Рай среди ада. Как выжил под обстрелами монастырь, основатель которого предсказал конфликт на Украине

Этот монастырь, который пытались стереть с лица земли ВСУ, хорошо известен жителям Донбасса. Как и его основатель схиархимандрит Зосима (в миру Иван Сокур). Батюшку Зосиму здесь почитают как старца-прозорливца, который мог видеть будущее и предсказал военный конфликт между Россией и Украиной.

Огненная колесница

Чем ближе подъезжаем к обители, тем яснее становится, насколько яростно ее обстреливали. Указатель на повороте "Свято-Успенский Васильевский Никольский монастырь" изрешечен. С куполов храма снесена обшивка. Над крытым крыльцом застряла сбитая золоченая маковка. В стенах дыры, повсюду следы осколков, которые засыпали святое место словно ливень. На монастырском дворе - разрушенные постройки и снесенные крыши. Сквозь пролом видна внутренняя роспись - фрески на выщербленной штукатурке. На часовенке - пробитый осколком, склонившийся, но устоявший крест. Здесь же на подворье - небольшое кладбище. Старые могильные каменные кресты посечены и разбиты до арматурной сердцевины. Рядом - деревянные кресты, обозначающие недавние могилки. Здесь нашли упокоение жертвы украинских обстрелов - монахи и миряне, прятавшиеся в обители от ракет и снарядов.

Фото: Руслан Мельников/РГ

Сейчас в монастыре гораздо тише и спокойнее, хотя еще слышны отдаленные взрывы и гул беспилотников. Но гораздо громче тарахтят генераторы и визжат бензопилы. Идут восстановительные работы. Двор уже убран, у стен появились строительные леса. Работают волонтеры, монахи, трудники.

На фоне общей разрухи выделяется практически неповрежденная часовня, внутри которой царит умиротворение. Именно здесь захоронен старец Зосима. Когда-то к месту его погребения выстраивались длинные очереди. Теперь сюда можно пройти без длительного ожидания. Поставить свечку, помолиться. "Батюшка принимает", - говорят здесь. Попадая внутрь, словно отстраняешься и от былых обстрелов, и от шума стройки. Резной деревянный крест с лампадкой, цветы, иконы, росписи и фотография старца с понимающими добрыми глазами.

- Я прошел долгий путь в поисках Бога и уже в сознательном возрасте крестился здесь в конце 1990-х. Здесь же впервые увидел батюшку Зосиму. Первое впечатление - невероятная мощь и ощущение, что он может видеть человека насквозь. Батюшка обличал меня за греховную жизнь и сказал, что будет молиться за меня, - рассказывает иеромонах Иннокентий, благочинный Свято-Успенского мужского монастыря. - Самым главным качеством батюшки Зосимы была его любовь, как венец всех добродетелей. Люди чувствовали это и приходили за утешением и духовными наставлениями. За чистоту жизни Господь даровал батюшке дар исцеления и прозорливости. Он предсказал войну. Говорил, что огненная колесница покатится из Киева на восток. Так и произошло, а сейчас эта колесница катится назад. Уходя из жизни, батюшка обустроил монастырь так, что он смог выстоять и защитить людей во время боевых действий. Батюшка распорядился возвести Успенский собор, который является копией Успенского собора в Московском Кремле, но с нижним храмом, которого нет в оригинале. Люди тогда еще недоумевали, зачем он нужен.

Спасительная обитель

Во время обстрелов именно нижний храм стал надежным убежищем для монахов и беженцев. В монастыре было 200 братьев и сестер, спасение в обители нашли также 300 мирян. Подготовленная по завещанию отца Зосимы обитель спасла 500 жизней. Но обстрелы со стороны ВСУ усиливались с каждым днем. Началась эвакуация. Покидать монастырь отказались 55 человек, из них выжили 45.

"Служба - благодать Божия, она успокаивает, утешает", - рассказывает отец Иннокентий. Фото: Сергей Рутта/РГ

- За 2,5 года обстрелов все корпуса практически разрушены. Только в храм было 25 прямых попаданий. Линия фронта проходила в километре от нас. Вон там на шахте украинские наблюдатели следили за нами в мощную оптику. А из той посадки в серой зоне выезжал танк и работал по нам. Все горело, упал купол, прилетали "Хаймарсы", однажды штук шесть сразу ударили. Страшно было. Мы молились, слушали небо, быстро бегали, но все равно были раненые и убитые. Хоронили погибших по ночам возле храма, могилы копали при луне: днем по нам стреляли. Но службу в нижнем храме не прекращали даже под обстрелами, - говорит отец Иннокентий.

- Каково это, когда идет обстрел и служба?

- Это рай среди ада. Служба - благодать Божия, она успокаивает, утешает.

Люди в храме всегда ощущали присутствие и заступничество батюшки Зосимы. Фото: Руслан Мельников/РГ

Спускаемся в нижний храм. Там до сих пор живут и молятся в полутьме при свете свечей и лампадок. В верхнем храме - пусто, просторно, много воздуха и света. Но в стенах видны пробоины от попаданий.

- Здесь мы дышали свежим воздухом, гуляли, потому что выходить наружу было опасно. У нас тут даже велосипед был. А у той стены сушились гробы из старых запасов для похорон. То, что мы выжили при таких обстрелах, - самое настоящее чудо. Конечно, мы ощущали присутствие и заступничество батюшки Зосимы, - говорит отец Иннокентий.

Но самым большим чудом здесь считают то, что уцелела усыпальница основателя монастыря. По ней наносились целенаправленные удары, однако даже точные "Хаймарсы" в последний момент отклонялись от цели и уходили в сторону.

