судя по подписям под резолюциями, обязанности командира полка в апреле 1916 г. исполнял полковник Д.В. Бутенко7. Только 13 апреля Бутенко смог вернуться к происшествию и написал резолюцию: "Дознание к-ру 3-б-на8".

Пленные турки.

Вместе с армией полк продолжал общее наступление на Трапезунд, его дислокация часто менялась. Поэтому лишь спустя три недели после происшествия капитан Быков9, назначенный дознавателем, смог побывать в 9-й роте, чтобы продолжить следствие. В своем докладе он написал:

"1. Стрелок ... Павел Константинов Москвич, ... показал: "Не помню какого числа, я был назначен в конвой вести двух аскеров и 13 жителей в с. Ахпуцор. Кроме меня был в конвое стрелок Пиргун, а старшим был стрелок Ситников. ... Мы сдали пленных этапному коменданту. Один из пленных жителей доложил коменданту, что я взял будто бы у него 10 руб. Комендант обыскал меня всего и отобрал у меня из кошелька моих пять рублей: три рубля и две рублевых бумажки. Из этих денег четыре рубля были мои, а один рубль мне дал стрелок Авазьянц, чтобы купить сахару. ... Четыре рубля у меня остались от присланных мне из дому десяти рублей. ... Больше показать ничего не могу. Отобранные деньги я не получил".

2. Стрелок той же роты Иван Васильев Пиргун, ... показал: "Я был в конвое вместе с Москвичом. Я со старшим Ситниковым шел сзади, а Москвич впереди. К туркам Москвич не подходил и ничего у них не брал и они ему не давали. ... Когда мы пришли в Ахпуцор - сдали турок. Почти легли спать. Часов в 12 ночи нас позвали к коменданту. Нас спросили, брал ли Москвич деньги у турок, мы ответили, что нет. Нас отпустили, а Москвича арестовали. ...."

3. Стрелок той же роты Петр Климович Костовалов, ..., показал: "Я знаю, что Москвич получил из дому 10 рублей. Дня за четыре до этих <неразб> Москвич как-то просил разменять ему трешницу, но у меня не было. ..."

4. Осмотром книжки стрелка Москвича выяснено, что в 1916 году, в графе письма с деньгами записано: "4 февраля 10 руб.".

Трофейная турецкая пушка во взятом русскими Эрзеруме.

Велик ли золотник?

Кстати, вполне уместно задаться вопросом: а достойно ли преступление о десяти рублях столь тщательного расследования? Какова ценность 10 руб., в вымогательстве которых обвиняли стрелка Москвича?

Сравним спорные 10 рублей с денежным довольствием стрелка. Во время боевых действий стрелок получал в месяц жалованья 75 коп., да еще 30 коп. на табак, 45 коп. амуничных и 27,5 коп. мыльных денег.10 В сумме стрелку причиталось 1 руб. 77,5 коп. в месяц, или чуть более 21 рубля в год. Значит, Москвича подозревали в вымогательстве суммы, близкой к его полугодовому солдатскому денежному довольствию. Немало.

Деньги стрелку вернуть!

Поскольку дознаватель не сделал никаких выводов и заключения о виновности, окончательное решение принял командир полка. Скорее всего, он размышлял так: в пользу стрелка есть февральская запись в книжке о десяти рублях из дома, в его же пользу показания сослуживца про размен трех рублей, да и при обыске у Москвича оказалось только пять рублей...

Командир решил, что конвойный денег не вымогал и был оклеветан. На рапорте ахпуцорского коменданта командир написал новую резолюцию: "Деньги стрелку вернуть".

В заключение можно добавить, что стрелок Москвич Павел Константинович не числится на сайте, посвященном участникам Первой мировой войны, ни раненным, ни больным, ни погибшим, ни плененным. Это дает надежду, что на войне он оставался живым и здоровым.

Георгиевские кавалеры русских войск с захваченными в Эрзерумской операции турецкими знаменами.

Поклепщика простили

Из частного случая-расследования можно сделать несколько выводов, касающихся отношения к пленным, расследования преступлений, полноты дознания, справедливости приговоров и отношений между солдатами и офицерами.

В непростой военной обстановке у победителей не было пренебрежения к заявлению о военном преступлении в отношении пленного, чужака и врага. Этапный комендант и офицеры 15-го полка строго следовали положению о военнопленных, провозглашавшему, что "собственность военнопленных, за исключением оружия, лошадей и военных бумаг, остается неприкосновенною". И хотя у пленного не отбирали деньги, а якобы вымогали, тем не менее, даже по устному заявлению пленного, было открыто разбирательство, предусмотренное военно-судебным уставом. С другой стороны, офицеры могли видеть в событии не только денежную корысть, но и возможное "превышение полномочий" со стороны стрелка Москвича, если бы он собирался отпустить пленного на самом деле. Поэтому разбирательство могло быть устроено не столько из-за предполагаемого вымогательства денег, сколько из-за предполагаемого пособничества побегу.

Непосредственный начальник стрелка, много повидавший на двух войнах капитан Фарафонтьев, защищал своего подчиненного даже в отсутствие доказательств его невиновности, на веру.

В полку подозреваемый стрелок не понес никакого наказания до завершения следствия; к нему не применялись "меры пресечения", кроме изъятия спорных наличных денег.

