По его мнению, так называемые христианские страны Запада сегодня порабощает "агрессивное безбожие", и они по сути перестают уже быть христианскими.
"Вера исторгается из жизни людей. Церкви закрываются, перепрофилируются, причем иногда кощунственно: на месте храмов и монастырей возникают рестораны и увеселительные заведения", - сказал он во время богослужения в Иоанновском женском ставропигиальном монастыре Санкт-Петербурга.
И при всей любви западных обществ к протестам, в этом случае протестов не возникает.
"Почему можно протестовать, защищая права людей (что правильно), но почему не протестуют, когда открывается прямое гонение на церкви, святыни, когда исторгается христианство из жизни людей?", - спросил патриарх.
По его мнению, с отступлением от веры на Западе "не связано никаких угрызений совести".
"Конечно, есть те, кто переживает, молится, надеется, но мощного общественного движения в защиту христианства нет на Западе", - подчеркнул он.
По его словам, это свидетельствует о том, что вера ушла из сердец людей, перестала быть им нужной. А сохраняющиеся отдельные уважительные жесты в адрес христианства чаще всего связаны с сохранением культурных памятников и традиций, а не с живой верой.
"Конечно, есть еще места массовых паломничеств и проявления религиозных чувств, но они все более маргинализируются и оттесняются на периферию жизни обществ", - подчеркнул патриарх.
В России же, по его словам, религиозная ситуация сложилась иначе, несмотря на реформы Петра I, его "прививку западного образа жизни" и советские гонения на Церковь и веру.
Он напомнил, что Иоанновский монастырь на Карповке люди приходили помолиться даже в безбожные годы.
"По всем законам общественного развития, политической логики, ничего не должно было остаться от нашей веры, церкви, этого монастыря. Те, кто так думал, работал на это - уши в небытие, если знаем их - то только по учебникам истории с критическим комментарием, - сказал патриарх. - А мы стоим в этом монастыре и молимся - и это чудо Божие, которое совершилось в жизни нашего народа".