"Музыкальная шкатулка"

Иеромонах Феофан, один из духовных чад донбасского старца, побывал в плену у СБУ. О том, что это произойдет в его жизни, предупреждал батюшка Зосима.

- Я начал ездить к батюшке Зосиме с 1992 года, когда мне было лет 16, - рассказывает отец Феофан. - Батюшка спросил: "Как поживаешь?". Я отвечаю: "Все хорошо". Он говорит: "Хорошо? Ну садись, слушай". И начал рассказывать мне всю мою жизнь с раннего детства. Откуда он это мог знать? Однажды он сказал: "Тебя пытать будут, нужно и это пройти. Только не вздумай надеяться на свои силы, проси помощи у Бога, тогда все преодолеешь. Понадеешься на свои силы - предателем Иудой станешь".

Много позже отец Феофан предупреждал о готовящихся обстрелах Новотроицкого, Докучаевска и Донецка, когда украинские "Ураганы" ехали на позиции. Кто-то сообщил об этом в СБУ. Арест, плен, пытки… В свои 37 лет отец Феофан провел в заключении 37 дней. Потом его обменяли. Все эти тяжелые дни священник помнил завет духовного отца и молился, это помогло никого не выдать. Впрочем, старец Зосима сам много страдал и был примером для отца Феофана:

- Батюшка Зосима родился в тюрьме: его маму Марию Ивановну как глубоко верующего человека сослали на Урал. Позднее он жил с мамой в Авдеевке, воспитывался на житиях святых, хорошо учился в школе, но его постоянно третировали за то, что он ходит в храм. В 1975 году батюшка Зосима постригся в монахи, а потом возглавил приход в Александровке на окраине Донецка. Его пытались завербовать в КГБ, но батюшка отказался. Его держали в тюрьме, в холодном карцере обливали ледяной водой, даже посадили в так называемую "музыкальную шкатулку". Это тесная камера с небольшим пространством между дверью и стеной, где нельзя даже сесть. В камере постоянно играла давящая на психику музыка и мерцал фонарь. Проведя там сутки, люди сходили с ума. Но батюшка, благодаря молитве, сохранил рассудок.

Светлые времена единства

В 1986 году отца Зосиму перевели в Никольское. Он вспоминал, что сельский храм изнутри покрывал иней, а царские врата в алтаре едва держались - настолько все было заброшено. Но всем миром удалось отремонтировать храм и построить трапезную. Там в отгороженном уголке за шторкой поначалу и жил батюшка Зосима. Со временем в Никольском образовался крепкий сельский приход. Община росла, появился женский монастырь, потом - мужской, богадельня для престарелых. А после смерти старца Зосимы - Успенский собор.

- Запомнился такой случай, - продолжает отец Феофан. - Однажды прихожу к батюшке, он по своему обыкновению спрашивает: "Как поживаешь?". Я вздыхаю, говорю, что тяжело. "Правда тяжело?" - и открывает свою распухшую ногу с язвами до самой кости: "А вот так я поживаю". Батюшка не показывал виду, но у него болели почки, был диабет и много других болезней. Он даже пережил клиническую смерть и рассказывал, что видел свою умершую маму и друга - отца Феофила. Тот ему сообщил, что через четыре года на Успение за ним придет Матерь Божия и заберет в Отечество Небесное. Батюшка готовился к этому моменту. Велел вырыть глубокую могилу, "чтобы бандеровцы не достали", когда начнется война. Война началась, и "Хаймарсы" били по его могиле, но тогда этого никто не мог предположить.

Батюшка Зосима захоронен в часовне. Сегодня сюда можно пройти без длительного ожидания, поставить свечку, помолиться.

В назначенный день на Успение старец Зосима умер в больнице Калинина в Донецке.

- Врач, дежурившая у постели батюшки в отделении реанимации, рассказывала потом, что в полдвенадцатого ночи он попросил погасить свет, но не закрывать дверь, потому что придет Матерь Божия. И она вдруг увидела высокую, одетую как царица женщину, от которой шел аромат, несравнимый ни с какими духами. А когда батюшка Зосима перестал дышать и его попытались реанимировать, этой женщины уже нигде не было, - говорит отец Феофан.

По его словам, в пророчества старца Зосимы о грядущей войне и о том, что люди будут молиться по подвалам, поначалу не верили даже самые близкие люди. Но в 2014 году ситуация изменилась.

- По нашему селу начали ездить пикапы с флагами вермахта, на улицах стали находить трупы. Ночью люди боялись включать свет в домах, чтобы не привлекать внимания. Я возглавлял охрану обители и однажды увидел, как возле монастыря из машины выбросили мертвое тело со связанными руками и ногами. Вызвал полицию, стражи порядка приехали и велели обо всем забыть. Потом националисты уничтожили вэсэушников, которые отказались стрелять по гражданским под Владимировкой. А с марта 2022 года начались обстрелы обители. Причем в украинских каналах публиковался бред о том, что в монастыре якобы прячутся не монахи, а сотрудники ФСБ, а монашки носят "пояса шахида". Поэтому никого жалеть не нужно. И по монастырю били нещадно, - вздыхает отец Феофан.

…Покидая монастырь, интересуюсь, говорил ли старец Зосима о том, чем закончится предсказанная им война. Мне процитировали его завещание: "Находясь под видом светлых будущих времен единства Украины и России, которые, глубоко верю, неминуемо наступят, с чем и ухожу в вечность".