Дознание в 15-м полку проводилось без отступления от военно-судебного устава, в статье 325 которого написано: "Производящий дознание собирает все нужные, для разъяснения дела, сведения посредством розысков, словесными расспросами, не делая ни обысков, ни выемок в домах"11, и с той полнотой, с которой это было возможно во время боевых действий. Дознаватель опросил конвойных, сослуживцев подозреваемого и осмотрел его документы. Дознаватель не опросил пленного турка, поскольку этап с пленными был далеко, и не опросил стрелка Авазьянца, который давал Москвичу рубль на покупку сахара, потому, скорее всего, что Авазьянц12 уже выбыл из полка. Дознаватель не сделал заключения о виновности Москвича, так как это право принадлежало полковому командиру13.

По итогам дознания командир полка принял справедливое решение: предварительное следствие не начинать14, дело прекратить, обвинение снять, изъятые деньги стрелку вернуть. И снисходительно не стал преследовать пленного за лживый донос15, хотя такая возможность была: командиру полка достаточно было написать об итогах дознания этапному коменданту, а тот отправил бы обвинение по следам этапа.


  • 1. Ахпуцор - армянское название села; ныне это село в турецкой провинции Erzurum называется по-турецки Aksu и стоит на дороге D062.
  • 2. Фарафонтьев Николай Александрович, сын коллежского асессора, окончил Московское пехотное юнкерское училище, участник русско-японской войны, на которой был ранен. К 1916 г. служил в чине капитана, был награжден в 1904 г. орденом Св. Анны 4-й ст. с надписью "За храбрость", в 1905 г. - орденом Св. Станислава 3-й ст. с мечами и бантом, в 1913 г. - орденом Св. Станислава 2-й ст., в октябре 1915 г. - орденом Св. Владимира 4-й ст. (https://gwar.mil.ru/documents/view/?id=88000844; https://gwar.mil.ru/heroes/chelovek_nagrazhdenie57534106/).
  • 3. Стрелок, он же рядовой.
  • 4. Стрелка.
  • 5. Командующий в императорской армии - начальник воинского подразделения, не утвержденный в должности, а временно исполняющий обязанности по должности.
  • 6. В начале 1916 года командиром 15-го полка был полковник П.С. Стефанович-Стасенко, пока 20 марта 1916 г. его не назначили начальником штаба 2-й стрелковой дивизии. Он сдал 15-й полк новому командиру только 14 апреля (https://gwar.mil.ru/heroes/document/50519593 /?page_id=50670294). Пока шла сдача полка, командующим был, судя по подписям на документах, полковник Бутенко.
  • 7. Бутенко Дмитрий Владимирович, 1875 г. рождения, из дворян, окончил Николаевскую академию Генерального штаба. С 1913 г. командовал первым батальоном в 15-м Туркестанском полку. К 1916 г. служил в чине полковника, в 1911 г. был награжден орденом Св. Анны 3-й степени, был ранен. См. "Список офицеров по старшинству 15-го Туркестанского стрелкового полка" (https://gwar.mil.ru/documents/view/?id=88000844).
  • 8. Командиру или командующему 3-го батальона.
  • 9. Быков Александр Федорович, 1887 года рождения, из крестьян, окончил Чугуевское пехотное юнкерское училище. К 1916 году служил в чине капитана, в апреле 1915 г. был награжден орденом Св. Анны 4-й ст. с надписью "За храбрость". См. "Список офицеров по старшинству 15-го Туркестанского стрелкового полка" (https://gwar.mil.ru/heroes/chelovek_nagrazhdenie57558281).
  • 10. РГВИА. Ф. 3437. Оп. 1. Д. 96. Л. 13. Дело 1917 г. штаба 15-го Туркестанского стрелкового полка. Списки солдат 15-го полка и об удовлетворении их довольствием, положенным из казны. 7 апреля - 19 декабря 1917 г.
  • 11. Статья 325 военно-судебного устава: "Производящий дознание собирает все нужные для разъяснения дела, сведения посредством розысков, словесными расспросами, не делая ни обысков, ни выемок в домах". Стоит отметить, что когда стрелка Москвича обыскали в Ахпуцоре, дознание еще не назначалось.
  • 12. Аивазиянц (Айвазьянц) Галуст Месропович, стрелок 15-го Туркестанского полка, уроженец Александропольского уезда Эриванской губернии, раненным или заболевшим был доставлен в лазарет 30 мая 1916 г. Судя по плохо читаемой надписи на штампе, лазарет располагался в г. Александров Владимирской губернии и был под патронажем всероссийской организации "Союз городов помощи больным и раненым воинам". Скорее всего, Айвазьянц выбыл из полка между 2 и 27 апреля.
  • 13. Статья 334 военно-судебного устава: "По рассмотрении дознания военный начальник... делает следующие распоряжения: ...дознания о преступлениях... при недостаточности доказательств или улик против обвиняемого, а равно при наличности законных причин к прекращению дела, - прекращает; в противном же случае производит разбирательство... или передает обвиняемого... суду..."
  • 14. Предварительное следствие - следующий этап предварительного производства по делу после дознания.
  • 15. Статья 292 военно-судебного устава: "По получении... жалобы, военный начальник или военно-должностное лицо немедленно расспрашивает... жалобщика об обстоятельствах происшествия... и в случае явного обвинения им кого-либо в преступлении... предупреждает его о наказании за лживые доносы".