10.12.2022 12:43
    Рубрика:

    Самарцам представили культовую "Анну Каренину" в постановке Бориса Эйфмана

    Балет "Анна Каренина" тонкие ценители музыкального театра увидели в рамках федерального проекта Росконцерта "Большие Гастроли". Двухактный балет по мотивам одноименно произведения Л.Н. Толстого на музыку П.И. Чайковского в постановке Бориса Эйфмана на Волге ждали давно, но пандемия все оттягивала встречу. И вот она состоялась при полном аншлаге в Самарском театре оперы и балета.
    Пресс-служба САТОБ
    Пресс-служба САТОБ

    Откровенно, эротично, божественно. Так я бы охарактеризовала "Анну Каренину" Эйфмана, созданную на хитросплетениях хореографии и человеческой психологии, причем трепетали души не только у актеров на сцене, но и у зрителей в зале, которые на эти два часа стали одним целым.

    По количеству ошеломляющих поддержек этот балет поражает: перевороты с подкрутками, выбрасывание партнерши вверх и в стороны, зависания в воздухе и множество других, еще не названных хореографических форм. Важно, что в спектакле нет связующих или фоновых сцен, все они несут в себе сильнейший драматургический и эмоциональный посыл, оттого даже артисты кордебалета становятся ключевыми исполнителями. Что же касается солистов, то они не танцуют, а живут на сцене, "нарушая" все законы физики тела, благодаря своему таланту и харизме преодолевают земное притяжение.

    Сюжет балета, как и драматическое развитие романа "Анна Каренина", известны каждому. Размеренный ритм жизни семьи Карениных - государственная служба главы, строгое соблюдение светских условностей - создавали иллюзию гармонии и покоя. Страсть Анны к Вронскому разрушила привычное. Трагический финал - это гибель "не смирившейся" с условностями героини. Но в трактовке Бориса Эйфмана история звучит уже иначе, и Анна у него вовсе не жертва светских норм.

    "Для меня Анна была оборотнем, потому что в ней жило два человека: внешне - светская дама, которая была известна Каренину, сыну, окружающим. Другая - женщина, погруженная в мир страстей. Что важнее - сохранить общепринятую иллюзию гармонии долга и чувств или подчиниться искренней страсти?.. Имеем ли мы право разрушить семью, лишить ребенка материнской заботы ради буйства плоти? Эти вопросы не давали покоя в прошлом Толстому, не уйти от них и сегодня. И нет ответов! Есть неутолимая жажда быть понятым и в жизни, и в смерти..." - говорит Борис Эйфман.

    Хореограф выбрал для своего балета фрагменты музыки из различных произведений Чайковского: симфоний (№2, №6, "Манфред"), сюит (№1 и №2), симфонических фантазий "Франческа да Римини" и "Буря", симфонической баллады "Воевода", увертюр-фантазий "Гамлет", "Ромео и Джульетта" и других.

    И хотя в столь емком произведении трудно провести градацию страсти, наиболее сильной, на мой взгляд (и публика поддержала), стала танцевальная сцена гибели Анны. Причем танцует ее не героиня, а кордебалет, создающий образ страшной машины уничтожения. Анна лишь бросается в эту толпу "станционных мужиков" как в омут. В финале на зрителя выезжает вокзальная тележка с телом самоубийцы. Но в этом спектакле точно нет правых и виноватых - несчастны все.

    - Мы знали, что нас в Самаре очень ждут и, конечно, было волнительно: не обмануть надежды зрителей, станцевать так, чтобы не подвести. Этот балет мне самой очень нравится. Он, конечно, близок к классическому оригиналу произведения Толстого, но в нем много и от восприятия постановщика: новые персонажи, символы, диалоги и все очень тонко срослось. Надо обязательно смотреть, - уверенно заявила в беседе с корреспондентом "РГ" исполнительница партии Анны Карениной, заслуженная артистка России Мария Абашова.

    - Наши большие гастроли приближаются к финалу: за Самарой будет Казань, потом Чебоксары и театр возвращается в Петербург на свою сцену. Но такой большой гастрольный тур был очень важным для всех нас. За последние годы мы очень соскучились по зрителю, и, судя по тому, как он реагирует на наши выступления, он тоже соскучился, - поделился Сергей Волобуев, исполнивший в спектакле партию Каренина. - Публика, конечно, везде разная, и хотя наш театр всегда хорошо принимали за рубежом, то, что мы исполняем, наверное, особенно близко русской душе.